Недоброе солнце (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

Утро отметилось неприятными ощущениями внизу живота. Тянущая боль и легкие прострелы в пояснице не способствовали хорошему настроению с самого пробуждения. Ладонь Нарина, лежащая на моей груди, чуть сжалась, привлекая внимание. Однако вместо удовольствия и томления, почувствовала дискомфорт. Прислушавшись к себе, поняла, что ощущаю тело несколько опухшим. Очередной легкий спазм в животе расставил все на свои места. Даже вчерашние слезы вдруг показались вполне логичным событием. От недовольства собой и неизбежной действительностью, обиженно застонала в подушку. Почти забыв, что у меня за спиной лежит крайне внимательный мужчина.

— Что случилось? — встрепенулся этот страж моего благополучия.

— Все в порядке. Я просто забыла, — пробежав по панельке кивера, удостоверилась, что физиологическое состояние настигло меня почти на 4 дня раньше срока. Но это было вполне допустимо с учетом пережитых событий. Так, нужен душ и моя косметичка.

Я попыталась выползти из под руки Нарина, но валор, как уже было отмечено, любил во всем разбираться сразу. Меня осторожно перевернули на спину, слегка прижав коленом и внимательно оглядывая.

— Селена, я чувствую, что что-то не так. От тебя исходят какие-то волны, которые мне не понятны. Что происходит?

Вот правда, сейчас я была не в настроении читать лекции о физиологии землянок. Можно мне сперва привести себя в порядок? Но, кажется, кто-то был не согласен. Супруг, слегка сверкая глазами, принялся меня обнюхивать! Совершенно не таясь, мне ткнулись носом в шею, потом в ложбинку между грудью, но когда этот несносный не человек стал спускаться ниже, я не выдержала.

— Ладно! Я все тебе расскажу, только пусти меня в душ.

— Дарьё, я чувствую запах крови, — практически прорычал Нарин, прижимая меня к постели уже всем телом, — Ты больна? Или я навредил тебе? Говори?!

— Не рычи на меня, большая страшная бука, — пришлось слегка толкнуть этого непробиваемого упрямца в плечо, чтоб привлечь внимание к мому спокойному состоянию. Когда рычать и скалить зубы перестали, решительно посмотрела на Нарина, — Неси меня в душ. Сейчас. А я проведу тебе урок анатомии. Так и быть.

Пока стояла под потоками воды, заставила валора повернуться к открытой кабинке спиной. Нарин слушал мои объяснения и только иногда в неверии потряхивал головой. Как когда-то Сумудин, мой благоверный просто не мог поверить в возможность постоянных циклов длиной в 35–40 стандарт-суток. И, как оказалось, у их женщин все происходит несколько иначе. Как я поняла, никакими кровотечениями валорки не страдают. Хоть в чем-то повезло девчонкам.

Отправив супруга за своей косметичкой (мои вещи окончательно и бесповоротно переехали в капитанскую каюту) еще немного поотмокала под душем, наслаждаясь потоками теплой воды. Получив нужное, прогнала упирающегося Нарина в комнату. Вот уж как я устанавливаю специальные женские штучки, кто-то точно видеть не должен. Даже, если он «должен знать на будущее и на всякий случай». Умник.

Выплыла я из очистительной комнаты вполне довольная жизнью. Нарин, в одних брюках, подхватил завернутую в полотенце меня на руки, и уселся в кресло. Кажется, у кого-то это любимое положение. Я даже спорить не буду. Мне тоже хорошо. А потом меня шокировали сообщением.

— На Гиазук не летим, — я честно расстроилась. Уже даже выбрала, что хочу посмотреть, пробежав вчера одним глазом по путеводителю.

— Что-то случилось? — причина, наверное, весьма серьезная, раз Нарин решил вернуть свое слово.

— Пока ты купалась, я тут прочитал немного, что смог, по твоему состоянию. Тебе плохо, ты сегодня лежишь в кровати. И завтра тоже.

От возмущения я в первую минуту слегка захлебнулась словами. Немного подумала, подышала. Взяла себя в руки.

— Хороший мой, не знаю, что ты там начитался, но привязывать меня куда-то в горизонтальном положении вовсе не обязательно. Поверь, я уже взрослая девочка, и знаю, что мне можно, а что нет. Вот на Гиазук мне точно можно.

