Трон змей - Фрост Кей

отправится на острова и расскажет Бритте сказки о ее храброй старшей сестре. Разумеется, он немного их подкорректирует, чтобы убрать из рассказа упоминания о пытках и ужасной нищете, и сосредоточится на том, как ради сестры и своих людей Рен никогда не сдавалась даже перед лицом страшной опасности.

– Ты убьешь собственную дочь? – спросила она, хватаясь за любую возможность, лишь бы заставить его продолжать говорить.

– Перестань искать способ выкрутиться, – прошипел Идрил и метнулся сначала вправо, а потом влево, повторяя движения Рен, когда та попыталась проскочить мимо него. – Ты мне не нужна, если не приносишь пользы.

– Хорошо сказано, – фыркнула она. – Не думала, что ты можешь быть честным.

Стоя в своем углу, Рен была в ловушке. С одной стороны ее караулила Астрид, сидящая на кровати, а с другой – Идрил, который, не моргая, следил за каждым ее движением. Рен инстинктивно понимала, что темный эльф не допустит ошибки в данных обстоятельствах.

Ей нужен отвлекающий маневр. Ей нужен…

– Кто там идет? – раздался громкий, тонкий и испуганный голос вместе с грохотом открывающейся двери.

Рен не стала проверять, кому принадлежал голос. Она воспользовалась подвернувшейся удачей и бросилась на Идрила, выбила клинок из его рук и вонзила свой кинжал ему в живот, а затем дернула им вверх до самых ребер.

Тепло пролилось на ее руки, и рот Идрила изумленно открылся. Рен выдернула свой кинжал и вновь вонзила его в тело отца, но на этот раз прямо в его черное сердце.

Все ее тело тряслось, пока свет в глазах Идрила тускнел. Рен сотряс рвотный позыв, когда его тело повалилось на нее. Она отскочила прочь, и он упал на землю, словно марионетка, которой подрезали ниточки.

Ты убила первое чудовище. Осталось еще одно.

Тяжело дыша, Рен крутанулась на пятках, чтобы разобраться с Астрид.

Но королева-мать исчезла.

– Проклятие! – выругалась Рен, ощущая пульсацию крови в ушах.

Она изучила комнату, пытаясь отыскать скрытые угрозы, а увидев человека, который отвлек Идрила, ахнула, почувствовав, как сердце замерло в груди.

Лейф.

Она подавилась беззвучным криком, потому что ее друг лежал на полу, тяжело дыша и держась за живот. Рен кинулась к нему и упала на колени рядом. Она дотронулась до его щеки, оставив красный отпечаток.

– Где она тебя ранила? – торопливо проговорила Рен, откидывая кинжал в сторону и вытирая окровавленные руки о рубашку. – У тебя идет кровь?

– Она застала меня врасплох ударом в живот, – выдохнул Лейф. – Больше ничего.

Жар опалил глаза Рен, когда она сжала друга в яростных объятиях.

– Я подумала… Я подумала…

– Я в порядке, – прохрипел он.

Ее руки тряслись, когда она отстранилась.

– Почему ты… как ты здесь оказался? – выдавила Рен.

– Я не мог просто оставить тебя в одиночестве, – сказал Лейф, и его голос дрогнул, когда слезы полились вниз по его щекам. Рен лишь однажды видела, как юноша плачет, но теперь казалось, что внутри него прорвало плотину слез. Его плечи затряслись в объятиях Рен, которая, напротив, сумела найти в себе силы оставаться неподвижной и спокойной ради них обоих. – Я подумал, я подумал, каким бы другом я стал, если бы оставил тебя в опасности, чтобы спасти свою шкуру? И ты просила меня следить за Астрид. Как бы я смог это сделать, если бы прятался, как трус?

– Лейф, ты не трус, – прошептала Рен в его волосы, поглаживая их, как сестре когда-то. – Ты спас мне жизнь. Спасибо. Спасибо. Спасибо.

