Чужая зона - Алексей Наст

Маслов призывно похлопал по коже дивана рядом с собой.

– Давай, Серёга, пообщаемся по-мужски. Коньяк или кофе?

– Сам догадайся, – заулыбался Сергей.

– Догадался, как видишь. – Маслов указал на сервированный выпивкой и закусками столик, перед которым сидел. – Давай начнём, а то благодатная жидкость испаряется!

– Только не говори о цене этой жидкости!

– И скажу!

– Ты скажи другое! Что, Сара правда была моим прикрытием? А? Или в случае чего могла меня… – Сергей снова вернулся к мыслям о Саре.

Но Маслов остался благодушным.

– Тебя? Не пори ерунды. И забудь, как о наваждении.

Усевшись на диван, Сергей с грустной улыбкой (большего ему не узнать и милую Сару, скорее всего, уже не увидеть) вернулся к самой больной для Маслова теме:

– Так как человек-…уй?

– Человек-…уй уже не актуально. Это старо! Интернет приветствует только новые идеи!

– Понятно… А дела в Делавэре? Наказал негодяев?

Маслов неуверенно пошевелил плечами. Стало ясно, что никого он не наказал, и даже не пытался этого сделать. Но сказал:

– Наказал!

Сергей расхохотался. Притянул к себе толстяка, обхватил рукой, нагнув голову, и кулаком почесал ему лоб.

– Вот тебе за враньё! Хитрый еврей!

Маслов не сопротивлялся, подождал, пока Сергей оставит его в покое, после чего сказал ворчливо:

– Набрался американских штучек – лоб кулаком чесать… Привыкай к русскому. Пить будешь?

– Ё-ё-ё-ё-ё. – Сергей раскинул руки вдоль спинки дивана. Маслов был неисправим. – Наливай.

– Одно требование.

– Ну?

– Ни слова о работе!

– Ни слова! – согласился Сергей.

А после было свидание с Александрой.

– Я много думал о вас, – сразу признался Сергей.

– Вот как? – притворно удивилась Александра.

Сергей подумал, что она скажет что-то ещё, но женщина только улыбнулась и взяла его под руку.

– Куда пойдём? – спросил Сергей.

– Вы кавалер, предлагайте, – сказала Александра.

– Рядом Ледовый дворец… Хоккейный матч. Пойдём?

– С удовольствием! Кто играет?

– Какая разница?

Александра пожала плечами, снова улыбнулась, давая понять, что ей всё равно.

Сергей не удержался, спросил серьёзно:

– А что, если я скажу вам что-то очень важное?

– Ого! И таким загробным тоном!

– Я не шучу!

Александра, несмотря на сильнейшую симпатию к разведчику, не хотела форсировать событий.

– Подождём, – сказала она улыбаясь.

И Сергей, сразу потеряв серьёзность, согласился, смешливо хмыкнув:

– Точно… Подождём, твою мать!

– Помните ту песню?

– Да. Мы познакомились тогда, в вашей машине, под эту песню.

– Да. Я помню.

– И я.

Билеты в кассе Ледового дворца продавались свободно.

Александра, вслух прочитав афишу:

– «Открытый чемпионат. «Динамо» – «Больцано», – обернулась к Сергею: – Что это за «Больцано» такое?

– «Больцано» (Неаполь). Итальянская команда.

– Италия играет в хоккей? – удивилась Александра.

– Ещё как!

– А почему команда из Неаполя в нашем чемпионате?

– Сейчас такая политика, чтобы у нас играли российские и зарубежные команды в общем турнире. Всё из-за денег. На зарубежные клубы лучше ходят зрители.

– Вы дока в хоккее. Что, они очень сильны, эти «Больцано»?

– Мальчишки со двора их обыграют, не особо напрягаясь.

