В шаге от любви - Вероника Васильевна Крымова

и прислонилась к фонарному столбу. Какая все же я паникерша, ну нельзя же так остро на все реагировать.

— Лиза, приезжай пожалуйста быстрее. У нас большие проблемы.

— Скоро буду, — буркнула я в трубку и отключилась.

Убер приехал через три минуты, и еще через полчаса я уже бежала вверх по лестнице в нашу с сестрой квартиру. Распахнув дверь, поняла, что у нас гости.

На диване сидела девушка, она держала в руках папку с бумагами и, бросив на меня быстрый взгляд, перевела его в сторону стоявшей возле окна еще одной незнакомой женщины. Дама при моем появлении оживилась и растянула тонкие губы в хищной улыбке.

— Полина, так и запиши в протоколе.

— Что записать, Роза Генриховна?

Незнакомка недобро посмотрела на девицу, отчего та сразу стушевалась.

— Пиши, что мамаша не бывает дома, все время где–то болтается, — заявила та.

— Э–э?

Я нахмурилась и повернулась к Алинке, которая стояла в дверях. Дескать, что это за кордебалет такой происходит в нашем доме и кто простигосподи эти две курицы.

— Опека, — шепнула мне бледная сестра. — Прости, я не знала, когда открывала им дверь. Прости, Лиза.

— Еще бы вы нам не открыли! — зловеще прошипела дама.

— Что вам здесь нужно? — холодно проговорила я, пытаясь держать себя в руках, хотя внутри все кипело от гнева.

— На вас поступила жалоба!

— На нас? — опешила я. — Но кто…как…я…

— Да, мамаша, на вас, — кивнула Роза Генриховна. — Что это получается? Бросаете маленького ребенка надолго одного, шляетесь неизвестно где…

— Даня был с моей сестрой, — проговорила я.

— А должен быть с родной матерью! — нашлась тут же дамочка.

Ее синий брючный костюм почти сливался с цветом наших портьер, отчего худощавое бледное лицо казалось восковой маской, парившей в воздухе. Она двинулась чуть вперед, там, где сквозь белоснежную тюль лился солнечный свет и наваждение улетучилось. Но в глубине души я все еще ассоциировала ее со злобным полтергейстом, проникшим в мой дом из ночного кошмара.

— Я была на работе, — отчеканила каждое слово. — Труд же законом не запрещен? Или у нас есть другой способ зарабатывать деньги одинокой женщине, которую выгнал из дома муж?

— Зачем вы, милочка, врете, — отозвалась Роза Генриховна и с довольной ухмылкой стала тереть пальцем экран телевизора.

— Пыль! Грязь! А это что? А–а–а!!!

Дама отшатнулась, когда ей навстречу лениво засеменил упитанный мадагаскарский таракан. Гоша опять сбежал из аквариума, и прятался под батареей, но привлеченный шумом решил выйти. Он заинтересовано пошевелил усами, деморализуя подругу по флоре и фауне, ядовитую гадюку Розу Генриховну.

— Что вы орете? — воскликнула Алина. — Гоша, иди ко мне, не бойся.

Роза Генриховна отмерла только когда сестра посадила таракана обратно в стеклянный домик. Она заметно осмелела, бесцеремонно открыла ящик комода и залезла внутрь, выудив оттуда мое белье. — Сами же ушли от мужа, чтобы гулять с разными мужчинами. Фу, какая мерзость.

Дама брезгливо кинула розовые кружевные трусики обратно, а я подумала, что непременно сожгу их, как только эта ведьма уберется отсюда.

— Вы в своем уме! — тут уже не выдержала Алина. — И вообще, кто вам дал право копаться в чужих вещах! А ну убери свои гребаные ручонки оттуда или я щас оторву их и засуну тебе в…

— Мы выполняем свой долг, проверяем наличие необходимых малолетнему ребёнку вещей, — заявила та. — Полина, так и запиши, кидались на нас, проявляли агрессию.

Девушка опустила голову, стараясь, не встречается со мной виноватым взглядом, но послушно продолжала строчить в тетрадочку.

— Вам нужно было просто спросить меня об этом, — как можно спокойнее проговорила я и махнула в сторону шкафа. — У моего сына есть все необходимое, можете сами убедиться.

Но Роза Генрихована даже не слушала меня, она поморщилась и прошествовала на кухню. Я же подхватила плачущего Даниэля на руки и отправилась следом за ней.

Боже, что вообще здесь происходит? Может все это недоразумение и меня с кем–то спутали? Ну, кто может составить на меня жалобу? Соседи? Так мы вроде все в хороших отношениях.

Дама из опеки тем временем распахнула холодильник и принялась изучать содержимое.

— Та–а–ак…Ага, все понятно!

— Что вам понятно? — Алинка заглянула ей через плечо.

— В морозилке отсутствует мясо! — воскликнула та. — Ребенка морим голодом, как не стыдно.

— У нас на первом этаже магазин, мы каждый день свежее берем! — пробормотала сестра и обернувшись ко мне, умоляюще сдвинула брови. Я осторожно покачала головой, предупреждая ее, чтобы не вздумала показывать характер, пока мы спокойно во всем не разберемся.

— Даниэль вообще–то на грудном вскармливании, — заметила я.

Пытливый взор инспектора скользнул к мусорному ведру. Острый носок туфли поддел его и послышался характерный стеклянный звон.

— Прикорм не вводите, деньги на выпивку тратите.

Алина молча подошла к шкафу и распахнула дверцу, где в ряд стояли баночки с овощным пюре известной марки детского питания.

— Лень готовить самим, — тут же нашлась дамочка.

И вот тут я окончательно все поняла. Она меня намерено топит. Стоит и с наглым видом доказывает, что я отвратительная мать. Вот только для чего ей это нужно?

— Послушайте, давайте поговорим спокойно, — попыталась я наладить диалог. — Давайте мы покажем вам все что нужно, я…

— А мы уже все увидели, — получила безапелляционный ответ. — Протокол составлен, ждите повестку в суд.

— Ничего не понимаю…почему в суд? — от волнения я кажется забыла как дышать, просто стояла с открытым ртом и ловила воздух.

— Ну все! Тебе хана!

Послышался разъярённый вопль младшей сестры, только что вышедшей на тропу войны.

Алина схватила