Мессия (СИ) - "Пантелей"

То же самое и с оружием. Голого человека отлично разрубит и бронзовый меч, за которым почти не нужно ухаживать, что крайне важно в таком войске, как Бразильское, пока малознакомым с настоящей воинской дисциплиной. Стальные нужны только пилы, для лесопилки, лопаты, мотыги, топоры и кирки, всё с запасом. Если завезут волов, то ещё и плуги. Всё остальное, включая гвозди, только бронзовое.

Из шестидесяти восьми семей пиратов из Кейптауна, общим количеством триста шестнадцать человек, за год умерли почти тридцать, в основном от поноса, пятеро от лихорадки и троих, по всей видимости, покусали какие-то ядовитые твари, но теперь ситуация стабилизировалась. Сырую воду больше никто не пьёт, от лихорадки нашли лекарство у аборигенов – какую-то жутко горькую кору деревьев[95], которые растут в предгорьях, у истока реки. Эту кору настаивали на спиритусе вульгарис и теперь этим отпаивали даже самых тяжёлых больных. Мыться в реке запретили, вся ядовитая гадость водится именно там. Не вся, конечно, но большинство, так что и с этим, можно сказать, уже справились. Итак, умерло тридцать, родилось двенадцать, и ещё двадцать баб не праздны, так что скоро потери будут восполнены.

Монах-миссионер Жильбер, с помощью крещёного шамана Жана, организовал не только церковную службу, но и школу, где обучает подрастающее поколение читать-писать и четырём действиям арифметики. Крестин пока не проводили, поэтому христиане только европейцы и Жан, для них хватало маленькой церквушки, но теперь, с прибытием ещё ста семей, и с расчётом на будущее крещение местных, церковь придётся закладывать новую. Желательно, сразу каменную, поэтому снова нужен архитектор и мастер-строитель, рабочих рук теперь хватает.

Ле Брюн не просто всё внимательно выслушал, но и записал.

– Я доволен вами, Сэр. Конечно, ваш рейд возмездия можно де-юре расценить, как поход за рабами, но, к счастью, здесь этого сделать некому. Все ваши заявки постараемся удовлетворить как можно скорее. Корабль со снабжением к вам теперь будет приходить каждые два месяца, а потом и чаще. Принципат постоянно увеличивает количество верфей и производство новых кораблей, часть достаётся и нам. Через пару лет, у вашей колонии появится свой корабль, а может и не один. Итак, пушки вы брать не хотите. Это обоснованно и понято, но может быть у вас есть нужда в чём-то прямо сейчас?

– Оставьте мне несколько шлюпок, Сир. Такие мы построим ещё не скоро, а нужда в них есть уже сейчас. Реку нужно постоянно патрулировать, чтобы дикари не сбивались в большие стаи, нужно ходить к истоку, за корой, да и бальсу приходится искать всё дальше.

– Не пробовали её высаживать?

– Пробовали, Сир. Не только бальсу, но и какао-деревья, и каучуконосы, но это дело небыстрое, на перспективу. Когда-нибудь, вокруг Бразилии будут расти только они, а пока приходится искать дичку.

– Хорошо. Я оставлю вам шесть шлюпок прямо сейчас, и добавлю пару десятков в вашу заявку. Пока они все сгниют, вы уже научитесь строить их сами.

– Благодарю вас, Сир!

Шестнадцатого сентября 1203 года, адмирал-Фараон покинул гавань колонии Бразилия и взял курс на юг, где его ждал последний неоткрытый пока континент планеты Земля.

