Артефакты моих страхов - Рия Маркез

— Но на празднике в честь твоего брака предстать именно золотой герцогиней будет выигрышнее всего!

Вот уж что-что, а спорить с ней я не собиралась!

Следующей же трудностью стали драгоценности. Как новоиспеченная герцогиня ван Алфасси я должна была надеть родовую парюру. Точнее сказать, что Шаласских женских комплектов драгоценностей было несколько и мне просто нужно было выбрать, но… Но за последние годы я стала тем еще параноиком, и собиралась обезопасить себя по максимуму. В общем-то, как и мужа. Который последние месяцы и так носил на пару колец и браслетов больше чем обычно.

Да, парюры, как и сам Шаласси, действительно, отдавали защитными магическими эманациями. Настолько древними, что я была просто не в состоянии разобраться, что же тут «наплетено». И уж тем более не рисковала сунуться со своими плетениями. Как мне казалось, раньше защиту устанавливали и вовсе по другому принципу. После Древних войн и правда были утеряны многие знания и техники. .Ч.и.т.а.й. на. К.н.и.г.о.е. д…н.е.т.

Так что же мне тогда делать?

Правильно. Вспомнить, что я женщина, и у меня есть лиф. Не зря же в прошлой жизни, по молодости, мы с подругами умудрялись спрятать там и деньги, и пробник духов и проездной на дорогу… А сейчас можно и по подолу, что пришить…

И если ремонт шел своим чередом, с нарядом во дворец разобрались, Шер радовал своими успехами в учебе и тайными обнимашками, а Шан утаскивал меня куда только можно и нельзя уже не только целоваться, то… создать артефакт, улавливающий темные эманации, у меня не получалось. Даже выезды в ведомство не помогли. Не получалось придумать и артефакт, против антимагических наручей. У меня вообще толком ничего не получалось, касаясь артефактов! Почти каждый день я пыталась разобраться, что было у тех, кто напал на меня у мастерской. Что за материал погасил силу уже моих артефактов. Ведь ни один мой удар тогда не достиг цели. Но… терпела поражение.

Как и обычно, сидя на полу, и держа в руках очередной расколотый камень, захотелось взвыть. Прошло уже немало времени, а я так и не придумала защиту. А те артефакты, которые сняли с нападавших, конечно же, разрушились еще до того, как меня к ним допустили.

Поняла, что раскрылся портал только когда сноп золотистых искр замерцал перед глазами, а теплые руки опустились на плечи. Но так как я даже не повернула головы, услышала вздох Шана и то, как он опустился на пол за моей спиной, притискивая мою грустную тушку к себе.

— Я нашел кое-что сегодня в старых архивах. — Шепот, умудрился пустить по мне мурашки, и я прильнула ухом к плечу мужчины.

— А я-то надеялась, ты мне скажешь, что артефактор пойман.

— К сожалению, две наводки оказались пусты.

— Неверная информация?

— Нет. Просто они успевали сняться с места и замести следы.

— Дважды? Думаешь им кто-то доносит?

— Думаю. И теперь в ведомстве каждый проходит тщательную проверку ежедневно.

— И что это дает? Если кому-то заплатили или шантажируют…

Но меня перебили:

— После Катрини у меня законно получилось видоизменить клятву служения. Теперь если кто и сможет предать, то только под магическим воздействием или артефактом такого же типа.

Учитывая, как многого мы не знали относительно Темных артефактов, мне страшно было даже предположить, как ужесточил проверку Шан. Но, к сожалению, и этого могло быть недостаточно. Но я не стану лезть в его работу.

— Так что там в старых архивах?

Меня поцеловали в шею и проворно запусти руки под мою блузку. Вот уж минус блузок — быстрый доступ к телу в отличие от платья. Или, наоборот, плюс?

— Шан?

Ну вот что он делает? Мой мозг же сейчас капитулирует!

Губы медленно прошлись от ушка к плечу, и я запрокинула голову, сдаваясь и забывая, что у меня ничего не получается. Сейчас существовали только руки, сжимающие меня и губы, скользящие к ключице.

Когда нежность сменилась страстью — я не скажу даже если начать меня пытать. Просто осознала факт того, что меня вздернули на ноги и подтолкнули к столу, в который я уперлась руками…

* * *

— Так что там с архивами и твоей находкой? — Ошалело спросила я, чуть покачиваясь.

Муж же споро натянул на меня штаны и уже начал застегивать пуговки на моей блузке. Как-то нежно поправил воротник и аккуратно заправил выбившуюся из прически прядь за ушко. Вот только толку-то от этого? Прическа явно превратилась во что-то из порядка «я упала с сеновала — тормозила головой», потому что кое-кто, кажется, хватанул меня за волосы. И так он это сделал, что… я бы повторила.

— Хороших материалов от периода Древних войн почти не осталось. Удивительно, что мне это вообще попалось на глаза.

Он закончил и со своей одеждой, глянул на меня скептически, понимая, что мои ноги меня все еще не держат, и легко приподнял, посадив на стол. Сам же устроился рядом.

— Так вот там описывалась важность добровольности отдачи магических и жизненных сил при создании артефакта.

— Жизненных? Погоди! Ты сейчас про жертву говоришь? То есть человек осознанно шел на смерть для создания определенного артефакта?

— Именно. Во времена Древних войн смерть одного могла спасти целый гарнизон или небольшой городок. Главное, чтобы такой артефактор понимал, что он делает и шел на это добровольно. Но эта практика прославила себя среди артефакторов еще до Войн. Для прославленных, но уже проживших свои годы артефакторов было честью вложить остатки своей жизни в артефакт, который бы претендовал на исключительность. Императорская семья и многие древние рода частенько занимались коллекционированием таких артефактов. До сих пор за них идет борьба.

Я же сидела в полном шоке. Ну, вот я тоже артефактор, но представить, что даже приближаясь к старости, я вдруг решу переплавить свою жизнь в какой-нибудь уникальный артефакт? Нет! Это в моей голове пока не укладывается!

— А ты сейчас это к чему вел? Темные артефакты совсем не похожи на те, в которых попахивает добровольностью и осознанностью.

— К тому, что, делая выводы от написанного, становится понятно, что Темные артефакты… слабы.

— Что!? Слабы? Мои артефакты не нанесли ни одного удара! А ты говоришь слабы?

— Я просто озвучил тебе выводы от прочитанного. Насильственная жертва и в подметки не годится жертве добровольной.

Только поднявшееся было настроение снова рухнуло куда-то в Тартарары. Жертва, мать их! Так чего мне пойти побегать по улицам попромывать людям мозги, чтобы они добровольно легли под нож, чтобы я смогла создать защиту!?

— Хлоя…

Но я лишь взмахнула