Замок Белого Волка - Андрей Белянин

– Уговорил!

– А я тебя уговаривал? Я вроде всего лишь предложил…

– Эд, не занудствуй. Поговори лучше с нашими лошадьми, готовы ли они прямо сейчас пробежаться в Закордонье.

– Задница Фенрирова, а почему мы постоянно должны у них спрашивать?!

– Потому что это разумные, говорящие и свободомыслящие существа, – напомнил я. – Скажи спасибо, что они ещё книг о диктатуре человека не пишут и интервью не дают. Представляешь, что мог бы наговорить тот же Центурион? А выступи пару раз Ребекка на израильском телевидении?

Бывший бог уставился на меня, возмущённо пытаясь выговорить хоть слово.

– Что? Ты же меня подкалывал намёками после чтения тех дурацких писем. Всё, дуй на конюшню, а мне нужно кое-что проверить.

Эд кинулся было на меня с кулаками, но опомнился, как-то особенно витиевато выругался на древнескандинавском и, резко развернувшись, ушёл в указанном мной направлении. Я уточнил у дозорных, не появились ли новые мертвяки, получил ответ, что нет, но парни бдят, и только после этого вернулся во внутренние покои замка.

Идея была очень проста. Покуда все заняты, тихонько пройти к фреске в коридоре и попробовать вернуться в наш мир. Ну не сидят же все эти коммандос из Белого Комитета в моей квартире, организовав засаду в спальне?! Это уже как-то чрезмерно комично даже для них, а они любят быть серьёзными. Собственно, как и любая властная структура, претендующая на некую обособленность и элитарность перед российским законодательством.

На миг в мою голову забежала позорная мыслишка о том, что служить такой организации и не стоило, можно было встать в позу и уйти, плюнув на всё, пусть сами разбираются! Пусть эта волна тварей из-за Граней хлынет в мир, и, быть может, тогда они поймут, как были важны и необходимы мы, граничары! Но кого я обманываю…

Мы сражаемся, живём и умираем не ради Белого Комитета и даже не ради матушки-России. Мы просто защищаем людей. Никому не известных крестьян, ремесленников, воинов, детей, женщин и стариков. В диком Средневековье неизвестного мира, одном из сотен тысяч отражений нашей земной истории. И если так сложилось, что никто не делает этого, кроме нас, значит…

– Не люблю патетики, – пробормотал я, подходя к старой фреске. – Но иногда без высоких слов тоже никуда. Если приходится отправляться туда, куда не очень хочешь, лучше найти благопристойную причину. У меня есть причина? Мм, пожалуй, да. Надо срочно снять ставки в двух аукционах и выставить новым лотом топор с рукоятью из слоновой кости. Тогда вперёд!

Я с разбегу шагнул в стену, чтобы в случае малейшей опасности так же, на скорости, развернуться обратно. Собственно, так я и сделал – ворвался в свою спальню и тут же прыгнул обратно в замок. Вроде бы всё прошло удачно. Во второй раз я уже не спешил, хотя и был очень осторожен. Но в комнате никого не было. Как никого не было и в квартире, даже выбитая дверь аккуратно, хоть и наспех была возвращена в железную раму и заперта снаружи.

Кроме унесённого ноутбука и перерытых документов, ничего так уж явно не свидетельствовало о том, что нас совсем недавно брали штурмом. Я проверил всё и почти сразу обнаружил на кухонном столе записку с телефонным номером. Мой сотовый оставался в кармане пиджака, на стуле. Проверив входящие, я подумал, вернулся в спальню и, сев на пол, набрал указанные в записке цифры. После пятого гудка мне ответил уже знакомый женский голос.

– Хорошо, что вы позвонили нам, Ставр. Надеюсь, в вашей квартире навели должный порядок?

– В целом да. Хотя мне почему-то не хочется говорить вам спасибо.

– Я вас понимаю. – Её голос чуть смягчился. – Возможно, мы действовали не совсем корректно, но ставки были слишком высоки. Ваш Капитан шёл прямым курсом под суд за подлог, обман, мошенничество со счетами организации. И только этот странный взрыв избавил его от тюрьмы. Вы меня слышите?

Да, я её слышал. Просто не хотел верить услышанному. Наш Капитан, человек, положивший жизнь на создание боеспособного корпуса граничар, обвиняется в тяжких финансовых преступлениях? Это не может быть правдой!

– Мы думали, всему виной его непонятное увлечение старыми языческими богами, но… Увы, всё зашло куда дальше, чем благотворительный сбор средств на открытие нового капища или памятника Перуну в Беловежской пуще. Вы наверняка не в курсе, какие средства якобы переводились на ваше имя? Но это не телефонный разговор…

– Согласен, – признал я. – Вот только говорить с вами, кроме как по телефону, я пока тоже не рискну.

– Вы обиделись на нас? – укоризненно вздохнула трубка.

