Прекрасная колдунья - Патриция Райс

– Меня там вообще не было. Нет. Но кое-кто готов поклясться на Библии, что видел меня в самый разгар сражения. Если бы не помощь леди Эйлин, я скорее всего был бы сейчас в лондонском Тауэре. Помогая мне, эта девушка лишилась и родного дома, и семьи. Ради ее благополучия прошу вас помочь добиться справедливости.

Граф устремил взгляд на молчавшую до сих пор девушку, которая так вжалась в спинку кресла, будто бы хотела и вовсе слиться с ним, чтобы скрыться от посторонних глаз. Ее хрупкая фигура и непримечательная одежда не позволили ему раньше обратить на девушку внимание. Теперь он повнимательнее взглянул на нее, отмечая про себя естественную грацию ее позы, аристократические черты лица, необыкновенный цвет ее живых глаз.

– Если то, что говорит Дрейк, – правда, то я у вас в неоплатном долгу, миледи, – по-английски, с легким акцентом произнес граф. – Мой племянник мне очень дорог. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вы смогли вернуться домой. А пока настаиваю, чтобы вы остановились в моем скромном доме. Я найду для вас горничную, чтобы она помогала вам, пока вы гостите здесь. Может быть, вы хотите меня о чем-нибудь попросить? Как я могу отблагодарить вас за помощь моему племяннику?

Она слегка побледнела и бросила взгляд на Дрейка, но, похоже, его мысли сейчас были заняты совсем другим. Он молча сидел и терпеливо ждал ее ответа. Эйлин вдруг почувствовала себя такой одинокой, как никогда в жизни.

– Для себя лично я ничего не прошу. Спасибо, сэр. – Не зная точно, какое вежливое обращение принято во французском светском обществе, Эйлин решила остановиться на этом.

Услышав, из уст девушки такой искренне невинный ответ, граф не смог сдержать улыбки. Он позвонил в колокольчик и, пока они ждали лакея, добавил:

– Возможно, позже вы сумеете что-нибудь придумать. У вас усталый вид. Я распоряжусь, чтобы кто-нибудь показал вам вашу комнату.

Когда Эйлин молча вышла из кабинета вслед за слугой, Дрейк отпил еще вина и выжидающе уставился на дядюшку, который, как обычно, собирался поделиться своими наблюдениями. Долго ждать ему не пришлось. Как только за Эйлин закрылась дверь, граф наклонился к Дрейку:

– Она могла бы попросить стать твоей законной женой, и я, не думая, согласился бы. Или ты хочешь сказать мне, что за все это время ни разу к ней не притронулся? Она ведь еще ребенок…

Дрейк спокойно посмотрел в глаза дяде:

– Эйлин никогда не была ребенком, разве что вы назовете ее «дитя природы». Она всегда поступает так, как ей хочется. Если бы она пожелала выйти за меня замуж, я, несомненно, женился бы на ней, хотя считаю, что это не очень хорошая мысль. Я не могу просить Эйлин разделить со мной жизнь изгнанника. Ей нужна защита. Защита более надежная, чем та, которую могу предложить ей я, если она возвратится домой. Лучшее, что я могу для нее сделать, – так это дать свободу.

Граф нахмурился, но, не сказав ни слова, опустился в кресло и принялся терпеливо ждать, когда Дрейк поведает ему всю свою историю.

Прошло несколько дней.

Дрейка разбудил солнечный свет, проникавший в открытое окно. Юноша сладко потянулся и улыбнулся. Эйлин всегда открывала окно – так велика была ее любовь к свежему воздуху. Перевернувшись на бок, Дрейк стал восхищенно рассматривать прекрасное тело спящей рядом с ним Эйлин. Она подложила руку под голову, и сгиб локтя почти полностью скрывал от глаз Дрейка ее полную грудь. Маркиз приучил Эйлин спать без рубашки, и сейчас она лежала перед ним полностью обнаженная, прикрытая лишь покрывалом распущенных темно-рыжих волос.

Эта удивительная девушка была единственной отрадой в его превратившейся в кошмар жизни. Но Дрейк знал, что Эйлин не принадлежит ему. Это все равно что пытаться приручить солнечный луч или посадить в бутылку лунный свет. Каковы бы ни были ее мотивы, она решила быть с ним. И так же легко она может покинуть его. Она должна уйти. Ей самой станет от этого лучше.

В душе Дрейк страстно желал, чтобы эта женщина всегда была рядом с ним, но разумом понимал, что расстаться с ней будет правильнее всего. Он нежно поцеловал ее белое плечо, затем поднялся с кровати.

Сейчас весь мир против него, поэтому нужно подготовиться к встрече с ним, скрепив свое сердце и закалив волю. Нельзя позволять своей слабости помешать борьбе за правду. Закон на его стороне. Его страсть к девушке – его личное дело, она не имеет никакого отношения к той войне, которую он должен вести, чтобы вернуть себе свои земли, титул и состояние. Это – дело чести. Он несет ответственность за жизни всех членов своей семьи. Слишком много людей зависят от него, чтобы можно было впутывать в эту борьбу свои чувства. Дрейк стал решительно одеваться.

Когда Эйлин наконец проснулась, Дрейка уже не было. Она повернулась и обняла подушку, которая все еще хранила тепло его тела, его запах. Так, в обнимку с подушкой, Эйлин и пролежала до прихода горничной. Дрейк, вероятно, вернулся в комнату, которую отвел для него его дядюшка, и которая располагалась в другом крыле замка. Если граф надеется, что таким образом защищает ее доброе имя, то он сильно ошибается. Эйлин улыбнулась и поднялась с кровати, завернувшись в простыню, а горничная тем временем искала в шкафу подходящее платье. Если время жителей Версаля не было заполнено балами и приемами, они непременно начинали разводить сплетни. А слуги только тем и занимались, что чесали языки. Поэтому Эйлин знала, что в этом доме все с самого начала смотрели на нее как на любовницу Дрейка.

Горничная вдруг восторженно ахнула и извлекла на свет очаровательное бледно-зеленое шелковое платье с атласными лентами. Эйлин в замешательстве смотрела на этот наряд. Вчера его в шкафу не было. Хотя, если быть откровенной, вечером, когда пришел Дрейк, Эйлин поленилась повесить свою одежду в шкаф. Так что, даже если бы вчера платье было там, она все равно не могла его видеть.

Эйлин восхищенно прикоснулась к нежному шелку, в душе надеясь, что Дрейк будет гордиться, если она наденет такое великолепное платье. Возможно даже, что это он сам купил его для нее, желая преподнести сюрприз.

Пожав плечами, Эйлин позволила горничной одеть себя. Платье пришлось ей в самый раз, и она чувствовала себя в нем очень уютно. Эйлин не хотела позорить Дрейка своим неряшливым видом. Про себя девушка молилась, чтобы он все понял и не рассердился. Когда дело касается подобных вещей, мужчины начинают вести себя очень странно…

Но оказалось, что Эйлин зря волновалась. Когда она спустилась в холл, Дрейк даже не взглянул на ее наряд. Обсуждая с одним из компаньонов графа какие-то дела, он лишь небрежно поцеловал ее в лоб и пожелал приятно провести день, а затем быстро исчез в огромной дядиной библиотеке. Эйлин даже захотелось швырнуть в него чем-нибудь.