– Между нами нет нужды в благодарностях. – Лейф отстранился, стер с глаз слезы, и в его тело вернулось немного утраченных сил. – Я найду Астрид, и тогда мы заставим ее расплатиться. Можешь быть в этом уверена. – Его взгляд метнулся Рен за спину: – Он мертв?

– Да, – ответила она, и ее нижняя губа задрожала.

Идрил заслуживал наказания, но он не должен был погибнуть от ее руки в темноте ночи.

– Все будет хорошо. – Лейф кивнул на Хосену: – Ты его проверяла?

Рен побледнела и подползла к шпиону, чтобы проверить пульс. Его сердце билось ровно. Рен нежно подняла его голову и нашла маленькое кровавое пятнышко сбоку. Она осторожно повернула его голову так, чтобы рана не касалась пола.

Лейф поднялся на ноги. Рен тоже начала подниматься, но он остановил ее движением рук:

– Оставайся здесь и запри дверь.

Рен невесело рассмеялась:

– Как будто ранее мне это помогло.

– Я собираюсь выследить Астрид.

– Будь осторожен.

– Я всегда осторожен. – Спустя мгновение он выбежал из комнаты, словно вперед его гнал ураганный ветер.

Рен встала с пола, подошла к двери и закрыла ее, скривив губы. Замок был полностью сломан. Развернувшись, она подняла свой кинжал и опустилась на пол рядом с Хосену, спиной прижавшись к ледяной стене. На краю ее поля зрения виднелся левый ботинок Идрила.

Не смотри.

Ночь тянулась медленно, но дрожь постепенно отступала. Рен сидела, уставившись в противоположную стену, и пыталась стереть последние несколько часов из своей памяти.

Хосену застонал, вырвав Рен из ее размышлений. Схватившись за живот, он медленно сел.

– Осторожно, – предупредила Рен. – Тебя ударили по голове.

– Этот урод меня и по ребрам ударил, – прохрипел Хосену, постепенно возвращая утраченный фокус. Он оглядел комнату, и его взгляд уперся в неподвижное тело Идрила: – Он мертв?

– Мертв, но Астрид сбежала. – Глаза Рен вновь наполнились глупыми слезами.

Хосену резко обернулся к ней:

– Не смей винить себя за то, что защищалась. Ты спасла мне жизнь.

– …он был моим отцом по крови, – неожиданно для самой себя произнесла Рен, хотя никогда прежде не рассказывала об этом никому, кроме Лейфа и Ганна. – Я убила своего отца. Моя душа запятнана так же, как и его.

– Никогда так не говори. Ты совсем на него не похожа. Он причинял людям боль, потому что это доставляло ему удовольствие. Он был эгоистичным и злым мужчиной.

– Люди постоянно оправдывают преступления, совершенные во имя справедливости.

– Тот факт, что ты говоришь это, значит, что ты на них не похожа: – Хосену мрачно улыбнулся. – У меня возникло чувство, что твоя ненависть к нему была личной. Но это забавно.

– Я не вижу здесь ничего забавного.

– Оба наших отца были тиранами.

Рен моргнула, не совсем понимая смысл его слов:

– Что ты имеешь в виду?

– Сорен был моим отцом, – объяснил Хосену, поморщившись, словно эти слова оставили у него на языке горький привкус. – Аррик – не единственный незаконнорожденный принц Верланти.

Внезапно Рен все поняла. Это было так очевидно. Она ведь всегда видела сходство между Хосену и Арриком. Они обладали одинаковой элегантностью, одинаковыми светлыми волосами и глазами.

Ты слепая дурочка.

А это значило, что у Рен появился еще один туз в рукаве.

Теперь ты начинаешь думать, как королева с ледяным сердцем.

– Почему ты рассказал мне? – прошептала она.

– Потому что доверяю тебе.

– Ты не должен.

Он протянул к ней руку и сжал ее пальцы в своих:

– И именно поэтому доверяю.

Рен улыбнулась ему сквозь слезы и сжала его руку в