Девушка из Хиросимы - Роман Ким

Он подошел к ней. Сумико вытащила из кармана шаровар удостоверение и раскрыла его. Ее палец, придерживая угол удостоверения, закрыл часть печати с надписью: «АВСС». Фреди заглянул в удостоверение и растерянно пробормотал:

— Срок действия неограниченный? Бессрочное… Значит, вы… — он бросил взгляд на желтую дверь, — на постоянной работе?

Сумико спрятала удостоверение и тщательно расправила шаровары. Потом спросила совсем спокойным голосом:

— А вы куда?

Я тоже туда. Проходить лучше здесь, через (медицинский отдел. С переулка рискованно, могут увидеть прохожие. Через караульное помещение я не могу проходить, у меня нет такого удостоверения, как у вас.

Вы здесь работаете?

Нет, я пришел по одному делу…

Сумико пристально посмотрела на него и медленно произнесла:

— Там сейчас нет никого. Перетаскивают мебель.

Из какой комнаты?

Из двенадцатой… Все ушли.

А мне как раз надо в двенадцатую. К этому… — он согнул средний палец правой руки, — с платиновым перстнем.

Там никого нет. — Она без стука приоткрыла дверь комнаты № 8 и, заглянув туда, сказала с досадой: — И здесь тоже никого… ни профессора Реншоу, ни Черигана.

Фреди закивал головой.

— Знаю их. Они, наверно, в офицерском клубе.

Не буду их ждать, — буркнула Сумико и пошла по коридорчику. Фреди пошел рядом и заговорил вполголоса:

Вы, наверно, сообщали своему начальству обо мне..', что я спутался с красными? А я это делал… понимаете, с какой целью…

А я думала, — Сумико окинула его взглядом, — что вы действительно сторонник мира и поэтому ходите к Марико…

Он перебил ее:

— А вы передали ей то, что я сообщил вам в магазине? Насчет минирования.

Я еще не видела ее, потому что пришла сюда.

На его лице появилось беспокойство.

— Вы решили первым долгом сообщить своему начальнику?

Я не застала здесь никого. Сейчас пойду к нему на квартиру.

Фреди оглянулся и потянул ее за рукав. Они остановились у входа в комнату со шкафами.

— Не говорите своему начальнику об этом. Не надо докладывать…

Почему? — удивилась Сумико. — Не говорить начальнику? А как же Марико? Ей говорить?

Ей передайте, а начальнику пока не говорите. Не надо.

Почему?

Вместо ответа Фреди поджал губы и пошевелил бровями. Не дождавшись ответа, Сумико решительно тряхнула головой.

— Пойду и сообщу начальнику.

Подождите, — Фреди снова схватил ее за рукав. После недолгого раздумья он сказал: — Дело вот в чем: надо передать Марико сообщение насчет минирования, чтобы они послали туда завтра ночью людей с целью помешать полицейским. Красные поедут туда и нарвутся на засаду.

Чью? Полицейскую?

Нет, не полицейскую… Дело обстоит так… Этот план задумали не они, — он показал глазами на желтую дверь, — а мы сами…

Кто это «мы»?

После встречи с вами я позвонил этому… с платиновым перстнем и сказал, что у меня очень важные сведения. Я сообщу ему, что, по полученным мной данным, красные решили заминировать дорогу завтра ночью и пришлют туда диверсантов. Получив мое сообщение, командование базы, конечно, пошлет завтра ночью солдат к кладбищу, и когда красные пожалуют туда, всех зацапают. Таков план. Мы уже передали красным сообщение насчет минирования через одного человека, — ему тоже удалось влезть в доверие к ним, — но нужно, чтобы это сообщение .пошло еще через Марико. Тогда красные поверят наверняка. И они поверят, и командование базы поверит. Наша задача столкнуть их. Мы тщательно обдумали всё…

А кто это «мы»?

Мы? — Фреди замялся. — Ну, это все равно. Не так важно… Ничего плохого мы не замышляем.

Все–таки я скажу начальнику, — произнесла Сумико. — Пусть он решит.

Фреди загородил ей дорогу.

— Подождите. Мы — это я… и несколько моих друзей, сослуживцев по базе. Никаких дурных намерений у нас нет. Мы хотим устроить так, чтобы красные угодили в капкан, чтобы им можно было бы приписать попытку организовать диверсию. Тогда появится достаточно веский предлог для решительных действий против сидящих на линии. И все дело будет выиграно.

Значит, вы хотите обмануть обе стороны — и японцев и командование базы?

Фреди пожал плечами.

— Иначе дело не получится. Нужно ведь подстроить так, чтобы красные нарвались на солдат, посланных с базы. Тогда командование базы поверит. Вот поэтому я прошу вас в интересах дела не говорить пока вашему начальнику.

Пока не говорить? А потом выяснится, что я утаила, и мне попадет.

Если дело выйдет и красных разгромят, — Фреди хихикнул, — вас, наоборот, похвалят. Победителей не судят. А сейчас идите скорей к Марико и сообщите.

