Ниочёма-3 - Дмитрий Николаевич Матвеев

Чуть позже прибежал с выпученными глазами министр иностранных дел. Он получил от анонимного корреспондента пакет таких документов, что можно было только на их основании объявлять войну Европе. Решили горячку не пороть, подождать обещанного полковника. Если подтвердит хотя бы часть, европейцам не поздоровится. Потом пошли один за другим: военные, полиция, финансисты, безопасники, снова военные, и так до самого вечера.

Измотанный до последней степени, император сбежал в свой кабинет. Достал из шкафчика початую бутылку коньяка, бокал, налил на палец, пригубил и откинулся в кресле, наслаждаясь покоем.

Чуть скрипнув, отворилась потайная дверь. Пётр скорее угадал, чем услышал невесомые шаги. Оборачиваться он не стал. Лишь прикрыл от удовольствия глаза, когда нежная узкая ладонь легла ему на затылок.

- Заработался, - констатировала гостья, - устал. Совсем загонял тебя этот негодник Песцов. Сколько дней уже мой муж не навещает свою жену?

Львов отставил бокал на стол и сдвинул женщину с подлокотника кресла себе на колени. Та чуть склонила голову, позволяя густым чёрным волосам упасть на плечо. Император прижал супругу к себе, зарылся лицом в пахнущие пряными травами волосы и едва слышно выдохнул.

- Ты хорошо придумал, супруг мой, насчет бала, - неторопливо произнесла женщина. - Заодно устроим тебе смотрины невест, у меня как раз всё готово. И с Песцовым будет повод поплотнее пообщаться, вы ведь теперь сравнялись в официальном статусе. А я рядом побуду. Послушаю, посмотрю, понаблюдаю. Может даже, невзначай вставлю пару слов. И ты, наконец, успокоишься на его счет, поскольку будешь точно знать, кто он тебе: друг, враг или соперник.

Глава 22

Где-то в степи

Ехать днём - совсем другое дело. Не то, что ночью. Можно гнать по шестьдесят, а то и восемьдесят километров в час. Благо, колея, накатанная машинами по дороге «туда», сохранилась и заблудиться невозможно при всем желании. Вот Олег и гнал, оставляя за собой длинный густой шлейф бурой пыли. До первой плановой остановки он собирался добраться ещё засветло, и это было вполне реально.

Теперь, без советников и вездесущего Хоттабыча, можно было спокойно подумать о самых насущных делах, которые как раз и сорвали Олега в империю на день, а то и на неделю раньше срока. Собственно говоря, дело это было всего одно, и называлось оно «гарем». Пришел Сункар и с уважительным поклоном сообщил, что необходимо срочно решить, что делать с наложницами. Ибо они чахнут, лишенные внимания хана. Высочайше утвержденный график посещения ханской постели сбивается, среди красавиц возникают свары и склоки, и несравненная красота девушек страдает в результате внутригаремных разборок.

Нет, Песцов женщин не боялся, но совершенно не представлял себе, что ему делать с двумя сотнями молодых девок. То есть, что с ними делать в постели, он знал прекрасно. Но ведь постелью жизнь не ограничивается!

Кроме того, есть три красивые молодые жены. И как они воспримут развлечения с наложницами? Семейное согласие Олег ценил больше возможности весело провести время. А поскольку готового решения не было, то просто сбежал, прикрывшись необходимостью личной встречи с императором. Никто ведь не осмелится сказать, что красивая женщина, даже две сотни красивых женщин важнее одного Львова.

И вот он гнал машину вперед, а сам раздумывал, как поступить. Вариантов было много, но у каждого находился тот или иной изъян. А потому приходилось и дальше напрягаться, изобретая новые идеи.

В степи не было видно ни души. От горизонта до горизонта одно и тоже: холмистая равнина с редкими клочками жесткой буро-зеленой травы. И, раз не от кого прятаться, Песцов не заморачивался скрытностью или маскировкой.

Выстрел прозвучал неожиданно. Вернее, не так: Олег ощутил угрозу с правой стороны. Что за угроза, откуда взялась – он не успел разобрать. Да что там, он даже испугаться не успел. Ноги надавили педали, выжимая тормоз и сцепление, руки выкрутили руль и переключили передачу, а голова – или что там в организме отвечает за магию, создала любимый, до автоматизма отработанный конструкт.

Пи-и-иу!

Где-то вдалеке, на вершине ближайшего холма, хорошо жахнуло. В стороны полетели комья земли, куски тел. Где-то рядом свистнула пуля. Если бы не хорошие тормоза, попало бы как раз Олегу в голову. И только потом донесся звук выстрела и крики.

Ф-фух! Ф-фух! Ф-фух!

По крутой дуге полетели огненные мячики размером с небольшую дыню, а Олег утопил в пол педаль газа и уже разгонялся в сторону холма. Прощать такую наглость он не собирался. Надо же: в ханской степи кто-то посмел напасть на хана!

Движок недовольно рычал, но послушно гнал легкую машину в горку.

Быдыщ! Быдыщ! Быдыщ!

Файрболы сработали не хуже миномёта, залив плазмой обратный склон холма. Уцелел ли кто после такого – неизвестно. За грохотом взрывов крики были не слышны.

Еще не осела пыль, а Олег уже выметнулся на вершину холма и тут же ударил по тормозам. Багги повело, чуть занесло, качнуло на амортизаторах из стороны в сторону, но и только. Картинка была жуткая. Кто стрелял? Кто нападал? Теперь уже понять не удастся. Трофеи собрать тоже не выйдет: их просто не осталось. Чадно горели какие-то машины, в них рвались патроны. Дымились разбросанные по склону дочерна сожженные тела. А вот воронок не было, огонь не пошел вниз. Пламя просто сдуло с земли все, что на ней было, оставив три черных проплешины, каждая метров двадцать в диаметре. А степь как была пустынна, так и осталась, и от горизонта до горизонта не было видно ни души.

Здесь делать было нечего, и Песцов вернулся на «свою» колею. Разогнался до крейсерских шестидесяти километров в час и попёр дальше. Только мысли о гареме уже в голову не лезли. В отличие от Предка.

- Ну наконец-то!

Голос Песца был довольный-предовольный.

- Наконец-то ты продемонстрировал всей степи свою силу. Теперь ни один кочевник не усомнится в твоём праве на ханский трон.

- Думаешь, до этого сомневались? – мрачно спросил Олег. Жутковатая картина всё ещё стояла у него перед глазами.

- Разумеется! – фыркнул Песец. – Это же степь, здесь уважают личную силу. Тебе ритуал смены хана ни на что не намекнул? Но теперь-то ни у кого сомнений