Девочка в реакторе (СИ) - Анастасия Котова

— О, смотрите-ка, — засмеялся мужчина, — у нас гостья!

На пороге стояла девочка в школьной форме.

— Бедняжка…

Пронзительные синие глаза впились в кусочки жареной рыбы.

— Ты хочешь есть?

— На, бери! Не бойся!

Тимофей во все глаза таращился на малышку, нерешительно топчущуюся на пороге.

— Почему вы ее так радостно встречаете? Разве ей можно тут находиться?

— Она тут частенько бегает. Мы уже привыкли. Придет, поест и уйдет.

Девчушка все же набралась смелости и присоединилась к группе мужчин, присев на краешек одиноко стоящего деревянного стула.

Она ловко подхватила кусок рыбы, разломила его пополам и, поднеся ко рту, начала быстро есть.

— Дикарка, самая настоящая дикарка!

Девочка вытерла жирный рот рукавом рубашки.

— Ну не чудное ли создание, а?

— Ее же все ищут…

— Ищут да поймать не могут! По-видимому, деваться ей некуда, поэтому она ошивается здесь.

— Разве у нее нет родителей?

— Судя по всему — нет. За все это время за ней никто не пришел.

Девчонка, отужинав вместе со взрослыми мужчинами, выскользнула из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь.

— Когда мы ее обнаружили, она была вся в бинтах, еле живая. Помыли, накормили, одели и выпустили. Я уже тогда понял, что она бродячая и никому не нужная. Жалко все-таки, ребенок еще.

Спустя три часа Тимофей вновь отправился на станцию.

Над огромным бетонным зданием светило безжалостно палящее летнее солнце.

По спине, под испачканной землей майкой, текли соленые ручейки пота, пощипывая царапины, полученные в проходах узкого тоннеля.

Респираторы пришлось снять. В них невозможно дышать.

— Вы радиации не боитесь?

Тимофей ответил сквозь зубы:

— Не боюсь! Как можно бояться того, чего не видишь?

Любопытная журналистка из очередной комсомольской газеты. Эти ненасытные репортеры лезли везде и всюду, не замечая, что подвергают собственную жизнь смертельной опасности. Тимофей не мог на них злиться. Люди должны знать правду о происходящих здесь ужасах.

Когда шахтеры подобрались к реактору чуточку ближе, крупные комки песка посыпались им на головы.

Мужчины отпрянули, вытаращенными глазами наблюдая странную картину.

Маленькая фигурка девочки в электрическом куполе.

— Мы сделали все необходимое, чтобы грунтовые воды не подверглись радиоактивному загрязнению. Мы в самые кратчайшие сроки построили несколько защитных дамб. Теперь же нам предстоит соорудить холодильную камеру под реактором. У нас появилось предположение, что рано или поздно он провалится, когда горящее масло расплавит нижние части блока.

Но вместо реактора на людей свалилась девочка в школьной форме.

— Уходите оттуда, немедленно!..

Шахтеры, побросав лопаты, рванули к выходу.

Снаружи уже собрались милиционеры, построившись вокруг второй очереди.

— Что случилось?!

— Девочка! — вырвалось у Тимофея. — Девочка в школьной форме!

— Что?..

Темноволосый мужчина в толстых очках побледнел.

— Ее нужно как-то оттуда увести!

Незнакомец в темно-синей куртке начал протискиваться сквозь толпу.

— Валерий Алексеевич, что вы делаете?!

— Я вытащу ее, пока она все не разрушила!

— Легасов…!

Работники зашептались.

Наступило напряженное ожидание.

По толпе прокатился вздох облегчения, когда незнакомец вышел из тоннеля, держа за руку девочку.

Она, опустив глаза, мирно шла рядом, даже не пытаясь вырваться.

— Ее нужно немедленно передать в руки милиции!

— Я сам этим займусь.

Шахтеры проводили странную парочку недоуменными взглядами.

— Простите, а мы уже можем вернуться к работе?

Милиционер смерил их с ног до головы:

— Можете.

***

— Саша, слушай, только внимательно. На блок ездить это тебе не к теще на блины ходить. На книгах и на том, что в институте узнал, там долго не протянешь. Выполнять все обычные инструкции по безопасности — лучше вообще в Чернобыль не приезжать, ничего здесь сделать не сможешь, все СТРОГО ЗАПРЕЩАЕТСЯ. Но ведь авария… Чтобы работать и жить подольше, надо знать правила игры. Здесь много людей пожглось прежде, чем эти правила поняли. Но раз поняли, их еще раз проверять на своей шкуре уже ни к чему. Поэтому слушай и запоминай, как “Отче наш”.

“Правила игры…”

“Игры…”

— Поднимитесь, Александр Александрович.

На пороге возник темноволосый ученый в толстых очках и темно-синей куртке.

Глубокие морщины на лице. В глазах какое-то уныние. Уголки губ оставались неподвижны, произнося сухие приказные слова. На подбородке вырисовывалась строгая вертикальная линия.

Легасов был мрачнее тучи.

— Хорошо, Валерий Алексеевич, через минуту я поднимусь к вам.

“Черт, это все не к добру…”

— Простите, уважаемый…

Ранним утром к нему подошли двое молодых офицеров.