Сердце в подарок - Лори Хэндленд

Джейк прошел к постели, упал на одеяло рядом с Кэтрин и заключил ее в свои объятия. Не обратив внимания на ее удивленный вздох, Джейк прижался губами к губам Кэтрин. Сначала она сопротивлялась, но поскольку он продолжал ласкать и пощипывать ее губы своими, постепенно уступила и, примирительно вздохнув, раскрыла свои уста ему навстречу.

Губы Джейка двигались по щеке Кэтрин к ее уху, оставляя за собой жаркие поцелуи. Он продолжал целовать ее, а мозг его лихорадочно работал, выискивая способ отвлечь мысли Кэтрин от городского сообщника Чарли. Завтра он уедет отсюда, чтобы принять участие в ограблении поезда, потом он вернет Кэтрин на ранчо «Серкл-Эй». Когда он уви-дел ее связанной и с повязкой на глазах на лошади, ведомой Чарли, он понял, как много она для него значит. Когда все закончится, он расскажет Кэтрин обо всех своих секретах и попытается найти свое место в ее жизни. Джейку оставалось только надеяться, что уже стоящая между ними по его вине ложь не станет для нее непреодолимым барьером, который помешает ей простить его. Нет, ему надо оставаться подальше от нее, пока все это ни завершится. Потом он раскроет ей всю правду. И вымолит прощение.

— А-кхм…

Раздавшийся у входа в пещеру звук заставил Кэтрин резко отпрянуть от Джейка. Джейк раздраженно вздохнул и повернулся к человеку, рискнувшему нарушить его уединение.

У входа робко стоял Джефф Соумс, молодой разбойник, которому Джейк помог при ограблении банка. Он отвел глаза и подчеркнуто смотрел в другом направлении. Джейк улыбнулся смущению этого парня, столь несовместимому с образом разбойника.

— Ты что-то хотел, Джефф?

— Чарли пожелал, чтобы все спустились вниз. В плане на завтра будет изменение.

— Скажи ему, что я уже иду. Спасибо, Джефф. Юноша улыбнулся Джейку. На лице его было неподдельное восхищение. Потом он коснулся пальцами полей шляпы, кивнул Кэтрин и тихо удалился.

Джейк посмотрел на Кэтрин и пожал плечами, потом вытянул руку и запутал пальцы в ее волосах. Коса Кэтрин расплелась, пока она добиралась до пещеры, и теперь золотистые локоны, переливающиеся в свете фонаря, спускались ниже бедер. Джейк поднял тяжелую массу ее волос обеими руками и пропустил волосы Кэтрин между пальцев, наслаждаясь их мягкостью и шелковистостью.

Но Чарли не любил ждать, и он заставил себя подняться:

— Извини, но мне придется спуститься туда. Кэтрин смотрела на него, ее затуманившиеся глаза были широко раскрыты и потемнели от страсти.

— Он всего лишь скажет тебе то, что я подслушала о втором поезде.

— Знаю, но он мог изменить план. Если завтра что-то хоть на секунду не сойдется, кого-то могут убить. — Он направился к выходу из пещеры, потом обернулся, улыбаясь. — Сейчас у меня столько всего, ради чего стоит жить. Я вернусь быстро, как только смогу.

Джейк спустился по пологой тропинке в подземный зал. Образ Кэтрин не выходил у него из головы — волосы распущены, губы припухли от его поцелуев, она сидит на его постели, ноги ее подтянуты к подбородку. Желание вернуться и закончить то, что начал, резко пронзило его.

Разбойники кольцом стояли или сидели вокруг Чарли, но Билла Колтрейна среди них не было. Сборище прошло именно так, как и предсказывала Кэтрин. Джейк в отчаянии сжимал зубы, когда Чарли неторопливо рассказывал им о ложном поезде и снова разбирал каждую мельчайшую деталь плана. Желание вернуться назад к Кэтрин жгло Джейка еще сильнее.

— Ну вот, пожалуй, и все ребята. Теперь ложитесь спать.

Джейк облегченно вздохнул и, не теряя времени, направился в свою пещеру.

Он остановился у входа и с восхищением смотрел картину, как будто созданную к его возвращению.

Кэтрин лежала на его постели и спала, распущенные волосы образовали светящуюся завесу вокруг ее головы. Она сняла сапоги, свернулась клубочком, и при виде ее крохотных ног в горле у Джейка сразу же встал комок, и он с трудом переглотнул. Сдерживая приступ нежности, он снял сапоги и лег рядом с ней. Прижав ее к себе, он обвил своим телом все ее изгибы. Оставив фонарь гореть, он тоже заснул.

Ему опять снился Антьетам… всегда один и тот же сон… Антьетам.

Вокруг него кипело сражение. Погибали люди — кто с криком, кто молча… Разницы не было. И те и другие — все равно были мертвы. Он научился не обращать внимания на мертвецов, на страх, на звуки, запахи, на ужасную жару.

Его рота пыталась преодолеть проходившую в выемке дорогу. Но подразделение за подразделением откатывались назад под губительным огнем южан. Наконец нескольким нью-йоркцам удалось занять место, откуда они могли простреливать траншеи конфедератов. С этого момента кровь полилась на Кровавую Дорогу рекой. Трупы южан падали один на другой. Сначала в два слоя, потом в три. Враг, спасая свои жизни, бросился прочь, и линия обороны конфедератов была прорвана. Когда он вслед за своими товарищами бросился на дорогу и припал коленом к скользящему от крови дорожному покрытию, чтобы разрядить свое оружие в бегущего врага, в голову ему попала случайная пуля, и опустилась темнота.

Джейк очнулся, когда уже была ночь. Повсюду витал запах смерти. Он попытался подняться, но обнаружил, что не может этого сделать. Сверху на нем лежало что-то тяжелое. Он попытался выкатиться из-под этой тяжести. Сначала в одну сторону, потом в другую. Но мягкая и одновременно неподатливая масса препятствовала ему это сделать. Резкий и неприятный запах крови бил ему в ноздри. Тогда с пугающей ясностью он вспомнил, где он, прежде чем потерял сознание. Когда он снова очнулся, внезапная и страшная догадка возникла и начала принимать отчетливые очертания в его воспаленном мозгу. Джейк бешено забился, расталкивая то, что прижимало его к земле, напрягая все силы, какие у него еще оставались.

Трупы. Сотни, нет, тысячи трупов заваливали проходившую во впадине дорогу.

Темно, было так темно Он прежде никогда не боялся темноты, а теперь она пугала его. Он предпринял последнее героическое усилие избежать погребения заживо и изо всех сил толкнул лежащий на нем труп. Но в тот же момент еще одно тело съехало на Джейка сверху, накрепко запирая его в этой могиле.

— Нет!

Джейк сел, глаза его были широко раскрыты и смотрели на…

Ничего не было. Только абсолютная темнота. От этого кошмара ему не уйти.

Однако и на этот раз он опять был там, в самой гуще трупов у Антьетама. Он слышал звук лопаты, которой сверху забрасывали его и остальных мертвецов, сложенных во все растущие штабеля.

Он сделал глубокий вдох, снова вдыхал запахи смерти, крови и отчаяния.

— Выпустите меня! — закричал он. — Я живой!

— Джейк!

Возникшая из темноты рука схватила его за плечо, и он резко повернулся лицом к нападающему.