Трон змей - Фрост Кей

Больше никто и никогда не воспользуется ею в своих интересах.

Рен увернулась и перекатилась, уходя от удара Аррика, когда их друг от друга отделяло всего несколько дюймов.

– Хочешь поиграть в кошки-мышки? – подразнил он.

– Только если ты будешь мышкой.

Его губы сжались в линию, пока они продолжали кружить по комнате.

– Значит, так все должно закончиться? – сказал Аррик, и в его голосе было столько напряжения, что он мог резать тьму, словно нож в его руке. Нож, хотя на бедре у него висел меч. Он противопоставил нож кинжалу Рен.

Аррик ведет себя благородно. Справедливо.

Эта мысль встревожила ее, и Рен тряхнула головой, чтобы от нее избавиться:

– Все всегда должно было закончиться так, – коротко ответила она, ненавидя себя за слезы, текущие вниз по щекам.

Аррик атаковал, и Рен снова увернулась, когда он попытался повалить ее на землю. Она танцующим шагом избегала его ударов, слишком быстрая, слишком легкая для него.

Спасибо звездам за Лейфа.

Рен выругалась, осознав, что Аррик пытался оттеснить ее к окну, отрезая путь к выходу. Она зарычала и взобралась вверх по шторе, но Аррик замахнулся и сорвал ткань с карниза. Рен подавила вскрик и сумела приземлиться Аррику на спину. Всего год назад она бы не смогла выполнить такой сложный трюк.

– Серьезно? – взревел Аррик, когда Рен обвила руками его шею, а ногами обхватила талию, перекрывая ему кислород.

Он уронил свой клинок и попытался оторвать ее руки от своей шеи, но Рен держала крепко. Он упал на колени и вцепился ногтями в ее предплечья. Она сжала зубы и продолжила сжимать, не обращая внимания на боль. Почему он не использовал свой кинжал?

– Сражайся, – прошипела она, и к глазам вновь подступили слезы, от чего на секунду или две комнату заволокло размытой пеленой.

– Ты серьезно… – с усилием прохрипел Аррик, борясь с хваткой Рен, – …собираешься убить меня таким способом?

Рен подавила всхлип, но не ответила.

Мир перевернулся, и она вскрикнула от неожиданности, когда Аррик наконец сумел повалиться спиной на пол, придавив ее сверху. В ее глазах вспыхнули звезды. Все кончено; Рен ни за что не сможет стряхнуть огромного мужчину, лежавшего на ней.

Она заелозила и повернула голову, и в то же мгновение комнату осветила жаркая вспышка. Аррик подскочил вверх и извернулся, закрывая Рен, когда рядом с поместьем прогремел еще один взрыв, сотрясший комнату.

Девушка ударила головой по его лицу, вырвалась и сумела подняться на колени, кашляя и отплевываясь, пока Аррик зажимал пальцами свой сломанный нос, из которого текла кровь.

Почему он защитил ее?

Она стерла с лица грязь и прижала кинжал к артерии на бедре мужа. Когда металл оказался в такой интимной близости от его ноги, Аррик замер и опустил руки. Кровь текла вниз по его рту и подбородку. Из коридора до них донеслись крики, затем вопли, сдобренные приторным запахом дыма и металлической кислинкой крови.

Но вокруг Рен и Аррика мир стал белым, беззвучным и чистым. Остались только они вдвоем, схлестнувшиеся в опасном танце.

– Сделай это, – проговорил Аррик вечность спустя, не отводя взгляда своих ледяных глаз от ее лица. – Сделай это и избавь меня от страданий, дорогая. – Он опустил руки по бокам. – Я прошу тебя сделать это.

Но Рен вновь… замешкалась. Ее руки тряслись, а в глазах стояло столько слез, что даже притворяться, будто она может что-то видеть, было бессмысленно.

Ох, звезды, во что она втянула себя?

Сделай это.

Но тело не подчинялось рассудку. Оно словно знало, кому принадлежит.

Аррик воспользовался моментом, повалил ее на пол и подмял под себя. Рен не сопротивлялась. Она больше не могла сражаться. Ей было дано бесконечное множество шансов, но она провалилась. Несмотря ни на что, она не могла забрать его жизнь.

Она была самым испорченным, самым эгоистичным человеком в мире.

Рен закрыла глаза, ожидая последнего удара.

– Ох, нет, нет, нет. Открой свои проклятые глаза.

И она открыла, безвольно подчинившись приказу. Его глаза, полные эмоций, которые не имели ничего общего с яростью, обжигали ледяным пламенем. Аррик удерживал свой нож рядом с ее горлом.

Сделай это. Все закончится, только если ты меня убьешь.

Он резко втянул носом воздух, словно мог прочесть ее мысли.

Но Аррик не убил ее. Он даже не попытался. Выругавшись, он отшвырнул свой клинок прочь и запустил пальцы в волосы, слепо глядя на девушку.

– Что мне с тобой делать? – закричал он, полностью теряя контроль, и встряхнул ее за плечи, словно мог силой получить ответ у нее. – Я не могу это сделать. Я не могу стать твоим концом, Рен. Я не хочу жить в мире, где тебя больше нет. Я эгоистичен, сломлен и полон недостатков. Но и ты тоже. Причинять боль тебе – все равно что причинять боль себе. Мы единые части одного целого, и ты это знаешь.

Рен даже не пыталась остановить поток слез, текущих по ее щекам. С губ сорвался всхлип, отчаянный и необузданный, когда она протянула свой кинжал, чтобы Аррик забрал его.

Он принадлежал ей, а она ему. Не было другого способа снять проклятие, которое свело их вместе.

Мужчина забрал клинок трясущейся рукой, и дрожь прошла, лишь когда он отшвырнул оружие прочь. Он притянул Рен к себе, заключая ее в объятия, словно он потерялся в море, а она стала якорем, удерживающим его на месте. Он запустил пальцы в ее волосы и потянул ее голову назад, завладевая ее губами в свирепом поцелуе. Рен икнула, когда его губы скользнули по ее шее. Ощущение казалось идеальным. Но оно не могло длиться вечно.

И лишь в тот момент, когда Рен втянула носом воздух и кислород хлынул в ее мозг, она поняла, сколь многое может потерять, если поддастся своим чувствам к Аррику и позволит ему остаться на троне.

Они не могли делать это. Она не могла этого позволить. Любовь – еще не все. Иногда честь и долг имели большее значение.

Обхватив руками шею мужа, она щелкнула кольцом, обнажая отравленную иглу, и погрузила ее в горло Аррику.

Казалось, он не заметил болезненного укола – они были слишком поглощены друг другом. Но с каждой секундой яд все глубже проникал в его кровь, и несколько мгновений спустя Аррик резко выпрямился и отстранился.

– Ты… – выдохнул он.

Дикие голубые глаза широко раскрылись, когда его настигло понимание. Рен не смогла найти в себе сил сказать что-нибудь в ответ. Так нежно, как только могла, она обняла Аррика, чтобы он не навредил себе, когда его скует судорога.

Мгновение спустя Аррик начал вертеться и изворачиваться в ее руках так дико, что Рен наполнилась уверенностью, что он себе что-нибудь сломает. На его губах появилась пена, и девушка испугалась, что вколола достаточно яда, чтобы убить, а не просто лишить сознания.