Отличница - Эмилия Грин

На нижней полке, уткнувшись в телефон, сидел Максим.

Он поднял глаза.

Наши взгляды столкнулись.

- Ты.… - я сглотнула ком в горле. - Тоже в этом купе? - с неверием пожимая плечами.

Кивнув, Леднёв медленно опустил телефон.

- Да, - голос тихий, глубокий, с обволакивающей хрипотцой.

- А как же футбольная команда? - мои губы пересохли, сердцебиение участилось.

- Нас разместили по всему поезду. Видимо, с билетами напутали. Хорошо, что Авдотья Семеновна заранее у меня уточнила, - с эхом терпкого, пьянящего и темного предвкушения… едва уловимо, но я уловила, почувствовав, как кровь ускоряется в жилах.

- Уточнила что? - еле слышно.

- Ну, однофамильцы мы или семейная пара, - Максим поджал губы, закладывая руки за голову.

Он смерил меня взбудораженным взглядом.

- И что ты ей ответил? - чувствуя нарастающую тревогу, прошептала я.

- А как ты думаешь? - Леднёв как-то уж совсем по-злодейски хохотнул.

Вздохнув, я кинула на него убийственный взгляд. Максим расслабленно улыбнулся, после чего кивнул на пакет на столике, сквозь который просматривались пластиковые контейнеры.

- Я, кстати, подготовился. Курицу пожарил, яйца отварил… Так и знал, что ты ничего не возьмёшь, - глядя на меня с неожиданной теплотой.

- Ну, ехать-то всего одну ночь… В восемь утра уже прибытие, - пробормотала я, не хотя, отмечая, какой восхитительный аромат источает жареная курочка - увы, разругавшись с мамой, я демонстративно пропустила ужин, так и не восполнив калории.

Швырнув рюкзак на верхнюю полку, я сняла куртку, повесив ее на плечики, медленно опускаясь напротив Леднёва.

Я хотела пошутить, или хоть как-то разрядить обстановку, но, абсолютно растерявшись, вдруг почувствовала, как по спине бегут мурашки.

Целая ночь в пути.

В одном купе.

Наедине.

От голодного взгляда Максима меня вжало в стенку.

Глава 41

Поезд ритмично постукивал на стыках рельсов, за окном уже совсем стемнело, лишь редкие фонари мелькали в темноте.

Пока Леднёв ушел за чаем, я расстелила нам постельное белье, с нарастающим волнением усаживаясь обратно на свою полку.

Вернувшись, Максим осторожно поставил две граненые кружки на откидной столик - пар от них поднимался густыми клубами, растворяясь в теплом воздухе купе.

Устраиваясь рядом со мной, он развернул фольгу, и аромат запечённой курицы с травами заполнил все пространство.

- Голодная? - усмехнувшись, Максим отломил румяную ножку, протягивая её мне.

Откровенно говоря, я так хотела есть, что сил на препирательства не осталось. Взяв кусочек, мои пальцы слегка проехались по его теплой ладони, и я не сдержала нервный смешок.

- М-м-м.… - еле слышно пробормотала я, откусывая.

Сок чуть не капнул мне на подбородок, но Леднёв ловко поймал его кончиками пальцев, вновь спровоцировав прикосновение.

Он сидел ко мне вплотную, прижимаясь бедром к моему бедру, внимательно наблюдая за тем, как я ела.

Это выбивало из равновесия.

Я чувствовала, как самообладание трещит по швам, потому что столько всего планировала ему сказать, а на деле же, с каким-то остервенением поглощала приготовленную им еду, млея от каждого случайно касания…

Тем временем, Максим вытащил из сумки булку хлеба: отламывая от нее мякиш, он вновь протянул его мне. Было в этом столько невысказанной щемящей заботы, какой-то особенной теплоты….

Я приняла кусочек хлеба, не глядя ему в глаза.

- Вкусно, - облизав губы, я наслаждалась нашим восхитительным поздним ужином.

- Кстати, как Слава? - наконец, перестав жевать, тихо спросила я.

Разумеется, вчера весь университет «на ушах стоял», обсуждая нападение на Морозова.

Валя, связавшаяся с тренером футбольной команды, выяснила, что Морозов пропустит несколько следующих игр, но в целом его состояние было удовлетворительным, прогнозы обнадеживали. К счастью, этим подонкам помешали.

После моего вопроса расслабленное выражение на лице Максима моментально сменилось напряженным.

- Жить будет, - ответил он негромко.

Какое-то время никто не произносил ни звука, ведь впереди нас ждал непростой разговор, так и не состоявшийся в тот роковой вечер.

Хотя, после того, что произошло с Морозовым, моя обида на Леднёва из-за идиотских коктейлей ожидаемо отошла на второй план.…

Вздохнув, я вновь сосредоточилась на еде.

Вдруг Максим взял кусочек белого мяса, и с алчным блеском в глазах поднёс его к моим губам. Фыркнув, я всё-таки подчинилась, позволив ему меня кормить.

Когда мои губы коснулись его пальцев, Максим едва слышно втянул воздух сквозь сжатые зубы.

- А ты почему ничего не ешь? - тихо спросила я.

Парень замер на мгновение, его пальцы медленно разминали хлебный мякиш.

- Чуть позже, - пробирающим до костей голосом. - Сначала тебе надо поесть. Сколько часов поезд идет?

Полуприкрытые глаза. Мечтательная полуулыбка уголками губ.

Чуть склонив голову, Леднёв всё ещё не отрывал взгляда от моего рта.

Сколько часов поезд идет?

Что он этим хотел сказать?

Промолчав, я доедала курочку, продолжая мысленно восхищаться кулинарным талантом Максима. Даже моя мама не умела так вкусно ее готовить, не говоря уже обо мне - человеке, у которого с кулинарией было «на вы».

Закончив нашу позднюю трапезу, я засобиралась в туалет. Увы, наличие брекетов подразумевало не затягивать с чисткой зубов. Да и вообще уже было поздно, пора умываться и ложиться спать….

* * *

Покинув тесный туалет поезда, я направлялась обратно, вздрогнув, когда из соседнего купе выскочил крепкий бритоголовый парень в спортивной олимпийке, грубо схватив меня за запястье.

- Эй, красотка, а у меня раки есть! Заходи на огонек? - прохрипел он, обжигая мое лицо пропитанным перегаром дыханием.

- Да пошел ты…. - я попыталась вырваться, но урод лишь усилил хватку, вновь открывая свой поганый рот.

Но не успел больше ничего сказать.

- Руки от нее убрал, мразь! - в этот миг Леднёв, подобно разъяренному хищнику, вылетел из купе - вцепившись в воротник куртки пьянчужки, он перехватил его руку, грубо заводя ту за спину.

- А-а-а-а! Отпусти, сволочь! - корчась от боли, завыл алкаш.

К нам уже приближалась проводница, когда, презрительно поморщившись, Максим с силой запихнул буйного пассажира обратно в его купе, резко хлопая дверью.

- Что… что случилось? - пробормотала явно напуганная разборками женщина.

- Всё нормально. Разобрались, - пожав плечами, Леднёв увел меня обратно в наше купе, плотно закрывая дверь и проворачивая замок.

Глубоко вздохнув, я на мгновение прикрыла глаза, в очередной раз ощущая себя каким-то магнитом для неприятностей.

- Всё в порядке? Он тебя не.… - от скрытой ярости в его тихом голосе мое нутро, будто