Силуэт танцующей звезды - Ксения Дронова

— И, пожалуйста, не принимай это на свой счет! Так получилось, вот и все, в жизни часто все складывается не так, как мы хотим, — Светлана Александровна щелкнула фирменной авторучкой и сердито отбросила ее в сторону, — Эту неделю девочка будет ходить в сад, а потом уедет. В этом нет ни твоей вины, ни чьей еще, мы сделали все, что могли.

Женька кивнула и отвернулась к окну. А ей-то казалось, что день удивительно задался — даже не похоже, что понедельник. И планов масса, и в душе неожиданное спокойствие и умиротворение! И вот, пожалуйста. «В этом нет твоей вины»… Сколько раз в жизни она уже слышала эту фразу, и столько же раз не находила ни одного слова в ответ — только бессильно сжимала кулаки и изо всех сил старалась не расплакаться. Сейчас, правда, слез нет… Девочка уезжает, тоже мне, событие… И никому ведь не расскажешь о том, как многого ты хотел добиться, сколько всего самого хорошего хотел сделать для этого ребенка — и не сделал ровным счетом ничего! Она, Женька, ничем не помогла маленькой и одинокой Наташе, девочке с пестрым бантом и родинкой на подбородке… А теперь ей говорят — ты не виновата, не кори себя.

— Я все поняла, Светлана Александровна. Я пойду? — и голос получился чужой, и слова — не те, которые стоило бы произносить. Но о чем теперь говорить? За окном весело щебечут дети, за которыми пришли их родители, а у Женьки на душе одна тоска, которая с каждым ее новым вдохом сгущается и так же быстро темнеет, как это влажное осеннее небо.

— Иди. Да, можешь с завтрашнего дня заниматься тестами. Мне понравились результаты, действуй, — Светлана Александровна улыбнулась Женьке и махнула рукой.

Женька на пять минут забежала к себе в кабинет, быстро переоделась и галопом спустилась по лестнице. Ни одной лишней секунды она не останется сегодня в этом здании, в котором ее постигло такое разочарование! Невозможно думать об этом. Нужно настроить себя на приятное — жизнь вокруг нее кипит, и почему бы ей не наслаждаться тем, что она молода, здорова, что у нее есть мама и папа, и мама скоро выйдет замуж за хорошего человека!.. Но мысли упорно возвращаются к одному и тому же — сегодня Женька проиграла, не справилась со своей задачей, оказалась бессильной, спасовала, не выполнила своего обещания — обещала помочь девочке и не помогла!..

Дорога закончилась как-то слишком быстро, Женька даже не заметила, как преодолела два квартала до остановки. Если бы на улице не было так темно и грязно, она бы пошла пешком, но придется дожидаться троллейбуса… Засунув руки в карманы, девушка задумчиво взглянула на афишную тумбу и удивилась, наткнувшись взглядом на Колю Савельева. Опять она встретила его тут! И, как и прежде, ребенок держит за руку женщину, только на этот раз, сколько бы Женя ни вглядывалась в силуэт, опознать его ей никак не удается. Да и мальчик выглядит как-то иначе — довольным и… свободным, наверное.

—…твое любимое шоколадное мороженое, а потом возьмем у Ромки «Снуппи» и посмотрим, но только если ты пообещаешь мне, что ляжешь спать тогда, когда я тебе скажу, — Женька не выдержала и подошла поближе к паре, и конец фразы доставил ей удовольствие. Сколько дней назад, неделю? — у той же самой афишной тумбы произносились другие, неправильные слова, а вот это — про мороженое, Снуппи и укладывание в постель, — то, что и должно заполнять мир ребенка. Так говорят со своими детьми только те, кто их по-настоящему любит!

— Наташ, смотри! Это Женя, она с нами рисует! — Коля заметил ее и улыбнулся, и Женька неожиданно подошла к нему вплотную и погладила малыша по вязаной шапочке. Опять она дотрагивается до него… Без повода, просто потому, что ей хочется это делать. Но если бы ребенок не обрадовался ей, она бы не знала, как ей вести себя дальше.

