Кровь в пыли (ЛП) - Шэн Л. Дж.

Себ и его люди исчезают в роскошном серебристом Кадиллаке и выезжают из города на детскую площадку, где происходит все, и плохое, и хорошее. Восточная бухта.

Мы молча следуем за ними, следя за тем, чтобы между нами всегда было как минимум две машины. На Нейте толстовка с капюшоном, а на мне кепка Raiders. К счастью, вечер субботы, и дороги довольно загружены, несмотря на поздний час.

Кадиллак останавливается возле блестящего многоквартирного дома в Дублине, не слишком отличающегося от того, в котором я жила всего несколько недель назад. Себ выходит из машины, и это почти слишком хорошо, чтобы быть правдой — я буквально протираю глаза от изумления, — когда вижу, как он коротко прощается со своими телохранителями, прежде чем исчезнуть в дверях приемной.

Господи, они даже не охраняют его квартиру изнутри. Он просто оставляет их там, на улице, сидят в их машине, в маловероятном случае мы появимся. Водитель складывает руки на груди и закрывает глаза, а парень на пассажирском сиденье достает iPhone и играет в игру, светящийся экран подсвечивает его сломанный нос и челюсть в форме камня.

Мой взгляд встречается с Нейтом, и он уже улыбается от уха до уха. Удачный случай, упавший с неба прямо в наши руки.

Мы ждем еще несколько минут, глядя вверх, наблюдая за включенным светом на втором этаже здания. Нейт ведет машину мимо пешеходного перехода, проверяя, есть ли легкий путь для побега на тот случай, если нам нужно будет быстро двигаться, и как только двигатель выключается, он поворачивается ко мне, хватая меня за плечи, чтобы я оказалась лицом к нему.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? Я не обижусь на тебя, если ты откажешься. Нет ничего постыдного в том, что ты передумала, кексик.

Я фыркаю, качая головой. Эти мужчины идут ко дну. Я ценю, что он дал мне возможность отступить, но я хотела убить их до того, как он и его золотой член войдут в мою жизнь.

— Я в порядке, — говорю я.

Он наклоняется вперед, хватает меня за шею сзади и целует в макушку. — Ты нехорошая, ты чертовски лучшая.

Достав шприцы из сумки Walgreens и банку с наркотиками, я смешиваю смертоносный коктейль из кокаина и жидкости для снятия лака, взбалтывая его во что-то, что заставит его телохранителей молить о своей смерти. Я знаю этот порошкообразный крэк, и он полон худших ингредиентов, которые только может предложить рынок. Если аммиак и крысиный яд прямо в вены их не убьют — жидкость для снятия лака завершит дело.

Все, что мне нужно сделать, это убедиться, что я попала в нужное место. Но годы общения с наркоманами, которые прибегали к втыканию игл в ноги и половые органы, сделали меня своего рода экспертом по анатомии человека, когда дело доходит до того, куда втыкать иглу — даже в боевых ситуациях.

Выскальзывая из машины первым, Нейт — одетый в маску и толстовку с капюшоном — идет в направлении их машины, засунув руки в карманы. Когда он останавливается перед окном водителя, он постукивает по нему костяшками пальцев в перчатке. Я наблюдаю из «Такомы», как опускается окно, и мясистая рука устремляется в его сторону, пытаясь ударить его острым предметом в живот. Он элегантно уворачивается от ножа и выворачивает руку парня из окна, разбивая ее о дверь с хлопком, от которого я сглатываю комок рвоты. Рука безвольно болтается. Маска Нейта поднимается, и его взгляд сосредотачивается на мне. Мой выход. Я открываю дверь и бегу в его сторону, мертвой хваткой сжимая шприцы. Он кивает в сторону сломанного вооруженного мужчины, и я втыкаю иглу в красивую голубую вену на его шее. Нейт уже имеет дело с парнем из Candy Crush, который успел объехать машину с ружьем у пояса, за которое держится, но не вытаскивает. Застрелить кого-то на Мейн-стрит — не лучшая идея. Даже он это знает.

— Опусти пистолет. — Я слышу низкое рычание Нейта, источающее авторитет, и тут же прихожу к удручающему осознанию того, что мне все это время был нужен кто-то вроде него. Если бы он был рядом со мной, когда я впервые попыталась победить своих врагов, их бы уже давно не было. — У цыпочки позади меня два «Магнума», и она без колебаний сделает швейцарский сыр из твоей отвисшей задницы, если ты направишь на меня это дерьмо. Подними рукав и дай мне руку.

