Вельяминовы.Дорога на восток.Книга вторая - Нелли Шульман

-О Франции, мистер Брокхерст, - коротко ответила Мэри. Она тут же обругала себя: «Зачем? Видно

же, - он ничем таким не интересуется. А что у нас родственники пропали - так дядя Дэниел скоро

приедет, и сын его светлости, из Вены, отправятся их искать. Тетя Изабелла велела - Тедди ничего

не говорить, граф Хантингттон сам ему скажет».

-Я передумала, - капризно заметила Мэри. «Почитайте мне еще стихи, мистер Брокхерст. У вас это

отлично получается. Что-нибудь из Кольриджа или Блейка».

Она увидела счастливую улыбку юноши и тихонько вздохнула: «Что тебе еще надо? Красивый,

богатый, без ума от тебя. У них особняк в Бирмингеме, имение, будешь спокойно жить..., Не по

любви, так, может, я ее и не дождусь».

-Очень красивая пара, - ласково сказала миссис Брокхерст Изабелле, глядя на сына. «А что леди

Кинтейл, - поинтересовалась она, - у нее ведь тоже много поклонников?»

-Леди Кинтейл пятнадцать лет, миссис Брокхерст, - сухо ответила Изабелла, - торопиться некуда.

-Смотрите, - ее собеседница вынула из бархатного мешочка лорнет, - какой поздний гость. Уже два

часа ночи, скоро будут подавать ужин, а он только приехал. Вы его знаете?

Изабелла взглянула на красивого, высокого мужчину, с коротко остриженными волосами, - по

новой моде, - русыми, играющими темным золотом в свете свечей. Он был в отлично сшитом

сюртуке цвета палых листьев, в безукоризненном, белом галстуке.

-Отменная осанка, - одобрительно кивнула миссис Брокхерст. «Военного сразу видно. Хоть он и в

отставке, должно быть. И он молод, не старше сорока».

Дэниел отдал лакею приглашение и вспомнил смех Питера: «Так ты с корабля - сразу ко мне.

Правильно. Его светлости еще нет, днями из Амстердама должен приехать. Они все на балу, -

Питер порылся на столе, и перебросил ему кусочек атласной бумаги, - скажи там, что ты вместо

меня».

-А ты на балы не ездишь? - поинтересовался Дэниел, грея в руках хрустальный стакан с бренди.

-Я дважды вдовец, - Питер показал на свои седые виски, - и мне уже пятый десяток. Какие балы?

Жить ты будешь здесь, комната тебе готова. Как вернешься - отсыпайся, а потом о делах

поговорим.

Питер откинулся на спинку кресла. Мужчина добавил, поиграв пером: «Я поеду с вами,

разумеется. Во Францию».

-Питер! - изумился Дэниел.

Синие глаза блеснули холодом.

-Во-первых, там женщины в опасности, а во-вторых, - Питер посмотрел на алмазный перстень, что

украшал его смуглую, сильную руку, - пять лет назад я не завершил то, что начал. Я привык, - он

ледяно улыбнулся, - не оставлять дела незаконченными, дорогой кузен. Нет смысла это

обсуждать, - Питер поднял ладонь, увидев, что Дэниел открыл рот, - я сказал, и будет так.

Дэниел нашел глазами красивую, невысокую женщину в темно-зеленом платье:

-Вот и кузина Изабелла, Питер мне ее правильно описал. Так вот кого покойный Сиди Мохаммед

мне сосватать хотел. Хороший выбор. Девочки, я вижу, танцуют, можно и нам.

Он усмехнулся, и, пройдя через толпу, поклонился: «Миссис ди Амальфи, простите мне мою

невежливость. Я ваш кузен, Дэниел Вулф, из Америки».

-Боже! - ахнула Изабелла. «Вы ведь, наверное, только приехали, кузен Дэниел».

-Сегодня пришвартовались в Лондонском порту, - сине-зеленые глаза заиграли смехом. «Когда я

служил в Континентальной Армии, дорогие дамы, у нас было слишком мало балов. Вообще не

было. Теперь я наверстываю то, что упустил, - женщины рассмеялись. Миссис Брокхерст спросила:

«Вы в Англии по делам, мистер Вулф?»

-В отпуске, - он все улыбался. «Я дипломат, посол по особо важным поручениям, работаю в нашем

Государственном Департаменте. Так могу я надеяться на танец, кузина Изабелла? - Дэниел подал

ей руку.

Они встали друг напротив друга. Изабелла тихо сказала: «Нас в Марокко сватали, господин

Даниял. Жалко, что мы с вами в Париже разминулись. Вы знаете, что Тео вышла замуж за Теодора,

в Петербурге? Они нам письмо прислали».

Дэниел кивнул. «Питер мне говорил. Я здесь по его приглашению, обманным образом, так

сказать».

Изабелла весело сморщила нос: «Я уверена, что, пока вы в Лондоне - вас будут рады видеть в

хорошем обществе, кузен Дэниел. Вы обязательно должны познакомиться с моим мужем. Он

сейчас в Кембридже, преподает, но на выходные приезжает домой».

