Мой тренер (СИ) - Безрукова Елена

— А сыну ты понравишься обязательно, — сказал он, оторвавшись от моих губ.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что мальчики любят красивых девочек. А ты у меня красавица. Красавица София.

Развернул к себе и опять прижался к губам. Тёплые, мягкие поцелуи постепенно превращались в более жадные и глубокие, а меня Камиль стал заваливать на покрывало постели.

— Эй, вещи! — засмеялась я, пытаясь отбиться от натмка мужчины. — Мы же не успеем на собеседование!

— А ничего, — рычал он низким голосом мне в ухо, заставляя дрожать о его касаний. — Я договорюсь. Антон мой друг, он поймёт.

— Что поймёт? — продолжила я смеяться, подчиняясь его ласковым рукам, которые уже стащили с меня пуловер. — Что нам приспичило опробовать твою кровать на предмет страсти?

— Да-да.

Он глянул лукаво на меня, а потом приподнял за руки, чтобы расстегнуть замок бюстгальтера. Как только ткань освободила мою грудь, Камиль сразу же мягко смял её и стал ласкать каждый сосок по очереди, а я в ответ обнимала его и вплетала свои пальцы в его жёсткие волосы. У нас много раз уже была близость, но я дрожу и разрываюсь от острых эмоций каждый раз. Будь это вечер, ночь или даже день, как сейчас — неважно, я хочу его всегда.

Твёрдая эрекция упиралась в меня и возбуждала. Мне нравились его нежные ласки, но безумно хотелось уже перейти к главному. Моё белье уже прилично промокло, а бедра сводило сладким спазмом от одного предвкушения секса с ним, и я стала сама расстегивать джинсы Камиля. Запустила руку в боксеры и коснулась горячего члена. Инстинктивно обхватила рукой. Он глухо втянул воздух в себя, даже перестав меня целовать. Серые глаза смотрели в мои, и я стала двигать рукой вдоль ствола. Понятия не имею как это делать, и вообще правильно ли я веду рукой, но серые глаза тут же заволокло таким удовольствием и желанием, какого я до этого еще не видела. Мужчинам очегь нравятся такие ласки, а теперь я убедилась в этом и сама.

Стянула джинсы ниже, чтобы не мешали, и высвободила член. С нескрыаемым любопытством разглядывала какое-то время его. Большой, с бархатной головкой, на которой уже блестит капелька возбуждения, напряжён так, что выступила тонкая сетка вен. Как красиво…

Я продолжила ласки и взглянула снова в серые глаза. Без слов поняла, чего он хотел. Он смотрел на мои губы. Опять опустила глаза на член и представила как целую его. Противно не было от этих мыслей. И я рискнула попробовть. Наклонила голову и просто поцеловала его.

Нет, не противно.

Ещё поцеловала. Прошлась лёгкими касаниями по стволу и охватила губами головку.

Солёный вкус. Это его вкус? Непривычно.

Камиль глухо стонал на каждое моё касание, мои неумелые действия его очень горячили, и член словно каменел и каменел ещё больше от напряжения и желания разрядки. Он хотел идти дальше, и уверенно удерживая мою голову, протолкнулся головкой в мой рот. Недалеко, чтобы я смогла привыкнуть к этим ощущениям. Затем несколько раз неглубоко толкнулся и снова застонал.

— Да… Да… Чёрт, Соня, давай сама, а то я сейчас не выдержу и просто трахну тебя в рот сам, — он сжал мои волосы у самых корней, притягивая мою голову к своему паху.

Это было как-то даже пошло, но меня заводило то, что я так заводила его. Моя ласка заставляла его глухо рычать и изнывать от желания, а я кайфовала от ощущения власти над его телом в этот момент. Водила по члену языком, целовала его, посасывала головку и вбирала в себя столько, сколько могла. Камиль, задрав голову, не смущаясь, наслаждался эротичным моментом, а потом подхватил меня и опрокинул на спину. Стянул джинсы и белье, а потом навалился сверху, развёл мои ноги и вогнал в меня свой член до упора, я даже вскрикнула от такого грубого вторжения. Хватала ртом воздух, задыхаясь от ощущений и череды глубоких, мощных толчков в меня. Но мне нравилось это неконтролируемое и неудержимое безумие.

