Недоброе солнце (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

— Нарин? — удивленно спросил Куруа, зафиксировав мое замешательство.

— Убери их, — тихо попросил Тааль, тоже наблюдая за мной, — ты сильно удивишься, но это пока секрет.

Куруа, ведущий с нами дела уже много лет и несколько заинтригованный, подал знак охране. Стражи, повинуясь приказу, развернулись и покинули помещение. Я быстро стянул верхнюю часть одежды, стараясь сильно не шевелить правой рукой. Блокировка нервных окончаний почти перестала действовать и рана причиняла некоторые ощутимые неудобства.

— Оу, вот это чудо из чудес. Мои поздравления, Нарин, — с благоговением произнес Куруа, рассматривая следы издалека и не приближаясь. Элм прищелкнул языком и покачал головой, — Дарьё для оджи. Сколько у вас такого не было? Лет 300? И где твое сокровище?

— В безопасности. 283 года. И, Куруа, это пока тайна, — с нажимом предупредил элма. Все сообщения моих солдат, отсылаемые с Парадокса, полностью проверялись и все осведомленные были предупреждены о необходимости молчания. Вариантов следить за элмом у меня не было. Только верить его слову.

— Не сомневайся. У меня хватит воображения представить возможные последствия. Но скажи мне, великий второй оджи Валоры, ты уверен, что можешь позволить себе и дальше пренебрегать ситуацией народной планете. В свете последних событий.

Как ни тоскливо мне было от этой мысли, Куруа был прав. Пришла пора решить эту проблему. Подставлять под угрозу Селену было нельзя.

Доктор, к его чести, практически не дрожал, вынимая из моего тела стальной шип. Луан быстро заклеил лишнюю дыру в моей спине и, обойдя мен, стал напротив. Глубоко вздохнув, молодой валор произнес.

— Прошу блокировку информации, — голос немного дрожал, но был уверенным. Просьба была правомерной. Если в моих нынешних сложностях замешаны оджи, без блокировки информация о наличие у меня дарьё может достичь ненужных ушей. Внимательно посмотрев в серые глаза медика, провел незначительное воздействие разума.

— Я не стану удалять информационный блок. Поставлю только запрет на передачу. Через некоторое время эти сведения не будут иметь такой ценности, — медик кивнул, — Удали чипы из нападавшего. Мне нужно с ним поработать.

Доктор, вынув из своего чемоданчика небольшой лазерный скальпель, двинулся к скрученному по рукам и ногам валору. Использовав сканер Куруа, медик еще раз проверил положение чипов и без анестезии сделал первый разрез на дернувшемся теле.

Когда на небольшой столике валялись четыре чипа и несколько полупрозрачных капсул, медик уважительно кивнул и отошел к стене. Куруа тоже отошел в сторону, делая приглашающий жест рукой. Мои стражи тоже направились к краям помещения, чтоб не мешать вибрациями собственного разума и не попасть под воздействие.

Глубоко вздохнув и проверив тонкую нить развивающейся связи с моей дарьё, проанализировав каждый из ее чипов местонахождения и убедившись в спокойном состоянии и смежности всех сигналов, приступил к неприятной, но необходимой работе.

Снятие блоков первого уровня показало, что среди моих противников имеется оджи не ниже 20 ранга. Было стойкое ощущение, что я пробираюсь через вязкую липкую массу, которая мешает двигаться, видеть, дышать. Система восприятия реальности этого валора была так искажена воздействием, что даже события минувшего часа выглядели размытыми и затемненными образами. Для возврата четкости картинки, чтоб можно было рассмотреть хоть что-то, приходилось пропускать поток через себя, стирая налет постороннего воздействия. Осадок создавал кислотный привкус во рту, вызывая головную боль. Но я видел. Я видел размытое лицо с бледными, почти белыми глазами и парой черных точек на светлой радужке. Однако, стоило впервые заглянуть в глаза своего врага, как картинка тут же исчезла. Меня вынесло из чужого сознания.

Валор, лежащий на столе, дергался в конвульсиях. Медик, отскочив от стены, вколол ему успокоительную инъекцию, с вопросом глядя на меня. Пришлось махнуть рукой и опуститься на стул.

