Искусство войны - Владимир Иванов

— Я думаю, что поняла суть вашего рассказа. Что нам нужно трезво подходить к рассмотрению той или иной проблемы. Однако, давайте сосредоточимся на настоящем. Вы и вправду верите, что текущий конфликт можно решить только силой?

— А почему вы боитесь силы? — Викт внимательно посмотрел на нее, — Хотя нет, я знаю…

— Почему вы решили, что я боюсь? — женщина сильно удивилась.

— Но это же очевидно. Вы голосовали против создания армии, вы выступаете за сокращение военных расходов. Может у вас есть много причин для этого, но одна из них — страх. Вы просто боитесь, что однажды ваша власть — власть политиков — попросту закончится.

— Вы намекаете на военную диктатуру? — быстро догадалась Амидала.

— Да. Это вполне обычная история. Просто однажды кому-то надоест разгребать за политиками сами знаете что. Он решит, что пора брать дело в свои руки. Найдет единомышленников. Инструмент для совершения задуманного уже в их руках…

— Но это же тирания! Самая худшая из возможных форм власти… Она ограничивает свободу…

— Это так. Свободы хотят все. Но так кажется только со стороны. На самом же деле в глубине души свободы не хочет никто. Вы бывали в горах?.. Свобода подобна горному воздуху — для слабых она непереносима. Вспомните, что творилось в Республике последние пару десятков лет. Вспомните Набу. Разве можно представить себе ситуацию в нормальном государстве, когда одна из частных фирм, имеющая свою собственную армию, совершит по сути рейдерский захват целой планеты, члена этого самого государства, не опасаясь каких-то немедленных мер — ведь сил для решения подобных проблем у государства нет, и уверенная, что сможет повернуть закон в свою сторону… Все это следствие вашей свободы. Да, власть зачастую развращает. Зато свобода — раскрепощает.

Амидала нахмурилась.

— Возможно, если бы Республика имела армию, и более жесткие инструменты управления, ситуация с Набу просто не произошла бы. Однако, в таком случае высок риск озвученной вами ситуации с возникновением тирана.

— Тут стоит добавить, что большинству будет просто наплевать, что творится в верхах — лишь бы это не касалось их самих.

— Прискорбно это признавать, но вы правы…

Действительно, Амидале приходилось сталкиваться с подобным. Большинство блюло свои интересы, и мало интересовалось делами других, если это не затрагивало насущные вопросы.

— Но то же самое можно сказать и о джедаях. По сути, нам все равно, как будет устроена государственная система Республики — лишь бы это не выходило за определенные рамки. К сожалению, уже давно эти рамки устанавливаем не мы.

— Мне казалось, Орден не хочет брать власть в свои руки. Ведь джедаи защищают Республику…

— И да, и нет. После Руусана власть у джедаев забрали. До того момента джедаи вполне успешно руководили Республикой в условиях жесточайшего кризиса. А потом… потом да, ее не захотели брать. Вот и получилось, что одни могут, но не хотят, а другие, имея все возможности, не делают ничего.

— Из сказанного вами можно понять, что вы придерживаетесь других взглядов, нежели остальные члены Ордена? Это так?

— Среди Ордена нет такого уж единства. Всегда находятся те, у кого есть свои взгляды на вещи. К примеру, известный вам Квай-Гон Джинн давно мог стать магистром и входить в Совет Джедаев, однако из-за своих взглядов на Силу так и остался рыцарем. Собственно, даже я стал мастером всего лишь из-за необходимости, продиктованной внешними условиями…

Они беседовали еще несколько часов, и разошлись далеко за полночь, по времени Корусанта. Однако, Падме все еще была не удовлетворена. Да, некоторые моменты ей удалось разъяснить, однако вместо одного решенного вопроса возникло несколько нерешенных. С удивлением она поняла, что этот джедай является очень интересным собеседником. Ей так и не удалось убедить его в ошибочности его позиции. Викт был упорен, и приводил все новые и новые аргументы в пользу своей точки зрения, однако она не оставляла надежду, что в итоге у нее получится выиграть эту дискуссию.

Но как же сложно с этим Виктом…

♦ ♦ ♦

«М-да, это вам не рубка „Одобряющего“ или „Охотника“ — совсем другой размах».

— Сэр, до выхода кораблей из гиперпространства осталось две минуты, — сообщил Ран Пта.

— Спасибо, капитан, — я кивнул, и вновь отвернулся к обзорной панели рубки CR-90, за которой в уже привычном темпе гиперпрыжка неслись звезды. Где-то слева и справа от нас летели два фрегата атрисианцев, встретивших нас у Иллодии, сменив пару «Мародеров» из Двадцатой Секторальной. Два фрегата — почему-то эти корабли напоминали утюг, такие же основательные и тяжелые — были примерно в три раза длиннее нас, то есть метров четырехсот пятидесяти в длину. О вооружении трудно было судить: отчетливо выделялось до двадцати двухорудийных установок крупного калибра; если это турболазеры — то либо средние, восьмого-десятого класса, либо даже тяжелые — второго, а то и третьего. Для сравнения, на «Охотнике» стоят тяжелые турболазеры шестого класса и средние восьмого. Другое вооружение рассмотреть было трудно. Еще просматривались створки ангаров — возможно с обоих бортов одинаковые, что давало основание полагать о наличии большого авиакрыла. Но его состав также оставался тайной.

Вообще, в Республике эти корабли легко могли бы приписать к крейсерам, однако у Атрисинацев размер не так влияет на класс корабля. У них габариты обусловлены расстояниями, которые корабли должны преодолеть. Учитывая продолжительность полетов, и сложности навигации, корабли должны иметь большую автономность. От этого и увеличившиеся размеры…

В общем, скоро мы прибудем к Веловии — первой планете Содружества на нашем пути. А там всего сутки полета до Кител-Фарда.

— Внимание, выходим из прыжка. Пять, четыре, три, два, один!..

Миг — и мы уже в обычном пространстве. Слева и справа появляются фрегаты Содружества. А впереди…

Амидала чуть охнула. Таллисибет, стоящая слева от меня, сжала мое плечо и подалась вперед. Ну еще бы. Впечатляющая картина раскинулась километрах в сорока от нас, на фоне серо-стального диска Веловии. Маневрирующий боевой флот.

Два мастодонта трех километров в длину возглавляли по отряду других кораблей, которые в жестком строю накатывались друг на друга, однако не сталкиваясь окончательно. Слаженность действий и размах просто поражали. Особенно учитывая то, что корабли маневрировали не только взад-вперед, но и влево-вправо, вверх-вниз, по диагонали в стороны. Вероятно, размеры кораблей связаны и с наличием дополнительных маневровых двигателей, не уступающих основным, и запасам топлива для них.

Всего перед нами находилось около сотни боевых кораблей, между которыми сновали эскадрильи; с такого расстояния их количество определить было трудно.

— Комитет по встрече на своих местах, — я переглянулся с Асокой, —