Прижался к моим губам и резко вышел, изливаясь горячей спермой на живот, и не сдерживая стоны удовольствия прямо мне в губы.

— О боже, Соня, — сказал он, когда смог отдышаться. — Как же ты меня этим возбудила.

— Я не умею, но попробовала… — смущённо ответила я.

— Я знаю, что ты не умеешь, — провёл он ладонью по моему лицу. — Но это был лучший минет в моей жизни.

Прошло уже две недели с момента нашего приезда в Москву. Зайцев больше не давал о себе знать и никому свое видео так и не отправил. Видимо, испугался угроз Камиля, о которых он мне коротко рассказал.

Родителям звонила каждый день, мама все подробно расспрашивала — как я обустроилась, как прошло слушание, даже папа интереосвлася моими успехами. А успехи были.

Я успешно прошла кастинг, и Антон, руководитель шоу, остался в полном восторге от моих задатков и умений. А когда понял, что это меня берет под крыло Камиль, то и вовсе не оставил никаких сомнений в том, что меня могут не взять.

Репетиции давались мне трудно, специфика таких танцев отличается от фигурного катания, но я очень старалась. Главную роль мне, конечно, никто не дал бы, и я, что называется, пока лишь массовка, но меня нисколько это не огорчало. Я УЖЕ в шоу, а получение ролей — это дело времени.

Колектив принял меня довольно прохладно. Девочки здесь оказались довольно высокомерными, но я сюда не дружить пришла, а работать, поэтому и огорчаться не стала. К тому же, за спиной судачили, что я попала в балет «через постель», но я лишь улыбалась в ответ. Да, через постель, и я сплю со своим продюсером, но в первую очередь по большой и чистой любви. Кто же виноват, что у моего мужчины есть деньги и желание сделать меня не только своей девушкой, но и звездой? Пусть судачат. Это просто зависть.

С Камилем я так и осталась жить вместе. Он ради приличия спросил, не желаю ли я жить отдельно, но я отказалась, чему он, кажется, вполне рад. Ему тоже не хотелось со мной расставаться. Прекрасные ночи, полные страсти, нежности и любви, и чудесное утро после — совместный душ, горячий кофе и свежие булочки. Что ещё надо для счастья? У меня теперь все есть!

Временами мы оба скучали по льду, и Камиль вёз меня в местный спортивный комплекс, чтобы мы обули коньки и прошлись по катку. Это ощущение полёта ни с чем не сравнить, разве что секс с Камилем. Вот тут не могу выбрать, что лучше! И то, и другое — мои самые сильные слабости.

Сегодня на льду нас оказалось трое — когда я приехала к оговоренному времени, Камиль уже ходил по арене, держа за руку мальчика лет пяти. Ребёнок улыбался и громко что-то говорил папе, а он его слушал, словно взрослого. Я видела впервые сына Камиля, но тут невозможно было ошибиться — настолько они похожи. Даниил — маленькая копия Камиля. Представляю, каким красивым вырастет мальчик, с такими же серыми глазами как у его отца.

Я остановилась у края катка, уже в коньках, и не знала, имею ли право прерывать такой нежный и семейный момент, но Камиль сам заметил меня и махнул рукой, приглашая подойти к ним. Я ступил на лёд, грациозно дошла до них и остановились в крутом повороте.

— Вау, — раскрыл рот ребёнок. — А меня так научишь, пап?

— Умница, — одобрительно улыбнулся мне Камиль, а затем повернулся к сыну. — Конечно, научу. Ты все будешь уметь не хуже меня. Познакомься, это Соня. Соня, это Даниил.

— Можно просто Даня, — мальчик протянул мне ладошку, с любопытством разглядывая меня.

— Привет, Даня, — улыбаясь, пожала в ответ протянутую детскую ладонь. — Приятно познакомиться.

— А что ты ещё умеешь?

— Много чего, ведь меня учили твоя бабушка и папа.

— Правда? — восхитился он. — С тобой занималась бабушка?

— Да, — кивнула я и посмотрела на Камиля.

Я не знала, сказал ли он сыну о смерти своей мамы, и боялась сболтнуть лишнего. Судя по серым глазам, сын не в курсе, значит, диалог лучше увести в другую сторону.

— Ну что, Даня, прокатится со мной в паре?

— Ага, давай.

Он взялся снова за мою руку и мы вдвоём пошли вперёд.