-Буду рад, - Дэниел вдохнул запах роз: «Недолго тебе послом оставаться, милый мой, как

вернешься - надо будет в отставку подавать».

Он вспомнил ласковый голос Салли: «Смотри, он совсем белокожий, наш маленький Нат». Дэниел

нежно коснулся темно-каштановых волос. Мальчик открыл карие глазки. Посопев, он прижался к

смуглой груди матери. «Спасибо, спасибо, любовь моя, - Дэниел поцеловал теплый висок

женщины и, достал из кармана сюртука бархатный футляр: «Это тебе».

Крупные жемчужины цвета слоновой кости перемежались с ограненными бриллиантами. Он

приложил к ее шее ожерелье: «Когда я вернусь - мы с тобой поедем в Филадельфию и

поженимся. И маленького Ната я признаю, - он так и стоял на коленях, обнимая их двоих.

-А она отлично танцует, - усмехнулся Дэниел. «Принцесса Марокко. Пока я не женат, можно и

развлечься. Салли все равно ничего не узнает, между нами океан. Кузина Изабелла, - он

наклонился к нежному уху: «Мне очень жаль, что из того сватовства так ничего и не вышло,

кузина. Теперь я вижу, что много потерял».

Она только мимолетно покраснела и продолжила танцевать.

Над, Ганновер-сквер занимался нежный, весенний рассвет, когда невысокий, светловолосый

мужчина, в куртке моряка и холщовых брюках, с потрепанной сумой через плечо, постучал в

дубовую дверь под золоченым вороном. Изящные буквы блестели в первых лучах солнца: «Клюге

и Кроу. Anno Domini 1248».

Запахло жареным беконом и кофе. Джон пожал сильную руку: «Я уже в Уайтхолле побывал, но там

меня не кормили. Вся надежда на то, что у богатейшего промышленника Англии найдется пара

яиц в кладовой».

-Я всего лишь седьмой, если брать в расчет чистый капитал, без оборотных средств, -

запротестовал Питер, снимая холщовый фартук. «Дэниел спит еще. Они вчера поздно с бала

вернулись. То есть сегодня, - улыбнулся мужчина.

-Вовсе я не сплю, - раздался голос с лестницы. Дэниел протянул руку: «Вы на отца похожи, как две

капли воды, граф Хантингтон. Мы с ним подружились, когда Парижский договор подписывали. Вы

в это время, кажется, уже в Мадриде были. Очень приятно».

-Просто Джон, - отмахнулся мужчина.

-Да, я тогда только начинал карьеру, так сказать, - тонкие губы графа улыбнулись, - хотя какая у нас

карьера? Это вы, дипломаты, блистаете в дворцовых залах. Мы в это время прочищаем дымоходы

в тех самых дворцах, - Джон расхохотался: «Эта девочка, дочь Гениси…Она ведь здесь. Господи, я

ее и не видел никогда. Гениси…, - он вспомнил тонкие, смуглые руки, что обнимали его за шею,

задыхающийся, ласковый голос: «Я так люблю тебя, Большой Джон!», и вздохнул: «Пора за стол,

господа».

Уже за кофе он выложил из своей сумы старые, потрепанные газеты. Джон подвинул их

мужчинам: «Интересное чтение. Как вы, наверное, знаете, прошлой осенью погибли все генералы

Католической Королевской Армии. После битвы при Савене остатки отрядов ушли в леса. Но де

Шаретт, по слухам, жив, а тут еще вот это…- он указал на статью.

-Слухи о так называемой банде Волчицы, орудующей в глухих районах Бретани, - прочел Питер, -

совершенно необоснованны. Республиканская армия держит эту местность под строгим

контролем, поэтому все, кто распускает такие сплетни - являются врагами революции. Это же

«Папаша Дюшен», - поморщился Питер, - желтый листок.

-В них тоже иногда печатают полезные вещи, - заметил Дэниел. «Ты думаешь…, - он не закончил и

взглянул на Джона.

Тот пожал плечами.

-Кто говорит, что отца и Марту казнили, кто - что они сбежали в Вандею. Об Элизе вообще ничего

неизвестно, как и о Констанце. Лавуазье все еще в тюрьме Порт-Либр. Я считаю, что нам надо

разделиться, - Джон достал простой портсигар. Распахнув двери в сад, он закурил: «Ты, Дэниел,

едешь через Амстердам - в Париж, со своим дипломатическим паспортом. Ищешь там Констанцу и

выполняешь еще одно маленькое, - он подмигнул Питеру, - поручение».

-Я бы и сам мог, - недовольно отозвался Питер, убирая со стола.

-Мы с тобой и так головой рискуем, - Джон стряхнул пепел, - дальше Вандеи нам забираться

нельзя. Меня в Париже эшафот ждет, и тебя тоже, поверь . Там сейчас не церемонятся со

шпионами.

-Дэниел сам переговорит с этим человеком, Робеспьером давно недовольны, просто надо, - граф