Глава 26

В Ливерпуле Ричард «скрывался» до конца сентября 1203 года. Напрасно. Он ждал скандала, но его так и не случилось. В газетах продолжалась кампания по возвеличиванию сестры Мариам, в миру Алиеноры Аквитанской, а от самой Маман не было ни строчки. Удивительно, но факт, Роберу с Ицхаком удалось её, каким-то образом убедить, а жаль. У Принцепса для подавления мятежа уже всё было готово, теперь чистку городов от криминала и бездельников придётся отложить на год. И не просто отложить, а подготовить такую провокацию, которая не оставит равнодушным ни одного бюргера. С религией не получилось, значит придётся действовать через экономику, причём тонко. Простое повышение налогов до уровня, который гарантирует бунт – не годится. Это даст мятежникам чувство собственной правоты, а во всех слоях общества породит раскол на сочувствующих и злорадствующих. Причём сочувствующими будут приличные люди, а поддерживать власть всякие мерзавцы. Это в религиозном вопросе всё мутно, там правых и неправых однозначно определить невозможно, кто мятеж затеет, тот и виноват, а в экономике все уже хоть немного, но разбираются. Порядочные люди инстинктивно встанут на сторону справедливости, даже если данный конкретный вопрос не затрагивает их личных интересов. Сегодня не затрагивает, но раз несправедливо поступают с одними, то завтра это уже может затронуть кого угодно, любое из сословий. С экономической провокацией придётся действовать гораздо тоньше, готовить её тщательнее и, пожалуй, поставить в курс дела ближний круг. Значит до начала сессии сената нужно успеть вернуться в Рим.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Проведённые в Ливерпуле три месяца, Принцепс мог с полным основанием занести себе в актив. Он лично принял экзамены у первого выпуска университета, лично прочитал все дипломные работы и лично провёл распределение выпускников. Многие дипломные работы уже превысили его компетенцию, особенно в области химии и металлургии, но всё было вроде по делу, никакой откровенной ахинеи, вроде философских камней, или трансмутаций свинца в золото в них не предлагалось. Оставалось надеяться, что люди находятся на правильном пути, и назначить их преподавателями, попутно загрузив и исследовательской деятельностью, доверив каждому не только кафедру, но и немалые средства для оборудования лабораторий.

Механики и электрики удивить пока не смогли, но и у них встречались интересные идеи, например один из выпускников правильно предсказал направление развития электроники. Пока только переход с диэлектрических диодов на электровакуумные, но лиха беда начало, раз уже сейчас додумался до этого, значит, далеко пойдёт. Главное, что цель он себе поставил правильную – снижение энергоёмкости, теперь пусть собирает штат младших научных сотрудников, из числа студентов, и с ними формирует научную школу. Когда будут готовы – будут им и подсказки. Механики пока упёрлись в отсутствие необходимых материалов. Всё, что можно выжать из доступных, они уже выжали. Компактный паровой двигатель для локомотива уже таскал уголёк из Кардиффа в Ливерпуль, хотя ему и требовалось пока техническое обслуживание, с заменой вкладышей во всех подшипниках, после каждого рейса. Пока основными двигателями служили упряжки волов, но и их отдача с использованием на железной дороге выросла как минимум втрое. Подшипник качения пока удалось создать только из бронзы, но в производстве он стоил впятеро дороже подшипника скольжения, а в эксплуатации превосходил лишь вдвое. Как наглядный макет годился, но пока не более того. Нужны новые материалы. Нужны легированные и нержавеющие стали, нужно разрабатывать никелевую руду в Киркенесе, её уже даже нашли, но кем всё это делать, если люди не хотят работать?

Медики уже «открыли» бактерий и распознали в некоторых их них возбудителей болезней. С ними Ричарду предстояло сотворить обещанное матери чудо – победить чёрную оспу. С одной стороны, это было довольно просто – заразить всех коровьей оспой, но на практике всё было гораздо сложнее. Просто постоять рядом с заболевшей коровой было мало. Заражались, да и то далеко не все, только доярки, а от человека к человеку эта зараза не передавалась. Заставить всех доить заражённых оспой коров – просто не реально, значит нужно выделить активного возбудителя и делать прививки. Большего Принцепс им сообщить не мог. Пусть работают.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пароходу «Прометей» заменили винты уже во второй раз, но его максимальная скорость так и не превысила восьми узлов. Это много, если использовать пароходы только в качестве защитников портов, но в океане, с такими характеристиками, они не смогут взойти на волну даже в шести бальный шторм. Это парусник может уходить по ветру, подняв штормовой парус. Поболтает, конечно, проблюются все, но, если на камни не выбросит – ничего страшного не случится. Парусник – это поплавок, пароход же должен всходить на волну против ветра, иначе ему зальёт трубы, погасит топки и здравствуйте рыбы и крабы, мы вам тут покушать привезли, приятного аппетита.