— Здравствуйте, я Евгения Морозова, детский психолог, — Женя приветливо кивнула Колиной спутнице, ненавязчиво разглядывая ее. Оказывается, это совсем юная девушка, лет шестнадцати, не больше, очень симпатичная и с таким же бледным личиком, как у Коли.

— Я сестра Коли, очень приятно… Простите, нам надо бежать, — к остановке подъехала маршрутка и девушка, схватив брата за руку, быстро юркнула в нее. На короткий миг Колина улыбающаяся мордашка показалась в окне, но потом рафик уехал, и Женька осталась на остановке в одиночестве.

Вот оно что. Вот почему сегодня Коля держался совершенно по-другому, не так, как обычно! Завтра она поговорит с Машей и расспросит ее об этой тоненькой славной девочке. Ведь если нельзя поговорить с матерью мальчишки, может быть, удастся найти общий язык с его сестрой?.. Коля ее любит, это сразу видно!

Всю дорогу до дому, сидя в холодном троллейбусе, Женька рисовала пальцем на грязном стекле окна кривые ромбы, соединяя их в бесконечные узоры и орнаменты. Она уже потерпела одно поражение, но эту битву она не проиграет. Она не имеет права на проигрыш, только не в этот раз! Потому что если это случится, она никогда, ни за что на свете не простит себе этого!

Глава 8

— Но вряд ли тебе это удастся, хотя, конечно, попробуй, — Маша улыбнулась и пожала плечами. В ту же секунду ее внимание привлекла возня на детской площадке, и она, кивнув Женьке, кинулась наводить порядок — мирить поссорившихся и утешать обиженных. Утро вторника началось привычной суетой.

Женька поднялась с лавки и вошла в здание, зябко ежась от холода и пряча руки в карманы куртки. Дети не мерзнут, потому что бегают и играют, а не сидят на одном месте, а ей, если она не хочет заболеть, лучше все-таки вернуться в свой кабинет. От Маши она узнала все, что ей было нужно, теперь можно спокойно заняться делами. После обеда она займется тестированием младшей группы, надо подготовить все материалы, подумать, как рассадить детей — с учетом прошлых ошибок… И лучше бы на время забыть о Коле, хотя бы ненадолго, а то весь вчерашний вечер и сегодняшнее утро прошли под знаком этого ребенка… как будто ей не о чем больше думать!

Маша сказала Женьке, что сестра редко приходит в детский сад за Колей, но когда это случается, у мальчишки как будто именины наступают — смеется, бегает и прыгает, как нормальный пятилетний ребенок, и никаких тебе рисунков и печальных глаз. Девочка еще учится в школе, ей четырнадцать или пятнадцать лет, симпатичная, никакой подростковой неуклюжести, да ведь Женя и сама ее видела… Но больше Маша ничего не знает об этой семье, и если ей, Женьке, так уж хочется с кем-то поговорить о Коле, то пусть этим кем-то будет сестра, а не мать, по крайней мере, есть надежда, что разговор пройдет без крика и нервов. Хотя зачем все это нужно, у каждой семьи свои проблемы и насильно никому в этом мире помочь нельзя!..

Вздохнув, Женька привычно уселась за стол и подмигнула голографическому глазу. Тот ободряюще хлопнул черными ресницами и засиял, выражая полное согласие со всеми Женькиными замыслами и планами. Все равно она должна это сделать. К матери малыша она подступиться не может, слишком та… нервная, жесткая, она похожа на свернутую пружину, которую не стоит задевать даже случайно — зашипит и вылетит из своего гнезда, снося все на своем пути. Но сестра кажется ей хорошей девочкой, может быть, Женя сможет узнать от нее что-нибудь о Коле… Трудно помочь человеку, если не знаешь, какая именно помощь ему требуется.