Последняя тайна Консорциума. Том 3 - Михаил Винников

что глаза рябили даже днём. После полумрака в баре понадобилось проморгаться. На небе не облачка. И небо было видно — здания не выше трёх этажей. После планеты с вечным дождём Виктор это оценил. Ветер гнал вдоль улицы лепестки чего-то местного и экзотического… А еще узкая улочка была запаркована в два ряда с обеих сторон. Машины лепились как попало даже на тротуарах. А посередине умудрялись ехать, причем довольно быстро. И все время сигналили друг другу. Для полного счастья не хватало только шныряющих как попало мотоциклов — но у местных двухколёсный транспорт отчего-то было не в чести. У уважающего себя человека должна быть машина не менее чем с четырьмя колёсами. И с крышей — кабриолеты тоже почти не встречались, хотя климат позволял.

— Культурные особенности, — негромко подумал вслух Виктор.

За спиной послышался топот. Несколько человек, в дверях бара. Сейчас они выйдут на улицу, и начнётся… Но внутри полумрак, снаружи яркий солнечный день и море голограмм. Значит, им тоже нужно будет проморгаться. И тут как раз подвернулся удобный случай — фургончик, неистово бибикая, объезжал кого-то по тротуару.

Бандиты вышли, начали моргать, отвлеклись на фургончик. Перегородили ему дорогу, всем видом объясняя водителю, что он попутал и прёт не туда. Водитель предпочел не связываться и дал по тормозам.

«Все вы блин одинаковые,» — подумал Виктор. — «Даже в самой бестолковой ситуации нужно первыми пролезть и всем показать…».

Перебранка с водителем займет еще секунд тридцать. Потом бандиты вспомнят зачем шли. Одинокого «журналиста» они за угрозу не считают, и потому торопиться не будут. Поэтому журналист сейчас исчезнет, и вместо него появится обычный прохожий.

Пока бандиты отвлекались, Виктор присел за машиной. Скинул сумку через плечо. Снял пиджак, кое-как затолкал его внутрь, достал оттуда свою старую куртку и пистолет в кобуре. надел всё на себя, потом пристегнул вторую лямку и превратил сумку в рюкзак. На всё секунд тридцать. Чуть не забыл снять очки. И вот он уже спокойно идёт по улице, ничем не похожий на себя пять минут назад. Особенно издали со спины.

За три года военной службы Виктору не единожды случалось «самовольно оставлять часть». Обычно ради марш-броска до магазина, но иногда и в режиме «сбежать после отбоя и к утру вернуться». Второе — для сильных духом, обратно успевали не все. За военными вне части, и особенно за рядовым и сержантским составом, следили патрули, и бегать от них было своего рода искусством. А еще солдат запросто могли привлечь к розыску очередного бедолаги, переоценившего свои силы и не вернувшегося в строй к утренней поверке. То есть и в роли охотника Виктор тоже побывал, хотя и без особого рвения. И там усвоил одну вещь: ловят того, кто убегает, ищут того, кто прячется. Иногда достаточно просто стоять на месте — и тебя не заметят. Потому что беглец так себя не ведет.

Вот он и шел по улице прогулочным шагом. Сначала казалось, что погони нет, потом сзади послышался топот, и мимо пробежали сразу три бандита. Один даже слегка задел Виктора плечом, но не обратил внимания. Осталось пройти еще полквартала — там будет улица пошире, и сразу за углом направо — автобусная остановка. Проехать пару километров все равно куда, потом пересесть на такси — и готово.

Когда до угла оставалось буквально два шага, Виктор увидел впереди человека, сидящего на корточках. У одного из бандитов развязался шнурок. Это было опасно. И свернуть некуда. К счастью, всегда есть вариант «затупить в телефон» — тебя сразу запишут в неподвижные препятствия. Опять же, беглецы не месте не стоят. Но пока Виктор думал как быть, бандит начал подниматься, огляделся по сторонам… и встретился глазами с «журналистом».

— Ах ты ж хитрая жопа! — заорал бандит и кинулся на Виктора.

«Ах ты ж глазастая сволочь!» — мысленно ответил Виктор. Но вместо того, чтобы убегать, шагнул вперед и с размаху зарядил бандиту, не успевшему до конца встать, ногой в лицо. Всей подошвой. Наверняка след отпечатался, но выяснять это не было времени. Бандитов было трое, значит еще два где-то недалеко и сейчас прибегут на крик.

Виктор свернул в первый попавшийся переулок и побежал, лавируя между кучами мусора. Как всегда — улицы чистые, а только сверни за угол, и там жуть что творится. Даже в зданиях окна в эту сторону не выходят. Поворот, еще поворот… Опасно так бегать по незнакомым местам — переулки далеко не все сквозные, бывают и тупики. И, конечно, по закону подлости именно тупик и попадётся. Виктор уперся в изрисованную корявыми граффити стену высотой где-то до второго этажа. Даже мусорных баков не оказалось — метров десять и тупик. Пара кучек мусора и едкий запах из углов — не считаются.

— А места поприличнее не нашлось? — громко спросил Виктор и медленно обернулся.

Очень не хотелось браться за пистолет. Громко это. А глушителя нет. По очередному дурацкому закону полиции были запрещены глушители — по мысли очередных «активистов», в мире розовых пони служитель закона стреляет только по делу и скрывать ему нечего. Поэтому даже резьбы на стволе быть не должно. Нельзя! Конечно, с полиции ушел, давно можно было купить что-то другое. Но денег мало. Хотя тоже не оправдание — кто мешал одолжить у Вольфрама «уродца с глушителем»?

Значит, надо разобраться без оружия. Один выстрел — и набежит еще бандитов. Причем уже с оружием наготове. А эти пока надеются руками.

Раздался топот, и из-за угла в тупиковый переулок выбежали два запыхавшихся бандита.

«Оружия не видно» — ответил Виктор. — «Все в расстегнутых рубашках с голым татуированным пузом. Значит, если пистолет где-то и есть, то за поясом сзади. Надо следить…»

И еще хорошо бы свести всё к рукопашной. В империи любят «боевые искусства», но, как обычно, девяносто процентов любят рассказывать как их любят, и дальше не продвинулись. На остальные десять хорошо бы не напарываться. И еще надо разобраться побыстрее — и свалить подальше, пока кто-нибудь еще не пожаловал.

Итак, бандиты. Два штуки, толстый и тощий. Толстый встал посреди прохода, уперся руками в колени и тяжело восстанавливал дыхание. Но смотрел в оба. Мимо не проскочишь — успеет среагировать. Тощий медленно шел вперед и улыбался, скаля золотые зубы.

Виктор встал в боксерскую стойку, немного попрыгал на месте. Бандит оскалился и тоже изобразил руками что-то.

«Школа молодого тигра?» — мысленно усмехнулся Виктор. — «Хотя нет, скорее