«Какое великое утешение — вера наша!..» - Епископ Афанасий (Сахаров)

Среди правил поместного Карфагенского Собора есть одно (не помню 143–е или 148–е, в разных кодексах правила Карф[агенского] Собора имеют разную нумерацию), содержание которого приблизительно такое: если православный епископ не ревнует о возвращении православным захваченного донатистами церковного имущества, то все епископы Поместной Церкви прерывают с ним общение, и он должен довольствоваться общением только со своей паствой[345]. Таким образом, устанавливается возможность такого положения, когда к православному, благодатному, не отлученному и не запрещенному епископу, недостаточно энергично действующему в защиту интересов Церкви, применяется как бы своеобразный церковный бойкот со стороны других епископов и их паств. На этом же правиле в начале 30–х годов я и покойный м[итрополит] Кирилл основали нашу тогдашнюю позицию. Мы поминали одного первоиерарха м[итрополита] П[етра][346] и не поминали временно за него управлявшего церковными делами[347], как никогда не возносилось во всей епархии имя викария, хотя бы и управлявшего епархией за отсутствующего или болеющего епархиального] архиерея. Когда[348] еще в 45–м году я и двое моих собратий[349] узнали о происшедшей перемене, мы рассудили: митр[ополита] Петра, несомненно, нет в живых. Общение со Вселенской Церковию совершается чрез первоиерарха, возношение имени которого является внешним знаком этого общения. Новый первоиерарх поставлен при участии всех восточных патриархов, не признавать его — это как бы зазирать и восточных патриархов. Посему мы решили неопустительно возносить его имя где положено, — что я и делаю, руководствуясь словами Христа: «Учения их слушайте, а…»[350] и правилом Карф[агенского] Собора.

Я отнюдь не осуждаю и не зазираю и тех, которые по ревности поступают иначе, которые прерывают всякое внешнее общение, — не зазираю, но при условии, если это делается по искренней ревности, — со скорбию, а не со враждою. Я верю, что если ревность моя и моих собратий может быть и не по разуму, — Г[оспо]дь не осудит за нее, ибо она не на каких–либо личных интересах основывается, а вызывается исключительно искренним желанием не отступить от истины, не приобщиться чужим грехам. И я молю Господа умудрить и наставить меня и единомысленных мне, как нам поступать, чтобы совестию не покривить, против единства церковного не погрешить и соблазнов не умножить, не попустить нас впасть в грехи самомнения, превозношения, гордыни, осуждения. Сверх сего я молюсь, и, полагаю, нам нужно усиленно молиться о всех у кормила церковного сущих, да поможет им Господь право править слово истины, дерзновенно везде и пред всеми исповедовать имя ГЬсподне, безбоязненно, не взирая на лиц[а], возвещать правду Его, не уклоняясь ни на [десно], ни на [шую], руководить ко спасению вверенную им паству[351].

Как видите […[352]] между моими и Вашими взглядами малая разница. И я с любовию приемлю Вас, как вообще не чуждаюсь никого, кто и не во всем согласен со мной.

О себе скажу только то, что в июне сего года я справил 33 г[ода] архиерейства, из них я только меньше трех лет был на церковном делании и столько же был в родных местах не у дел. Остальное время — узы и изгнания. Но, Богу помогаюгцу и за молитвы молящихся обо мне, не унываю и искренно глаголю: Δόξα τώ Θεώ διά πάντα[353].

Желаю Вам[354] полного и успокоения, и утешения в Вашей скорби.

Желаю здоровья.

Прошу Ваших святых молитв.

[Епископ Афанасий]

№ 80

Л. И. Синицкой

17~18 декабря 1954 г. Зубово–Полянский дом инвалидов, станция Потьма, Мордовская АССР

Св. вел[ико]м(у]ч[еницы] Варвары

Милость Божия буди с Вами, родная моя Людмила Ивановна!

Сердечно приветствую Вас и все Ваше семейство с праздником св. вел[ико]муч[еницы] Варвары и святителя Николая. Желаю в добром здоровье дождаться великого праздника Рождества Христова и в радости и утешении духовном провести святые дни.

Ваше письмо я получил 3 дек[абря]. А накануне отправилось чрез Москву мое сообщение о получении посылки № 818. Сердечно благодарю Вас и за письмо, и еще раз за посылку.

С доставкой посылок дело наладилось, хотя и не так, как нужно бы. Я считаю, что это должно быть в порядке обязательной обслуги. Но директор не хочет назначить для этого дела определенное лицо. Другой инвалид по моей доверенности не может получить на почте мою посылку, так как почта выдает по доверенности лишь «вольным», имеющим паспорт, а мы…?!? Но у меня пока дело более или менее наладилось. Я даю доверенность на имя секретаря. Она расписывается, а посылки остаются на почте, где к нам относятся благожелательно. Один из инвалидов потом приносит посылки. Теперь мы устроили разборные санки.

В помещении у нас тепло. Топим мы не каждый день, а температура ниже 19–20° не бывает, нередко доходит до 24–25°. Да и зима теплая. Ни егорьевских, ни Никольских морозов не было. Местные жители говорят: «На Покров был теплый южный ветерок. Это значит, что зима будет теплая». Этому надо верить, так как природа живет по нашим праздникам и по старому стилю.

С приготовлением пищи дело как будто налажено. Но у нас каждый день можно ждать осложнений и неприятностей. В каждом корпусе есть кухня с плитой и духовкой. Один иерей готовит обед для себя и для меня из продуктов, частью приобретаемых здесь, частью получаемых в посылках. Когда я был в лагерях, мне присылали с осени на всю зиму картофель. Теперь овощи достаем на месте.

Огорчений, конечно, немало. Здешние деятели в мелочных придирках к попам и в ущемлениях, по–видимому, видят один из способов проявления своей атеистической активности и «научной» антирелигиозной пропаганды. Так, недавно нам с о. Иоанном было объявлено, что на кухне в корпусах категорически запрещается варить пищу даже Из собственных продуктов. «Для попов мы не будем отдельную кухню устраивать». Теперь по распоряжению доктора нам не чинят пока препятствий. Но все или по воле Божией, или по Божию попущению. Буди Его святая воля!

Неприятности, несомненно, отражаются на здоровье, но в общем я себя чувствую более или менее удовлетворительно. Кровяное давление у меня 180 на 100. На этих [днях] начал курс лечения сальсолином и папаверином. Продолжаю принимать и экстракт боярышника.

Грустно, что у Вас все сложнее и труднее. Помоги Вам Господь.

Знаю, что претружденной годами и недугами старице вожделенно разрешитися и со Христом быти[355]. Но ради любящих ее усердно молю Господа, да облегчит ее болезни и продлит еще надолго дни ее жизни.