— Узнал? — тихо спросил Тааль, кладя руку на плечо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Кое-что. Но больше ничего достать не получиться, психо-эмоциональный блок вызовет кровоизлияние в мозг при следующей попытке воздействия. Куруа, от твоих помощников есть новости?

— Да, один из офицеров прислал отчет. На судне все были под подставными именами, после проверки найдено еще 12 пассажиров с несоответствующими документами, но большая часть просто беженцы из разных секторов. Только двое попадают под подозрения и их уже задержали. Смотреть будешь?

— Нет. Займись сам. Мне нужно забрать мою девочку.

— Отправь Сумудина, если печёшься о ее спокойствии, — посоветовал мастер, — Тебе нужен душ и новая одежда. И пара уколов стимулятора, если не хочешь напугать свою маленькую землянку.

— Землянку? Нарин, да ты в своем уме?! — в неверии схватился за голову элм.

— Как-то Вселенная моим мнением не интересовалась. Но я не в обиде, — тихо пробормотал, отправляя вызов Сумудину.

Лени.

Меня начинало разбирать некоторое беспокойство, после трех часов проведенных в компании пары элмов. Хозяева тоже не моги расслабиться. И своими делами не заняться и меня одну не оставить, а разговор как-то совсем не клеился. Ужасно хотелось отправить сообщение Нарину, но если мой мужчина занят, а в этом сомневаться не приходилось, это окажется совершенно неуместно. Когда я уже совершенно бессовестно влезла носом в кивер, бродя по местной локальной сети, раздался громкий сигнал о запрете перемещения по станции. С удивлением подняла голову от прибора, посмотрев на пару.

— И часто у вас тут комендантский час объявляют? — у элма на лице так заострились скулы и напряглась челюсть, что казалось, еще немного, и раздастся треск зубов.

— Нет, тьера. Задаётся мне, тут не обошлось без твоего парного и того балагана, что вы устроили. И я уже несколько жалею о принятом решении. Как бы мне не поплатиться за него.

Передернув плечами от неприятного ощущения, вернулась к изучению статьи, стараясь побороть дрожь и немного переключить внимание.

Стук в дверь, раздавшийся примерно через полчаса молчаливого сидения за столом, заставил всех одновременно подпрыгнуть. Элм подскочил, махнув рукой своей супруге куда-то в сторону стены. Инги, знаком показав молчать, потянула в указанную сторону. Одним нажатием на потайной рычаг, элма открыла небольшую нишу, куда я поместилась с большим трудом, сложившись чуть ли ни в три раза. Пока мы возились с утрамбовываем меня, в дверь постучали еще раз, более настойчиво. Инги, начиная дрожать от страха, просто захлопнула дверцу, вжимая меня в стенку. Как-то я уже сыта этими приключениями. Можно мне немного серых и тоскливых будней в компании одного синеглазого валора?

По правде, я куда сильнее переживала за здоровье и сохранность Нарина, чем за возможные неприятности, грозящие мне самой.

Слышно было плохо, видимо стена была не простой, так что, когда потайная ниша, с зажатой как в банке, мной, открылась, показав мне несколько обеспокоенную мордашку старшего корабельного медика, я выдохнула с невероятным облегчением.

Сумудин, затянутый в парадную форму, протянул обе руки и осторожно вынул меня из этого убежища. Как хрустальную, плавно поставив на ноги, доктор медленно и внимательно осмотрел меня, слегка повертев из стороны в сторону.

— Ты в порядке? — к моему киверу вместе с вопросом приложили кивер доктора, считывая основные физические показатели.

— Да, да. Как Нарин? — с беспокойством спросила медика, уж очень его озабоченный вид пришелся мне не по душе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Цел. Практически. За тебя переживает, просил забрать на Парадокс поскорее, пока здесь комендантский час объявили, — Сумудин взял у кого-то из сопровождающих длинный плащ, под цвет парадной формы, накинул мне на плечи и надел на голову капюшон, — Здесь много камер, практически по всему пространству базы. Мы все что надо, почистили, но на всякий случай. Идем.

Сумудин подтолкнул меня из кухни. Помимо медика, в маленькую квартиру набилось еще четверо валоров в военной форме. Бедные хозяева молча и напряженно прижимались к стене в коридоре.