Оружие Кроноса - Александр Петровский

Ведь Ада Лавлейс была математиком, более того, её называют первым программистом в истории. Она наверняка умела составлять алгоритмы. Как пифагорейцы разобрались в зашифрованной формуле, так и английская леди-математик смогла не только понять заклятие, но и довести его до совершенства.

А дальше — провал. У четы Лавлейс было трое детей, возможно, она передала формулу кому-то из них. Но умерла она рано, в тридцать семь лет, дети к тому моменту ещё не подросли, так что уверенности нет. Не исключено даже, что она сама стала жертвой заклятия. Кто сейчас владеет формулой, неизвестно. Очень может быть, что она утрачена, и леди Лавлейс была последней. Но гарантии, конечно же, нет.

Вот, собственно, всё, что я собиралась вам рассказать. Если нет вопросов — очень хорошо, потому что отвечать я всё равно не буду. Спасибо за внимание. Сейчас я намерена вас покинуть. Дело в том, что вы все мне неприятны, разумеется, кроме Иешуа. В своём доме я вам этого сказать не могла, но теперь долг гостеприимства меня больше не сдерживает.

Как только Мария ушла, Сатана достал откуда-то очередную бутылку коньяка и пустил её по кругу. От спиртного не отказался даже Хесус, который обычно не пил ничего крепче вина. После рассказа Богородицы всем требовалась разрядка.

— Иосифович, ты знаешь её лучше нас всех. Скажи, она говорила правду? — поинтересовался Сатана. — Что-то в эту историю верится с очень большим трудом.

— Моя мать есть очень правдивая сеньора, — заявил Хесус.

— Да вот, понимаешь, братишка, что получается. Некий анонимный пифагореец расшифровал формулу заклятия, и благодаря его трудам Гомер блестяще написал две своих воистину бессмертных поэмы. Но есть одна закавыка. Пифагор жил позже Гомера, значит, и пифагорейцы — тоже.

— Но. Это есть не совсем так, как ты сказал, Эль Дьябло. Поэмы имел записать афинский тиран Писистрат. Он есть современник с Пифагором.

— Ну и имечко у этого, мать его, тирана, — отметил Жора. — Не хуже, чем у Манделы. Тоже, наверно, или жид, или негр. Но я вот что вам скажу. Зачем Хесус ломает язык, и свой, и русский? Говорите на том, который оба хорошо знаете. А то если вы по-русски ради нас, то зря. Мы всё едино в вашем базаре ни хрена не понимаем.

— Обсудили уже, — махнул рукой Сатана. — Не так и важно, спутала ли уважаемая Маша пифагорейцев с кем-то ещё, или заклятия попали в гомеровские поэмы позже. Главное, почтеннейшая публика, что заклятие утрачено, и найти его невозможно. По крайней мере, за разумное время, то есть, до того, как милейший Евгений Викторович перейдёт к активным действиям. А раз так, нам с Иосифовичем надлежит раскланяться перед собравшимися зрителями и уйти со сцены. Представление окончено, зрителям просьба покинуть зал. Сначала выходит партер, потом галёрка.

— Сатана, последнее время вы себя ведёте, как маленький капризный ребёнок, — заявила Ромуальдовна. — Не стыдно вам?

— У вас есть новые идеи, милейшая Ромуальдовна? Я вот не знаю, что ещё можно сделать. А вы?

— Давайте воспользуемся шулерским гномиком.

— Кто есть такой шулерский гномик? — осведомился Хесус.

— Не переживай, Иосифович, не ты, — успокоил его Сатана. — Я вас слушаю, милейшая Ромуальдовна. И он тоже, даже ещё внимательнее. Он с детства интересуется гномиками.

— Это есть неправда.

— Не слушаешь?

— Весь я есть внимание.

— Во как сказанул! Ромуальдовна, не пытайтесь выпить весь коньяк сразу. Бутылку у вас никто отберёт. Нам с Иосифовичем ещё долго предстоит ожидать, пока вы соизволите заговорить? А то мы можем не дождаться и уйти.

— Я уже решила задачку, — похвасталась женщина. — Вот, слушайте. Гномик берёт заклятие у той помешанной на математике графини, и куда-то его несёт. Нам надо определить, куда.

— Кто-нибудь имеет объяснить для непонимающего меня, откуда есть взявшийся тут гномик? — поинтересовался Хесус.

— Иосифович, слушай молча, пожалуйста, — попросил Сатана. — Не перебивай её. Я полчаса уговаривал эту благородную леди заговорить, а ты затыкаешь ей рот дурацкими вопросами.

— Гномик взял заклятие и понёс. Но это было в Англии, то есть, на острове. Гномы плавать не умеют, так что наш гномик там и остался. И тот, кому он отдал, написал книжку, в которой смысла нет, а народу нравится. И этот тип, он тоже в Англии. Он плавать умеет, но зачем ему куда-то плыть?

— Вы меня спрашиваете? — удивился Сатана. — Если да, то могу только сказать, что вы несёте чушь.

— Не чушь, а заклятие. И не я, а шулерский гномик. И не несёт, а уже отнёс.

— Кому отнёс?

— Сатана, нельзя же так! Всё должно делаться по порядку. Сначала…

— Что нельзя? — разозлился Сатана. — Имя его нельзя назвать?

— Я есть понявший, — внезапно заявил Хесус. — Эта мухер имеет блестевшую догадку.

— Что ты понявший? Почему ты понявший, а я — не понявший?

— Потому что, Эль Дьябло, ты есть глупый. Англия, заклятие смерти и ещё другие, тот, чьё имя нельзя называть, и вся такая чушь в книжке имеет хорошую распродажу.

— Погоди, Иосифович. Ты говоришь о книжке про очкастого малолетнего кретина, который внезапно оказался великим магом?

— Блестевшая идея мухер теперь есть дошедшая до Эль Дьябло. Ты имеешь долго соображать.

— Тормоз, короче, — пояснил присутствующим Жора.

— Георгий Борисович, не испытывайте моё терпение! Итак, Ромуальдовна, что у нас получается? Формула заклятия сейчас у авторши этого романа? Раз уж он разошёлся по всему миру такими огромными тиражами.

— Только я имею не понимать, откуда взявшийся тут гномик, который есть не умеющий плавать, — перебил Сатану Хесус.

— Не переживай, я тоже не понимаю. Уверен, что и уважаемая Ромуальдовна не понимает. Но идея — стоящая. Можешь считать, что гномик здесь играет роль иллюстрации, как неверные рассуждения могут привести к верному результату. Итак, почтенная и непочтенная публика, мы можем обоснованно предположить, что оружие Кроноса до сих пор действует, и знаем, с кем нужно поговорить, чтобы проверить, не ошиблись ли мы. Значит, дальнейший наш путь лежит в Великобританию. К сожалению, у нас вновь возникает проблема с документами. В паспортах моих уважаемых клевретов отсутствуют необходимые визы.

— А где их можно получить? — поинтересовался Жора.

— В британском посольстве или консульстве. Лучше всего, конечно, сделать это в Москве. Но тут есть одна закавыка. Британцы частенько отказывают в визе. И даже если не откажут, это может затянуться на пару месяцев.

— А дёрнуть паспорта из будущего? Как в прошлый раз?

— Вот же, милейший Георгий Борисович, привыкли вы к чудесам, стремитесь их использовать, где надо и где не надо. Как вы себе это представляете?