– Вот как! Зачем же их пускают в наш чемпионат? – удивилась Александра, а сама наслаждалась разговором с Сергеем. Ведь мига тогда хватило, чтобы в сердце всё перевернулось. Звучание его чуть подсевшего голоса, немного резкие движения, неуклюжие попытки понравиться – всё это опьяняло Александру.

– Зачем пускают? Чтобы ходили зрители на хоккей. Я же говорил.

– Да. Но они плохо играют. Кто пойдёт смотреть на плохую зарубежную команду?

– Мы же идём!

– Точно. Куда идти?

– Вон вход.

– Билеты дорогие?

– Я взял подороже, чтобы было лучше видно.

– Отлично. За кого будем болеть?

– Это сложно… Надо подумать…

Сергею было очень хорошо. Неужели, после стольких лет трудов и лишений, судьба стала ему благоволить и к любви родных прибавится любовь прекрасной женщины?..

Сергею запомнился последний разговор с Василием – они были на борту Ту-134, сидели в самом хвосте, у турбин, гул которых давил на ушные перепонки и вносил известный дискомфорт.

Разговор с Василием состоялся уже на подлёте к Москве. Почти всё время полета Василий провёл в начале салона, у кабины пилотов, где устроилось начальство. Встречать языка в Санкт-Петербург прилетел сам куратор проекта, генерал Абосимов, он же провёл беседу с Василием, узнав от него имя Магистра, а также всю подноготную его отношений с Василием.

Вернувшись на своё место, Василий радостно вздохнул.

– Облегчил душу? – улыбнулся Сергей.

– Слава богу. Очень долго я носил это в себе и не знал, как разрулить ситуацию. Он был моим другом, а предавать друга я не хотел. Его дела мне были по большому счёту безразличны, его организация, его акции… Меня это не касалось. Но в последнее время он стал наседать на меня, чтобы я организовал ему выход на американцев. Но одно дело – борьба за свою идею, а другое – связь с чужим государством. Это попахивало изменой.

– Но ты же сам спровоцировал американцев, – напомнил Сергей.

– Всё время себя виню. Как это могло произойти? Алкоголь. Так его растак! Я проворачивал сделку с поставкой беспилотников в Тринидад.

– Я в курсе. Весь мир в курсе.

– Да уж.

Василий задумчиво помолчал, затем продолжил:

– Короче, я в пьяном виде что-то такое ляпнул. На меня вышли агенты ЦРУ, и закрутилось – обвинение в связи с террористами, выступающими против США, арест в Индокитае, экстрадиция в США, промывка мозгов, тюрьма. Они хотели выйти на Магистра, видимо, думали, умники, что смогут управлять им, давать прямые приказы. Как бы не так! Он делает только то, что сам считает нужным.

– Ну, и сдал бы его, раз он такой неуправляемый.

– Сергей, я торговец. Но Родиной не торгую. Бог знает что сейчас в голове у моего друга детства. Может быть, он деградировал, перестал понимать, что к чему, потому и увлёкся этой идеей? А?

Сергей пожал плечами, спросил:

– Теперь накроют всю организацию?

– Надеюсь.

– А ты? Что будет с тобой?

Василий безмятежно улыбнулся:

– Не знаю. Сказали, придётся какое-то время, пока идёт следствие, пожить под надзором, в санатории ФСБ. А дальше? – Василий пожал плечами. – Не знаю. Вроде закона я не нарушал. Не донёс? Я и не обязан был доносить. Это ведь предстоит ещё выяснить – правда ли, что все те аварии – дело рук Магистра, или его слова – фантазии, которые он излагал мне под пьяную руку…

– Что ж, я очень рад, что всё так хорошо закончилось. – Сергей опустил свою ладонь на руку Василия, легонько сжал её. – Рад, что мы выбрались с той зоны.

– С чужой зоны! Да… В своей сидеть не сладко, а в чужой во сто крат хуже!

– И главное, ни за что!

– Точно! О-хо-хо-хо… Ни за что!