Из комнаты дежурного донесся смех, потом о чем–то громко заговорили. Сумико стала прислушиваться. Затем спросила шопотом Фреди:

— А насчет того, что решено–не расширять базу…

об этом тоже передать Марико? Это правда или нет?

— К сожалению, правда. Я подслушал разговор двух офицеров… один из них прилетел сегодня из Токио. Об этом пока знают немногие.

Значит, вы хотите передать красным правильные сведения? И до этого вы несколько раз сообщали Марико насчет полицейских налетов…

А вы разве не даете им иногда правильных сведений? Надо обязательно давать достоверную информацию, чтобы завоевать доверие, и тогда можно будет в нужный момент подсунуть им любую брехню. — Он притронулся к ее рукаву. — Идите скорей к толстушке и передайте ей.

Базу не будут увеличивать?

Если дело с минами не выгорит, база не будет расширена. А со временем ее могут совсем упразднить, потому что в таком куцем виде она не особенно нужна. Поэтому надо постараться, чтобы вышло дело. Идите скорей к Марико. Я думал, что вы уже видели ее.

Я заходила в фотостудию, но не застала ее.

Опоздали, идиоты! — прошипел Фреди. — После встречи с вами я сейчас же позвонил «в полицию, но они, как всегда, замешкались, и когда налетели на фотостудию, Кацу уже не было.

Кацу? — Сумико широко раскрыла глаза. — Какого Кацу?

Как какого? Кацу Гэнго. Судя по всему,4 это очень видный красный. И писатель, и художник, и кинорежиссер — на все руки мастер. Если его словят, это будет большой удар для них. — Он посмотрел на ручные часы. — Идите скорей, она, наверно, уже дома. А начальнику пока ни слова. Идет? Мы отблагодарим вас как следует…

Сумико показала в сторону комнаты дежурного.

— Там дежурит нисей… он требует, чтобы я дождалась профессора Реншоу. Говорит, что профессор искал меня днем «по какому–то делу. А если ждать его, то придется долго сидеть здесь.

Сегодня дежурит Урусигаки, — сказал Фреди. — Я ему сейчас навру, и он не будет задерживать вас.

Они быстро пошли по коридору. Дверь комнаты дежурного была открыта. Увидев Сумико, нисей привстал с кресла.

— Ну, как? Была у ассистента?

Фреди подошел к нему и сказал что–то на ухо. Они отошли в угол комнаты и стали шептаться. Судя по жестам Фреди, он рассказывал о каком–то важном лице, которое носит аксельбанты и много орденов. Наконец дежурный повернулся к Сумико.

— Ладно, иди. Только, смотри, не опаздывай. Запомнила? На вокзальной площади, напротив сквера, двухэтажное здание.

Она подошла к негру–жандарму и стала вытаскивать удостоверение, но тот поднес два пальца к носу и показал головой на дверь. Сумико шепнула Фреди:

— Забыла сказать… Я узнала, что сегодня состоится какое–то тайное собрание. Очень важное.

Где?

После полуночи. В ресторане «Флорида»… там будет Кацу Гэнго.

Она поклонилась ему и вышла.

На этот раз она пошла тихо, не подпрыгивая и не размахивая руками.

Пройдя шагов двадцать, осторожно повернула голову назад. Никого нет в дверях, никто не вышел за ней, все в порядке. 0>на подпрыгнула и бросилась бежать. Побежала изо всех сил.

7

Марико сидела бледная, зажав обеими руками голову, — ее ошеломил рассказ Сумико.

Нельзя было терять ни минуты. Она послала служанку за такси и, взяв со стола табель–календарь, исчирканный пометками, стала что–то подсчитывать, потом позвонила куда–то по телефону, но ей никто не ответил.

— Сумитян поедет вместе со мной, — сказала Марико, положив трубку.

Такси ждало их у ворот. Они ехали долго: направились в сторону вокзала, свернули к речной набережной, промчались мимо рыбного ряда и пакгаузов и, проехав по нескольким очень извилистым переулкам, вышли из машины. За всю дорогу Марико проронила только одну фразу:

— Но как ловко прикидывался, как плакал…

Мужчины, оказывается, лучше нас умеют, — сказала Сумико.

Отпустив машину, они пошли по узенькой улице, пахнущей рыбой, прошли через длинный мощеный двор христианского храма и попали в переулок, который поднимался по склону пригорка, и, пройдя мимо домиков, из которых слышалось треньканье сямисенов, дошли до домика барачного типа, на котором висела вывеска: «Массаж. Акупунктура. Прижигание мок–сой». Здесь Марико свернула в проход между канавой и заборами. Они дошли до домика с камышовой кры–щей, привалившегося к полуразрушенной глинобитной стене. Марико стукнула несколько раз в оконную ставню, и как только изнутри ответили стуком, обошла домик и через калитку вошла в маленький двор. У калитки стоял мужчина. Пошептавшись с ним, Марико провела Сумико в сарайчик у глинобитной стены. Сумико уселась в углу за соломенными мешками с древесным углем. Марико ушла.