– Нет! Что вы?! Я просто обожаю, когда спецназ врывается в мой дом, вяжет моих друзей и стреляет в меня из короткоствольного АКМ. Такой кайф, правда?

– Это досадное недоразумение…

– Угу, в моей стене двадцать четыре дырки от пуль. Хорошо, что я успел пригнуться от этого «недоразумения».

– Ставр. Вы не правы. Нам надо дружить. У нас общие проблемы и общий враг.

– Неужели? И кто же?

– Капитан.

Я открыл было рот, чтобы напомнить собеседнице крылатую фразу: «О мёртвых либо хорошо, либо ничего», и осёкся. Да, мы с Хельгой собственными глазами видели полыхающую машину, но было ли в ней обугленное тело? Ведь не разорвало же его сразу на мелкие кусочки…

Пожалуй, если очень-очень поднапрячься, я не поручусь, что сквозь огонь и дым видел горящий труп своего руководителя. А этот таинственный Некромант, свободно вращающийся как в нашем мире, так и за гранями, имеющий фото Хельги и пишущий мне такие письма, словно бы мы с ним давно знакомы… Кто он? Почему так активно проявился сразу после смерти Капитана? Я чувствовал, что какие-то кусочки пазла никак не хотят сходиться, а переставлять их снова и снова мне элементарно не хватало терпения. Граничар, как все знают, учат несколько другому…

– Ваш Капитан жив. И у нас есть все основания предполагать, что этот показательный взрыв был сделан с одной исключительно целью – убедить вас!

– В чём?

– В том, что его больше нет. Мы разбираем это дело. И нам оно представляется очень непростым. Вы меня понимаете?

– Да.

– Нам нужно, чтобы вы с дочерью приехали для дачи показаний.

– Нет.

– Но…

Поздно, я повесил трубку. Собственно, всё, что мне было нужно знать, я уже выяснил, а пилить к чёрту на рога в центр не было ни сил, ни времени, ни желания. Если Комитету от меня что-то надо, они меня сами найдут, мне за ними бегать не резон. Тем более что я не в том костюме, а гулять по нашим улицам или тормозить такси в средневековом платье с мечом на поясе всё-таки как-то… Нет, лет в двадцать – ради бога, но в сорок пять – уже не тот коленкор, люди хихикать будут. Сотовый зазвонил снова, но я просто перевёл его в беззвучный режим и отложил на тумбочку. Облезут. Главное, что дома всё в порядке и можно возвращаться. Хотя нет, надо проверить почту.

Быстро раскрыв планшетник, я зашёл на свои аукционы, поднял ставки, отказался от двух торгов и не сразу осознал свои чувства, прочитав следующее предложение:

«Продаётся с рубля. Сербосек. Специальный нож для убийства сербов. Применялся хорватами. Особый вариант сербосека был разработан после конкурса инженеров, проведённого хорватским правительством Анте Павелича: как изготовить нож палача, чтобы его рука не уставала. В годы Великой Отечественной сербосеки изготавливались в Германии, в городе Золинген. В концентрационном лагере Ясеновац проводили соревнования по скорости убийств. Хорват Петар Брзица за ночь зарезал 1860 сербов».

Дальше я читать не мог. Меня замутило. Как же надо одному народу ненавидеть другой, чтобы на конкурсной основе, по заказу правительства, создавать оружие для убийства людей одной конкретно избранной национальности?! Я убрал ссылку, отклоняя предложение, и внутренне понял, что как русский человек никогда не захочу посетить Хорватию. Мои комплексы, мои проблемы…

– Всё. Подтверждаю повышение ставки на пару балканских пистолетов в серебре. Жду ещё три дня, пока до моих постоянных клиентов дойдёт, что три тысячи долларов за кинжал ЧКВ – это дёшево, и… и всё. Мне пора. Всем привет.

Я бросил последний взгляд на сотовый, убедился, что из Комитета звонили три раза, и, улыбнувшись, ушёл в гобелен. Мне никто не стрелял в спину, приятно…

– Вы вернулись, мой господин!

– Привет, Метью, – сухо кивнул я. – Вижу, ты в порядке. Что нового в замке?

– Всё замечательно, лорд Белхорст, – охотно откликнулся он, пустившись перечислять. – Ваш друг и гость, сэр Эд, проверяет, хорошо ли устроена в комнате новая служанка. И проверяет часа два, так что скоро он… освободится. Надеюсь. Седрик на конюшне. Леди Мелисса принимает ванну в своих покоях. Звала вас. Миледи Хельга общается с миледи Даной, кажется, они не убьют друг друга. В остальном…

– Стоп! А почему они должны убивать друг дружку? Метью, не томи, что у вас тут произошло?

– По мне, сир, так ничего особенного, – смущённо пожал он плечами. – Вроде бы они не поделили… вас.