— А что нельзя?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тяжести поднимать, спортом активно заниматься, сильно острое есть. И тебя нельзя.

— Но тебе же больно? — недоверчиво вопросило это чудо.

— Не сильно. У меня есть лекарства, если станет не в моготу, а так мне все можно. Мне даже просто необходимы новые впечатления и эмоции. Честное слово.

Нарин

Это маленькое существо, оказавшееся, по воле Вселенной, моей дарьё, продолжало поражать день за днем. Стоило только подумать, что я начинаю приближаться к более полному пониманию ее сути, так появляется что-то новое и совершенно с неожиданной стороны. Вот сегодняшнее утро. Пока Селена объясняла суть процессов, идущих в ее теле, едва мог удержать себя на месте и не кинуться за Сумудином и его медицинскими капсулами. Их женщины теряют кровь. Каждый цикл, длиной в 40 дней у них заканчивается кровотечением. Это какой эмоциональной силой надо обладать, чтоб видеть такую демонстрацию неудавшегося зачатия. Да еще с такой частотой. Уму не постижимо. А когда я почитал, что это еще и весьма больно, сразу было принято решение об отмене экскурсии на станцию. Ничего, Гиазук не единственный во вселенной. Еще погуляем.

Вот только дарьё моего порыва не оценила. В какой-то момент подумал, что девочка ринется к шаттлам самостоятельно, настолько у нее было решительное выражение лица. Пришлось пойти на уступки, и скрипя сердцем, позволить Селене собираться. Только предчувствия у меня были все равно не очень хорошие.

Лени.

Стоило нам покинуть транспортный отсек Парадокса, как шаттл завис в воздухе. Несколькими движениями руки, Нарин подключил проекцию забортного пространства.

— Главный техник сообщил, что сейчас будут продувать деталь нашего плазменного двигателя. Тебе понравится.

— Мы по этому задержались? — от любопытства я уже немного ерзала в кресле. Сзади раздались тихие беззлобные смешки. Им то что, небось уж много раз видели, а я — то в первый раз посмотрю. Раз Нарин сказал, что понравится, так и будет.

Кроме нас в, среднем по размерам, шаттле было еще восемь валор, включая Тааля. Если я правильно поняла, Нарин мог передвигаться без его присутствия только на Парадоксе и Валоре. Мастер исполнял роль полноценного телохранителя.

— Да, хотелось тебе показать. Смотри туда, — Нарин указал на правую оконечность станции, которая серой сверкающей огнями массой висела в пространстве перед нами, — Где кольцо из красных огней. Закрытая опасная зона.

И правда, если присмотреться, вокруг станции в пространстве висели маячки. Ни одно судно в указанном участке не находилось. В какое-то мгновение на краю станции появилось заметное голубое свечение. Несколько мгновений оно не меняло своей интенсивности, а потом, в одну секунду, в космос вырвался столб яркого голубого огня, с необычной белой спиралью в центре. Длинна огненного потока составляла едва ли не треть от всей видимой длинны самой станции. Неудивительно, что рядом ни одного корабля. Под такую струю попади, и никакая защита не спасет. Сразу вспомнились лекции о нейтронных звездах. Голубые гиганты с невероятной мощью. Весьма похожие ассоциации вызывает и это зрелище.

Пламя устойчиво било в сторону звезд два удара сердца, а потом опало.

— Вау, — тихо выдохнула, — Невероятно. Это так двигатель продувают?

— Не весь, только определенную часть, — Нарин запустил шаттл и мы двинулись в сторону Гиазук, — Она специально сделана съемной, так как при работе в ней накапливается сопутствующее вещество. Сгорает этот вид отходов только при сверхвысоких температурах, так что без помощи вот такой продувки не почистить. Зато теперь вся станция может почти неделю работать только на энергии, полученной в ходе процесса. Чтоб ты правильно понимала, это не станция очистки на базе Гиазук построена. Наоборот. Благодаря свободной энергии, выделяемой при продувке, у станции появился шанс на существование. Сейчас у них есть и другие системы, но изначально мы строили обслуживающий центр для своих плазменных двигателей, только и всего. А в итоге получился такой вполне приличный симбионт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})