Артефакты моих страхов - Рия Маркез

— Ты… — Запнулась в своем возгласе Атнара. — Ты влила силы в ее выброс…

— Ты же хотела усилить мир магически? Для этого таскала души, которые могли бы привести к изменениям. Я просто помогла Хлое, и заметь, не нарушила правил мироздания. И вот-вот прибудет Беридиан и поможет вернуть ее к мужу. А то, как бы этот наследник наших Древних родов не раскурочил все то, что удалось создать…

«Так я буду жить?» — Заволновалась я, понимая, что готова пойти на все лишь бы вернуться к Шану.

— Будешь, конечно. — Усмехнулась Ларанта.

— И о том, что ты вместе с Ларой создала, обязательно позаботишься,

Хлоя!

«Так, а что мы создали то?»

— Увидишь. Бер здесь. Проси его влить силу, Лара…

* * *

— Ты не можешь умереть, Хлоя! — Послышался любимый голос. — Не можешь оставить меня!

Импульс чистой неоформленной магии вдруг вонзился в мою грудь, и я резко выдохнула, а потом и вовсе закашлялась.

— Слава Богам, Хлоя! — Меня сжали в медвежьих объятиях. — Ты жива, жива, жива… — Он целовал меня по волосам и лицу.

— Шан… — Прохрипела я и, наконец, открыла глаза.

Темная поляна с кровавым алтарем каким-то неведомым образом исчезла, как ее и не бывало. Вместо камня с незнакомыми мне надписями был… родник. Маленький, чуть светящийся, он аккуратно и, как-то стеснительно что ли, бил из-под земли. Трава вокруг преобразилась и стала отливать, чем-то сиреневым, напоминая мне листья келриса, на котором мы с Шером соорудили домик. А самое странное, это то, что нас окружали… огоньки. Они напоминали мне маленьких светлячков, но точно ими не являлись. Светили они светло-голубым и, кажется, поднимались примерно на метр от земли, рождаясь… а прямо в маленьких беленьких цветочках и рождаясь!

— Что это?

Шан же, который, кажется, до сих пор был не в силах оторваться от меня, боясь потерять, наконец, поднял взгляд и осмотрелся.

— Это… Это же сфелеция… — Пробормотал он, явно, не веря своим глазам.

— Сфелеция? Что это?

— Вот эти цветочки… Считалось, что их больше не существует.

— Значит, нам придется сберечь это место. А то меня обе Богини прибьют…

— Что?

— Ну, ведь это не простые цветы, верно? — Спросила я, на что он кивнул. — Да и родник, наверное, тоже не простой. Вот меня и предупредили, что я должна позаботиться об их сохранности. Кому принадлежит эта земля? Нужно выкупить ее. И, наверное, построить тут… В общем, сюда нужно будет молодоженов привозить…

Я чуть отстранилась от мужа, тоже еще до конца не поверив, что жива и в его руках. Осмотрела. Бровь разбита, одежда подпалена, и почему-то на этой поляне он один…

— А Император…?

— Он цел. Организовал работу по разбору завалов. Все еще сверяют со списками все ли найдены…

— Много пострадавших?

— Не знаю, Хлоя. Едва я пришел в себя — я кинулся за тобой. Благо и парюра на тебе, и кольцо, да и вязь Странницы — все помогало мне идти за тобой. За четыре портала сюда и вышел. И все что успел увидеть, это как ты вонзаешь в себя кинжал, а потом яркий свет, кажется, и появившийся из тебя…

— Все закончилось. Ее больше нет…

Он поцеловал меня. Бережно. Осторожно. Но, судя по всему, именно сейчас осознавая, что я, действительно, жива.

Я же вцепилась в его волосы, желая убрать эту осторожность.

Я жива. Я здесь. С ним. Поэтому со мной все замечательно.

Резко сменила положение, задирая подол и садясь на мужа сверху. Потянула его рубашку, не заботясь о том, что оторвутся пуговицы.

— Хлоя, тебе нужен лекарь…

— Мне нужен ты!

Больше он не посмел прерывать мои поцелуи.

Эпилог

Ночь в очередной раз сотряс звук грома. Казалось, он прогремел по душе каждого, кто никак не мог лечь спать в этом старинном замке на краю утеса. Молния не заставила себя ждать и ударила прямо в море, бушующее вот уже несколько часов.

В огромной красивой библиотеке замка разместились трое. Двое мужчин и мальчик, которого даже не пытались отправить в постель. Все трое были похожи друг на друга. Беловолосые, с золотистыми глазами, прямыми и изящными чертами лица. Да что уж там, даже одеты они были одинаково: свободные белые рубашки с закатанными рукавами, да черные свободные штаны. Вот только один из мужчин развалился в кресле, пытаясь изобразить вальяжность и расслабленность, а другой нервно вышагивал по новому длинному ковру.

Вдруг на весь замок раздались женские крики. Девушка кричала громко, с надрывом и так, что каждый понимал, что она испытывает очень сильную боль.

Мальчик, сидящий на софе, резко сжался и отвернул голову к окну, пытаясь не показать мужчинам, что по его щекам потекли слезы. Он очень боялся за ту, что кричала сейчас от боли.

— Не смей. — Тихо произнес, тот кто еще мгновение назад сидел в кресле, а сейчас стоял и удерживал брата за руку. — Там Ятти и мои лучшие лекари. Все будет хорошо.

Снова шарахнул гром, и молния высветила бушующее море за окном.

— Я не могу больше… — С надрывом прохрипел тот, кто все это время порывался бросится на верхние этажи замка, чтобы оказаться с той, кому он отдал свое сердце.

Что будет, если его любимая не переживет роды, как и его первая жена? Как он вообще будет жить?

— Шан, сядь!

Шанар, действительно, попробовал сесть рядом с сыном. Но крики послышались вновь, и он моментально оказался на ногах.

Адэйр лишь покачал головой. Вот уже несколько часов продолжались эти мучения. Герцогиня ван Алфасси пыталась разродится. Император изо всех сил делал вид, что он спокоен, что все идет хорошо, но и он переживал за девушку, которую считал частью своей семьи. Ему нравилась рыжая и мало на кого похожая по манере держать себя жена брата. Незлобивая, гордая, уверенная в себе, она обожала Шанара и Шеридана, хорошо общалась с Карьятой, и… танцевала на нервах у Дэра.

Военные артефакты делать она, понимаете ли, не будет! И скульптора она своего отдаст только, когда он закончит с Шаласси! А то, что стены у разрушенного дворца почти возвели и скоро нужно будет начинать отделку, ее совсем не волновало! Хоть с защитой согласилась поработать…

Очередной женский крик перекрыл раскат грома.

О, Боги, пусть с этой девчушкой и ее ребенком все будет хорошо!

Императору и самому хотелось вскочить и начать расхаживать по комнате. Ведь он отлично понимал, что, потеряв Хлою, он потеряет и брата…

Через силу заставил себя развалиться в кресле и запрокинул голову.