Танкист. Поручик - Константин Георгиевич Калбанов

старший пресек эти поползновения на корню. Нечего ерундой маяться. Для разговоров будет десерт. Как в общем-то и произошло.

– Да нечего собственно говоря рассказывать, – пожал плечами Виктор, когда все же дошло до вопросов.

– Понимаю, – кивнул полковник. – Ну тогда коротко. За что третий крест?

С одной стороны, оно вроде как распространяться по поводу связи ЧВК и правительства нельзя. Но с другой, данный факт секрет Полишинеля. Всем ведь понятно, что компании эти на ровном месте не создать, и они изначально задумывались для силовой поддержки политики правительства ДВР. А уж на фоне того, что «Витязь» имел на вооружении новейшие образцы, так и вовсе отпадали последние сомнения. В той же Испании ничего подобного и рядом не было.

Опять же, разговоры исподволь о некоторых аспектах службы ЧВК, даже поощрялись руководством. Слухи и пересуды, к делу не пришьешь. А на общественное сознание они неизменно оказывают благотворное влияние.

– Шанхайские бои. По совокупности, – коротко ответил Виктор.

– А четвертый? – вновь поинтересовался полковник.

– Бой при Уцяне.

– Так ты получается прошел через самую мясорубку, – невесело хмыкнул Аршинский старший.

При этих словах, Анна Федоровна прикрыла ладошкой рот, и посмотрела на Виктора таким взглядом, что ему сразу стало неуютно. Ну и понял, что перед матерью крестами светить не след. Бате покажет, и хватит. Даже братьям и сестрам ничего говорить не будет. Сидел в тылу, охранял какой-нибудь там мост. Рядом даже не стреляли. Одни сплошные удовольствия.

– Анна Федоровна, все не так страшно, как может показаться на первый взгляд. Мясорубка, это громко сказано. За все время боев мой взвод потерял только пятнадцать человек. Поверьте, это очень мало. Просто, мы с самого начала начали собирать «Аптечки». У меня во взводе зарядов было больше, чем личного состава. Так что, погибнуть практически нереально, если только не попадет в голову.

– Данилу не в голову. Кровью истек, – всхлипнув, возразила Анна Федоровна.

Виктор вопросительно посмотрел на Аршинова старшего. Тот легонько пожал плечами.

– Завра ожидаем возвращения. На службе остаться позволили, но до получения десятой ступени, в действующие части ему ходу нет.

Понимая, что сотворил глупость, Глеб Данилович поспешил увести разговор в другую сторону. Дальше расспросы пошли о культуре, обычаях, и вообще жизни китайцев. О том, как ведут и чувствуют себя на территории Китая представители европейских держав. Вызвал общий интерес рассказ о шанхайском русском отряде и эмигрантах вообще. Много о чем нашлось поговорить помимо войны.

Потом мужчины удалились, в кабинет Аршинова старшего, и тут уж полковник насел на Виктора всерьез. Его интересовало все. От экипировки, до особенностей уличных боев, и в особенности взаимодействие с авиацией. Глеб Данилович сыпал уточняющими вопросами, и устроившись за столом делал отметки в большом блокноте. Нередко просил Виктора дополнить ответ схемами.

В немалой степени его интересовал вопрос с потерями, и роли в бою «Аптечек». Посетовал, что о подобной концентрации артефактов на подразделение не приходится и мечтать. Но все же соответствующий вывод сделал.

Наконец полковник смилостивился, и отправил молодых оболтусов гулять. Чего им сидеть со стариками. Опять же, сами они с супругой собрались в театр. Словом, молодежь направо, родители налево. Хм. Или все же наоборот.

Глава 18

К черту дружбу

– Витя, помнишь наш разговор о том, что я собираюсь подобрать себе команду? Еще на абитуре, – спросил Роман, когда они уже шли по улице.

Друг облачился в гражданку, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание патрулей. Вот никакого желания нарваться на бедолаг, у которых не заладилась служба, и к концу дежурства не выполнен план по доставленным в комендатуру. Придраться ведь и к столбу можно. Ну их к ляду.

– Помню конечно, – поправляя шарф, в и обшлаг шинели, ответил Нестеров.

– Так вот, по ходу, я тогда сильно так ошибался на свой счет, и мне нужно не свою команду подбирать, а присматриваться к твоей. Потому как ты уже серьезно оставил всех нас позади. И вообще, немногие смогут с тобой соперничать по темпам развития. Одаренных и отмеченных Эфиром не трогаем. Ты в начале пути, и движешься семимильными шагами. А еще, невероятно везучий.

– Что такое? Роман Аршинов решил отказаться от роли лидера? – посмотрев на друга, и вздернув бровь, удивился Виктор.

– Но-но. Роман Аршинов практичная личность, – он одернул меховой воротник кожаной куртки, картинно приосанившись. – И коль скоро он видит, что быть на вторых ролях у друга, на данном этапе выгодно, так отчего бы и не воспользоваться подобным локомотивом.

– Цинично, – хмыкнул Виктор.

– Ну, вот такой я, – развел руками Роман.

– Но тогда уж учти, друг, я пойму то, что ты используешь меня в качестве паровоза для роста. Но если ты в какой-то момент решишь, что тебе гораздо выгодней меня продать…

– Витя… – оборвав его, вскинулся Аршинов, и теперь это была не игра.

– Помолчи, – в свою очередь прервал его Нестеров. – Так вот, Рома, в тот день когда ты решишь это сделать, просто вспомни, что с друга спрос будет многократно выше, чем даже со злейшего врага. Ибо с врагом и так все понятно, а вот с предателем, совсем другое дело.

– Сейчас было обидно.

– Извини. Я то же стал циником, – пожал плечами Виктор.

– Оно и видно.

– А вообще, ты по этому счету-то особо не переживай, – продолжил Нестеров. – Сам посуди. Стартовые позиции у меня были слабее некуда. Для карьерного роста нужны очки надбавок. И я уже выбрал изрядную долю из обменного фонда. Так что, как говорит батя, плохие рысаки выказывают резвость на старте, но проигрывают в долгой скачке. Так что, возможно я не та лошадь, на которую нужно ставить.

– Конь.

– Что? А, да. Конь. Ага.

– Я тебе уже говорил Витя, что с тобой можно только с открытым забралом. Так вот, мы друзья, и в том, что я не предам, можешь не сомневаться. Но как я уже и говорил, я с тобой, пока ты для меня локомотив. Как только нужда в твоей поддержке отпадет, дальше я пойду своей дорогой.

– Но не предашь?

– Предательство, понятие растяжимое. И то, что ты сочтешь таковым, для меня может быть всего лишь рациональным подходом. Не ударю в спину, не брошу в беде и не сдам, это факт. А в остальном… – он многозначительно развел руками.

– Ладно. Годится, – улыбнувшись, Виктор толкнул Романа локтем в бок. – Кстати, а чего это ты не спрашиваешь куда мы направляемся?

– То же мне, бином Ньютона. Первое место которое ты должен был навестить по возвращении, и непременно в парадной форме, да