Ты задолжал мне любовь (СИ) - Эмилия Иванова

влюбился Руслан. Мы с ним по-прежнему друзья, однако все должно быть справедливо.

— Если я проиграю, то его ждет то же самое. Он не поймёт, что я чувствую, до тех пор пока сам не узнает, каково это потерять любимого человека.

Я смотрела на него с недоумением. Арина рассказывала о том, что у дяди Руслана в молодости была дочка, которая погибла от несчастного случая много лет назад, поэтому он больше не хотел иметь детей.

Я также слышала о том, что у Руслана была двоюродная сестра, с которой Виктора что-то связывало в юности, однако я никогда не вмешивалась в их общение, поэтому не знала, что конкретно было между ними.

Я не понимала, какие чувства он испытывает к Руслану, однако была уверена в том, что если он смог пойти на такой шаг, значит, его сердце болело уже очень долго.

Теперь в его взгляде читались скорбь и сочувствие, а лицо выражало смешанные эмоции.

— Иногда мне кажется, что ты очень похожа на нее. В тот раз, когда ты передавала мне одежду в коттеджном посёлке «Репинское», я увидел возле тебя ее силуэт.

— Ты такая же добрая и порядочная, как она, поэтому я хотел тебе помочь уйти от Руслана. В таком случае ты бы стала свободной. Почему ты тогда не ушла от него? — спросил он, глядя на меня печальными глазами.

Поджав губы, я даже не знала, что ему ответить. Казалось, он и сам не нуждался в моем ответе.

Затем он вдруг улыбнулся, словно насмехаясь надо мной.

— Если бы ты тогда бросила Руслана, то сейчас, возможно, все сложилось бы совсем по-другому. Я бы не стал причинять тебе вред, и, тем более, не встретился бы с Марией. А ты бы не поругалась так сильно со своими родными родителями… — сказав это, он вдруг остановился и, подняв глаза, взглянул на меня с ожесточённым видом.

— Видишь, какой он на самом деле проклятый? Он погубил самых любимых и близких ему людей.

Прикрываясь любовью, Руслан лишь загоняет тебя в клетку и держит возле себя. Неважно, насколько разбито твое сердце, ведь он все равно скажет, что всегда будет рядом с тобой. Он относится к тебе с такой заботой, что ты даже никогда не причинишь ему боль, хотя на самом деле ненавидишь его, — с улыбкой произнес он, окинув меня ледяным взглядом.

— Мы с тобой действительно похожи. Ты — его возлюбленная, а я — его близкий друг. Он навредил тебе, однако его любовь оказалась сильнее, поэтому тебе не только не хочется его обижать, но ты даже согласна оставаться с ним, несмотря на свои внутренние противоречия.

— Я такой же, как ты. Пусть и косвенно, но он виноват в том, что я потерял свою любимую. Он обрёк меня на тяжёлые страдания, однако затем собственноручно вытащил меня из этого ада. Я его ненавижу, однако мне вовсе не хочется ему вредить. Скажи, почему все так сложно?

Человек жив только тогда, когда испытывает целую гамму противоположных чувств. Эти эмоции не могут существовать по отдельности и всегда пересекаются, дополняя друг друга.

Я смотрела на Виктора и не могла понять, испытывала ли я к нему сочувствие или только лишь жалость.

— Значит, ты хочешь убить меня, чтобы заставить его страдать?

— Все верно, — улыбнувшись, кивнул он.

— Если я умру, то вы неизбежно станете заклятыми врагами, — произнесла я, снова взглянув на флакон с серной кислотой.

— Я знаю, — печально качая головой, ответил он. — Так будет лучше всего. Став врагами, нам больше не придется сдерживать себя и испытывать чувство вины. Нам будет незачем прятать старые раны глубоко в душе.

Глава 439. От любви до ненависти один шаг (часть 7)

Легко рассуждать о любви и ненависти, однако на деле все гораздо сложнее.

— Ты обещаешь, что Люба будет расти в безопасности? — спросила я.

— Разумеется, — ответил Виктор. — Все-таки она — моя дочь. Я позабочусь о ней, а также окружу ее необходимой заботой и любовью.

Поверив ему, я кивнула головой.

Интересно, тот таксист вызвал полицию? Вряд ли. Я понимала, что действовала слишком необдуманно.

Перед тем, как приехать сюда, мне следовало сообщить об этом Давиду. Боюсь, что теперь я просто умру здесь, а мое тело даже никто не найдёт.

Разлагающийся труп — это зрелище не для слабонервных.

Увидев, что я уставилась на серную кислоту, Виктор самодовольно улыбнулся.

— Ты не ошибёшься, если выберешь такой же способ умереть, как и Вера, — произнес он.

Взглянув на него, я немного разозлилась.

— Может, мне еще поблагодарить тебя за такое любезное обращение? — со злостью в голосе ответила я.

— По крайней мере, во всем этом есть какое-то ощущение торжественности. Приступай! — нахмурившись, произнес он.

Я не боялась смерти, однако мне вовсе не хотелось умирать таким способом, поэтому я тянула время.

Виктор был крайне нетерпеливым человеком. Заметив, что я по-прежнему стою без движения, он встал и сам подошел к столу.

Затем он взял флакон серной кислоты и, повернувшись, бросил на меня тусклый взгляд.

— Хочешь, чтобы я сам это сделал? — произнес он с некоторым раздражением в голосе.

Увидев его свирепое выражение лица, я инстинктивно попятилась назад.

— Еще не поздно остановиться! У тебя еще есть путь к отступлению, — сказала я.

— Ха-ха-ха! — внезапно раздался его громкий смех. — Ты боишься? — произнес он, глядя на меня чудовищным взглядом.

Что за вздор? Разумеется, я боялась его, ведь в такой ситуации любому человеку стало бы страшно.

Затем он медленно стал приближаться ко мне, а я машинально отошла назад.

— Умершие люди не воскресают. Жизнь человека — это самое драгоценное, — заговорила я.

Виктор лишь угрюмо усмехнулся, словно даже не услышав, что я ему сказала. Затем он открутил колпачок у флакона с серной кислотой и занёс его надо мной.

— Сейчас ты очень похожа на Веру, — мрачно посмотрев на меня, произнес он. — Перед смертью она тоже мучалась и сопротивлялась. В тот момент я подумал о том, как сильно ей хочется жить. Однако она не видела причин остаться

Скажи, почему я не смог стать для нее поводом жить дальше?

Глядя на него, я продолжала отступать, пока не наткнулась на какой-то предмет позади себя. Дальше идти было некуда.

Он посмотрел на меня так, словно я была клоуном, после чего внезапно выплеснул серную кислоту в мою сторону.

Почти в тот же самый момент я машинально подняла руки, заслоняя лицо, однако все-таки не успела полностью закрыться. Затем кто-то неожиданно прижал меня в свои