Удивительные истории о котах - Коллектив авторов

– Сношаются в голос, мрази! – сказал Председатель, возвращаясь к теме. – Я как-то ночью даже не выдержал, взял с кухни швабру деревянную и пошел на улицу, убивать! Честное слово, убивать пошел, потому что сил уже никаких не было. И убил бы обязательно всех до единого этих поганых котов. Но все разбежались, суки. На вас одна надежда, мужики, пожалуйста, невозможно уже.

– А что по собакам, Андрей Павлович? – спросил Шур. – Нам было передано – 20 голов. Собак.

– Мало ли что кем было передано, – сказал Председатель тише, наклоняясь к Шуру. – Если вам нужно, наловите собачатины, я не против. А платить я буду за кошатину. Сделайте с ними что-нибудь, мужики, ну невозможно уже!

– Проблема в том… – начал Шур, но Председатель вдруг понял, что высказался предельно некорректно.

– Не что-нибудь! – закричал он. – Не что-нибудь! Попереубивайте их всех к чертовой матери! Плачу за бездыханные туши! И точка! 20 туш, и за каждую сверху тоже плачу! Их тут тьма! Каждое утро считаю по дороге в администрацию!

– Не получится, товарищ Председатель, – вмешался Михаил. – У нас «шило» не под убой заряжено. А чтобы псин успокоить. Псин среднего размера. Классических псин. Ну, не для совсем мелких и не для лошадей, понимаете? Для таких вот, – Михаил показал руками, как он понимает среднюю собаку. – Коты только мучиться будут.

– Мне все равно, – сказал Председатель. – А что это за «шило» такое?

– Шприц, – ответил Шур. – Летающий.

– Инъекционный, – добавил Михаил.

– Так это даже лучше! Лошадиной дозой их всех, мразей! Пускай помучаются! Плачу за бездыханные тушки! – отрезал он и ткнул пальцем в грудь Шура.

Разговор был окончен. Председатель сказал, что лично пересчитает животных, когда «Газель» будет покидать село, и откланялся.

– Миш, – сказал Шур, присаживаясь на лавочку у администрации. – Сколько ты ксиланита зарядил?

– Не я заряжал, а Михаил, – ответил Миша.

– Да блин, кто-нибудь из Миш, скажите мне, сколько ксиланита вы зарядили в «шило»?

– По собачьим меркам, – ответил Михаил. – Один миллиграмм на кило. Из расчета 20 кг на собаку. Мелких так, думал, переловим.

– Подохнут от такой? – спросил Шур. – Сколько там по кошачьим меркам?

– Ноль-пятнадцать на кило по кошачьим, – ответил Михаил. – Не подохнут, но замучаются… Ну, то есть от самого ксиланита не подохнут. Дыхание, может, остановится в конце концов, кома там, сердце…

– Ладно, – кивнул Шур. – Будем надеяться. Не перезаряжать же все шприцы, в конце концов.

– Да и нечем, – подтвердил Михаил.

Когда все было решено, «Апачи» начали с Северной.

3

Оба родителя девочки работали в городе. Отец уезжал на машине, а мама уходила на работу позже и добиралась на автобусе. «Ничего страшного, – говорила она, – автобусы здесь не проблема, и город близко – всего 7 километров». Она добиралась до работы немногим менее часа.

– Але, да, как ты? – первым делом Мама, конечно, набрала дочь. – Не пришел?

– Нет, – ответила девочка. – А если он не придет? Что тогда делать?

– Все будет хорошо, не зря же мы ему ошейник купили, забыла? Там адрес есть и телефон есть. Даже если он потерялся, кто-нибудь нам сообщит.

– А если кто-то также подумает? Что кто-нибудь позвонит, а сам не позвонит? А он и будет дальше теряться.

– Не переживай, – сказала Мама. – Делай уроки. Ты даже не заметишь, как он появится. Помнишь? Как в первый раз.

Мама засмеялась, и девочка улыбнулась в трубку. Только за уроки она так и не села, она даже не была уверена, что вообще будет готова сесть за них в этот день и в любой последующий, если котенок не вернется. Вместо уроков Девочка села у окна, стиснув в руках самодельного кота – оранжевого, с широкой улыбкой, шарфиком, почти что плоского (потому что не хватило набивки) и стоящего по-человечьи на широко расставленных лапах. Она сшила его специально для котенка, чтобы тому не было грустно, и тот с радостью спал с ним на своей подушке.

Окно девочки смотрело на двор и улицу, до самого ее конца, где чуть ближе к полудню остановится «Газель» Степана.

Их схема была предельно проста. Два Михаила шли впереди с колбасой и трубками, за ними Степан с «патронами». Шур контролировал, как и просил Генка.

Первый же встреченный ими кот не успел даже подпрыгнуть от неожиданности, а мгновенно обмяк, стоило шприцу ткнуться ему в лапу. Степан оглянулся на Шура, но тот пожал плечами. Тогда Степан втихаря стал стравливать из «шила» препарат до ноль-одного миллилитра, отодвигая заглушку с иглы на короткое время. И уже следующий кот, как ему показалось, просто ненадолго уснул.

Так они прошли почти все село, в кузове «Газели» не хватало 5 голов и последней была Западная, где, кажется, не было вообще ни души. Зато, к несчастью, был дом председателя.

– Пойдемте, пойдемте! – кричал Председатель из окна, мужиков он приметил еще издали. – Ждите меня, я сейчас выйду. Я покажу вам дом. Сам лично слышал оттуда писк и вульгарные стоны! Ждите! Я тут пообедать зашел…

Но бросать обед Андрей Павлович не торопился. Мужики тоже не торопились, переживал только Степан: как бы не очнулись коты. Он понятия не имел, сколько действует ксиланит в его дозировке.

– Мужики, а чем вы там стреляете? – спросил Председатель, спускаясь в конце концов с крыльца. – А то, может, и нам закупить, в хозяйстве пригодится.

– Ксиланит, золетин, – сказал Шур. – Адилин – это если на убой.

– Хорошо, хорошо, ты мне потом запишешь. Вот этот на убой. Пойдемте. Вон тот крайний дом.

Все молча двинулись.

– Не так-то много у вас тут и кошек, – сказал Миша. – Не больше, чем везде.

– Много, много, – сказал Председатель. – Вы неправильно ловите. Вон сидит, чего не бьете? – и ткнул пальцем.

На лавочке у ворот частного дома пригрелась на солнце кошка и сопровождала взглядом процессию.

– Она с ошейником, кажется, – сказал Михаил. – Чья-то. Мы таких не трогаем.

– Трогаем, трогаем, – закивал Андрей Павлович, а кошка, почуяв неладное, спрыгнула и затрусила вдоль забора. – Вона! Вона! – зашипел Председатель. – Стреляй! Подсекай падлу!

Но Михаил растерялся и никого не подсек.

– О-о-ох ты ж, – расстроился Председатель. – Ну ничего, вот в этом доме их пруд пруди в подвале.

Он указал на двухэтажный кирпичный дом, протянувшийся до конца улицы, единственный многоквартирный дом села.

– Заходим! – скомандовал Председатель, и в этот самый момент Арсений перебежал им дорогу.

Его увидели абсолютно все, кто был причастен к этой истории: Степан, подготавливающий (стравливающий) патроны, мужики и девочка. Девочка даже стукнулась лбом о стекло – так она хотела выскочить котенку навстречу.

А Председателя от такой наглости