— И на кой черт мне это делать? — Мускулистый мужчина в панике размахивает пистолетом в воздухе, но не на кого-то конкретно. — Зачем нужна моя рука?

— Кексик, — Нейт делает мне знак подойти поближе. Сломанный вооруженный парень пускает пену изо рта, задыхаясь, когда мой смертоносный коктейль наполняет его кровь чистым ядом, но Кэнди Краш не может этого видеть, так как верхняя часть тела его друга вываливается из окна в противоположном направлении. Я съедаю пространство до Нейта и вооруженного мускулистого парня. — Скажи этому человеку, зачем тебе нужна его рука.

— Чтобы я могла тебя отравить, — ухмыляюсь я. Парень оборачивается и пытается бежать к многоквартирному дому, но Нейт цепляет пальцами за воротник и без особых усилий швыряет его в глухой переулок за местным рестораном. Мускулистый мужчина врезается в мусорный бак и падает на землю. Нейт берет свое ружье и разряжает револьвер, выбрасывая оружие в мусорное ведро.

Мы могли бы использовать этот пистолет.

Я знаю, он говорит, что оружие для шлюх, но что, черт возьми, он думает, что у меня между ног бургер In-N-Out?

— Дай мне ключи от его квартиры, — рявкает Нейт на телохранителя Себа нехарактерно громким голосом.

— У меня их нет.

Удар в живот. Мускулистый парень перекатывается в позу эмбриона, морщась и обнимая себя за живот. Нейт берет его на руки, открывает тяжелую крышку мусорного бака и засовывает в нее лицо. У парня трясутся конечности. Он не может дышать. Подняв крышку, Нейт дергает его за волосы, и парень задыхается, глотая кислород.

— Ключи, придурок. Не заставляй меня ласкать тебя.

— У меня нет ключей от его дома!

Еще один удар, на этот раз прямо в лицо. Кровь. Кровь и пыль повсюду. Запах его жизни, утекающий прочь, вызывает у меня тошноту и дрожь, но снаружи я прислоняюсь плечом к стене, скрещиваю руки на груди и хихикаю.

Этот парень не дрогнул, когда Себ похитил меня с Окленд-стрит.

— Хочешь знать, каково это, когда твои органы взрываются изнутри? Это вот-вот произойдет.

— Я говорил тебе! У меня нет. . .

Еще один удар, на этот раз в спину, но на этот раз он не кричит и не корчится, что заставляет меня положить руку на поясницу Нейта. Мир может быть насильственным. Я поняла это за короткое время, проведенное с ним.

— Малыш, время уходит. Его не стоит убивать. Пойдем.

Мой любовник садится на корточки и смотрит сквозь джинсы парня, чтобы увидеть, есть ли у него ключ. Он не знает. Я думаю, что человек либо мертв, либо притворяется, но мы не утруждаем себя проверкой, возвращаясь на главную улицу.

Мы терпеливо ждем за гигантским растением, украшающим вход в здание, и как только пьяный мужчина в костюме использует клавиатуру с сенсорным экраном и толкает входную дверь, мы силой пробираемся внутрь, пихая его глубже внутрь. Мы врываемся в вестибюль, который, вероятно, оснащен бесчисленными камерами. Не имеет значения, так как наши лица закрыты до шеи. Моя маска Франкенштейна совсем не сексуальна, но она делает свою работу.

— Что за. . .? — Молодой человек в костюме, спотыкаясь, пробирается мимо плюшевых диванов к лифтам, и мы следуем за ним, Нейт держит середину его классической рубашки, как собаку на поводке, и пальцем в перчатке тыкает в кнопку лифта.

— Добрый вечер сэр. — Голос Нейта такой же веселый, как и его маска Гая Фокса. — Хорошо провели вечер?

Парень смотрит на него глазами, как две блестящие луны, и медленно кивает головой, не обращая на меня никакого внимания. Несмотря на мою страшную маску, вы все равно можете видеть, что я маленькая, фигуристая и женщина.

Серебряные двери распахиваются, и мы втроем заходим в лифт, Нейт все еще держит беднягу за рубашку.

— Этаж? — вежливо спрашивает он.