Сливово-лиловый - Клер Скотт

такой своего рода особой властью. Думаю, что моя мать перерезала бы себе вены, если бы узнала, но я отгоняю эту мысль прочь.

— Она могла бы спросить меня. Должна была спросить меня.

— Должна? — спрашивает Роберт, и Фрэнк кивает.

— Да, черт возьми, должна была.

Фрэнк потирает лицо и смотрит на меня. Как я, словно приклеенная, жмусь к Роберту.

— Ты бы спросила?

Я думаю и задумчиво качаю головой.

— Я бы не спросила напрямую, но я бы представила его и объяснила, откуда знаю этого парня. Я бы сказала, куда иду, и что вернусь через пару минут.

— Она бы добавила «хорошо?» и молча попросила бы моего согласия, — говорит Роберт, и я киваю.

— Да, что-то в этом роде.

— А ты бы позволил это?

— Да, я бы позволил. Представь, что ты встречаешь старую подругу на уличном празднике, она хочет что-то выпить с тобой и немного поговорить, а ее новый любовник запрещает ей это. Ты был бы сильно удивлен. И в зависимости от количества выпитого алкоголя даже взбешен, со всеми возможными последствиями. Это того не стоит. Если ты не хочешь подобного, то должен уточнить это заранее, четко сказать: «Я хочу, чтобы ты оставалась рядом со мной, я не хочу, чтобы ты уединялась с другими мужчинами», или что-то в этом роде. Потому что тогда она должна будет либо проявить неповиновение, либо вынуждена будет найти компромисс. В данном случае: «Присядь. Давай выпьем здесь».

— Я все равно считаю, что это дерьмово. Особенно потому, что она киданула меня с выпивкой.

— Но теперь у тебя завтра есть чем заняться, — улыбается Роберт. — Я уверен, ты придумаешь парочку пакостей, чтобы дать ей понять, что в будущем подобного не потерпишь.

— Давай, выкладывай, — дьявольски улыбается Фрэнк, — что бы ты сделал?

— Мне уйти? — спрашиваю я, нежно сжимая бедро Роберта.

— Нет, оставайся, чтобы ты могла услышать, что тебя ждет, если у тебя когда-нибудь возникнет идея подражать поведению Сары. — Роберт прижимает меня и поворачивается к Фрэнку. — Это очень коварно, но эффективно. Она не забудет этот урок.

— Я весь во внимании, — говорит Фрэнк, его глаза блестят.

— Пусть она выпьет сегодня вечером. Много. Позволь ей пить все, что она захочет. Наблюдай за ней, будь заботлив, уложи ее в постель и дай ей спать. Подожди, пока она не проснется или разбуди ее — в зависимости от того, насколько пакостным ты хочешь быть. Главное, ее похмелье будет максимально ярко выражено. Головная боль, тошнота, головокружение. Полная программа. Тогда заставь ее ползти к тебе. Не сдавайся, кричи. Это не продлится долго, и она поползет, только бы ты перестал быть таким шумным. Сядь на диван и пусть она отсасывает. Скажи ей, что ты кое-что запланировал на прошлую ночь, но она, напившись, расстроила все планы. Теперь ты желаешь получить компенсацию. Кто может бухать, тот может работать на следующее утро. Пусть она все сделает сама, ты не пошевелишь даже пальцем. Головная боль заставит ее сделать все, чтобы ты как можно скорее кончил. Когда она закончит, уложи ее спать и дай ей выспаться. Когда проспится, она будет понимать, кто в доме хозяин. И что это не очень хорошая идея, напиваться без согласования.

* * *

Я поворачиваюсь к Роберту, чтобы видеть его лицо, и вижу его улыбку.

— Ого, — говорю я, — это действительно коварно. Ты можешь быть таким жестоким?

— Да, — отвечает он и слегка сжимает меня. — Я могу быть очень коварным, предельно строгим и экстремально твердым. Особенно, когда меня водят за нос и не обращают внимания на договоренности или игнорируют их.

— Это почти пугает меня сейчас… — бормочу я и критически смотрю на остатки вина в моем бокале.

— Тебе не нужно бояться, Аллегра, — тихо шепчет он мне на ухо. — Я не думаю, что ты когда-нибудь попадешь в такую ситуацию. Ты слишком послушна для этого. Ты охотно подчиняешься, автоматически соблюдаешь все соглашения и правила, а если нет, значит, у тебя есть веская причина. И даже тогда я тебя тоже не накажу.

— Проблема в том… — говорит Фрэнк, подумав о предложении Роберта и поискав глазами Сару, — что она сделает то же самое со мной. Гарантированно.

Роберт смеется и качает головой.

— Ты прав. Насколько я знаю Сару, она заставит тебя самого испробовать твое «лекарство». Тебе просто нужно быть послушным, и ты больше не сможешь напиться…

— Мне она действительно очень нравится… — вздыхает Фрэнк. — И я думаю, это хорошо, что мы можем легко меняться ролями, но иногда…

— …иногда что? — спрашивает Сара и усаживается на скамейку рядом с Фрэнком. В руке она держит полный бокал вина.

— Иногда я хочу сабу, такую же послушную и покорную, как Аллегра…

— Все дело в воспитании… — Она усмехается и делает глоток вина.

— Да, это вопрос воспитания, конечно. Какой по счету это бокал, дорогая? — сладко спрашивает Фрэнк, и Роберт тихо смеется.

— Четвертый. Я определенно больше не могу вести машину…

— Тогда я поведу. Принести тебе еще один бокал? Или бутылку?

— Принеси мне сразу бутылку, сокровище, тогда Мелинда тоже сможет выпить, когда вернется. Пино Гри, хорошо?

— Конечно. Бутылка Пино Гри. Прибудет сейчас.

Фрэнк встает и идет в направлении продажи вина.

— Гм… Сара… — начинаю я, и сразу чувствую руку Роберта на своем затылке.

— Молчи, ни слова о нашем разговоре, — бормочет он мне на ухо.

— Да, Роберт.

— Что ты хотела сказать, Аллегра? — спрашивает Сара, и я краснею.

— М-м-м… кто это был?

— Ты имеешь в виду Винса?

Я киваю, и Роберт убирает руку от моей шеи, снова обнимая меня.

— Винсент — мой двоюродный племянник. Мы вместе ходили в детский сад и начальную школу, но потом его родители переехали сюда, а мы остались в городе. С тех пор мы больше не видимся так часто.

Сара рассказывает нам о своем детстве с Винсентом, пока Фрэнк и Мелинда не возвращаются одновременно к нашему столу.

— Ну, я пережила это. Мне срочно нужно что-нибудь выпить, — вздыхает Мелинда, усаживаясь рядом со мной, хватает бутылку Пино Гри и наливает себе. Затем она держит бутылку над моим бокалом и смотрит на меня.

— Нет, — говорю я, — спасибо, нет.

— Видишь? — шепчет мне на ухо Роберт, и я улыбаюсь, понимая, что он имеет в виду.

— Винс — двоюродный племянник Сары, — говорю я Фрэнку, и он удивленно смотрит на Сару.

— Твой двоюродный племянник?

— Да. У меня есть родственники здесь.

— Кстати о родственниках, угадайте, кого я видела? — с улыбкой спрашивает Мелинда.

— Без понятия, — отвечает Роберт за всех.

На самом деле, она могла встретить