Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Как только люди закончили работу, Скрич бросился из убежища прочь. Если бы крестьяне в тот момент обернулись, их глазам предстало бы совершенно гротескное зрелище: крупное, крысоподобное создание в запачканных чёрных лохмотьях удирало по грязной жиже в направлении свинарника. Помимо того люди могли бы заметить ржавый меч, привязанный к поясу чудовища верёвкой из крысиных кишок, и злобный ум, блестевший в его чёрных глазах. И тогда они припомнили бы старые сказки о подземных жителях, о нелюдях, обитающих в непроглядной тьме подземного мира, и в страхе обратились бы в бегство.

Но Скрич был хитёр и передвигался лишь тогда, когда был уверен, что его не заметят. Людское невежество стало для скавенов отличным прикрытием, и они, пользуясь своей анонимностью, тайно расхищали человеческие богатства. Оружие, пища, одежда, рабы — всё это людишки, сами того не зная, поставляли своим неприметным соседям. По глупости они списывали похищения и кражи на всевозможных бандитов, волков и призраков, но об истинной причине своих несчастий догадывались лишь немногие.

Скрич бросился к свинарнику и прошмыгнул в узкую щель в плетёной стене. Плюхнувшись в навозную кучу, он тотчас же развернулся, чтобы держать крестьян в поле зрения. Не забывал скавен прислушиваться и к похрюкиванию свиней, взволнованных вторжением в их загон. Если животные расшумятся, их можно будет успокоить быстрым ударом двузубого кинжала. Лезвие было отравлено, и свиньи издохнут почти мгновенно, а когда глупые человеки будут их осматривать, они найдут две ранки от кинжала и подумают, что скотину покусала гадюка.

Хотя он не думал, что люди будут всерьёз беспокоиться о шумной свинье — они были слишком заняты погрузкой зерна. По их позам и запаху Скрич определил, что они крайне взволнованы. Скавен часто наблюдал за крестьянами и знал в чём причина. Людской вожак — человек, который владел ими и их землёй — потребовал в этом году свою долю раньше обычного, а Скрич уже видел, что случалось, когда крестьяне медлили с выполнением его приказов.

В глазах крысолюда промелькнул злобный огонёк. Скоро эти вилланы будут работать на нового господина.

Если, конечно, выживут.

Скрич подождал, пока повозка не выехала со двора и бросился прочь из сарая. Он был доволен, что смертоносный груз направился в поместье человеческого вожака. Люди, сами того не подозревая, везли смерть в сердце своего поселения.

У скавена потекли слюнки от одной мысли о том, что жители целой деревни погибнут от ужасного оружия, которое напустят на них крысолюди — это оружие повергнет их в прах со всей жестокостью и злобой Рогатой Крысы. Пусть человеки знают своё место. Скавены им ещё покажут.

Таясь в тенях, шныряя возле стен и деревьев, проползая под кустами и заборами, Скрич проследил за повозкой до самой деревни. С каждым шагом скавен всё больше давился злобным смехом — всё шло как по маслу. Он, было, испугался, когда телега подъехала к стоящему вокруг деревни частоколу, и из сторожки ей навстречу выдвинулись с сердитыми лицами сторожевые люди. Они были раздосадованы тем, что их оторвали от безделья, и с этакой напускной жестокостью принялись задирать крестьян. Для Скрича всё это было уж слишком знакомо. Иногда его даже пугало то, насколько поведение некоторых людей походило на повадки скавенов.

Когда же стражники стали колоть и тыкать кули древками копий, Скрич забеспокоился не на шутку; затаив дыхание, он смотрел, как рвётся мешковина, и из прорех тонкой струйкой сыплются зёрна. Если бы только люди присмотрелись к мешкам, если бы они заметили, что скавены подменили вилланские зёрна своими…

Нет, всё в порядке. Охранники не обнаружили ничего необычного и отступились. Копейщики пропустили телегу за ворота, и Скрич возбуждённо заскрежетал резцами.

Шпион выскочил из своего укрытия и пустился вдоль стены, специально заложив большой крюк, чтобы обойти нелепые деревянные маски, привязанные к брёвнам для отпугивания волков и злых духов. Он ухватился своей когтистой лапой за столб, неуклюже выдававшийся из частокола на южной границе, и в мгновение ока взлетел по нему вверх. Скавен приземлился на грядку с репой уже на другой стороне и прижался к земле. Он приподнял только нос, чтобы исследовать запахи деревни, и навострил уши в поисках любого звука, который мог бы означать, что его вторжение не осталось незамеченным.

Довольный, что не привлёк лишнего внимания, Скрич прошмыгнул к ближайшей мазанке. Примерившись, он запрыгнул на крышу так же легко, как до этого перелетел через частокол.

С величайшей осторожностью лазутчик пополз по соломенной крыше. Скрич уже по опыту знал, как ненадёжны эти строения.

Чтобы успешно завершить задание, нельзя было допустить ни единой ошибки. Всё должно пройти гладко. Скрич даже думать не хотел о том, что с ним сделает вождь Нашкик в случае провала. Внезапно его мускусная железа набухла от совсем другой мысли. Быть может, сейчас нужно бояться не Нашкика? Крысолюд скрежетнул резцами, пытаясь прогнать от себя эту страшную мысль. Главное — работа; на пустые волнения времени нет. А уж Скрич постарается, чтобы они так и остались пустыми.

Пользуясь близостью бедняцких хибар, шпион легко перепрыгивал с крыши на крышу. Таким манером скавену удалось быстро пробраться вглубь поселения. От крохотной хибарки у самого частокола он вышел к деревенской площади и укрылся на плоской крыше кузнечной мастерской. Дым от печи помог скрыть его запах. Люди вряд ли учуят его, но собакам это было вполне по силам.

Располагаясь на крыше, Скрич заметил въезжающую на площадь повозку. Он облизал резцы. Теперь уже не долго!

Рядом с деревенской площадью с одной стороны высился громадный каменный особняк, где обитали слуги здешнего господина, и откуда они правили его владениями. С другой стояли рубленые склады и амбары, хранилища баронских податей и богатств деревни. Напротив складов расположились несколько глинобитных строений, служивших деревенским жителям таверной и гостиницей. С левой стороны у таверны притаилась кузница и лавка травника. Оставшаяся сторона площади была отведена узкому деревянному сооружению с купольной крышей и высоким шпилем. Перед входом в здание булькал крашенный белым фонтан. Скрич предположил, что это — место, где человеки возносят хвалы своим странным божкам. Крысолюд фыркнул — что за жалкие божества — они ничто по сравнению с величием и мощью Рогатой Крысы. Но на всякий случай он решил хоть немного их побаиваться.

Бросив случайный взгляд на площадь перед часовней, Скрич понял, что бояться очень даже стоило. Аромат, исходящий из церкви, тянулся к площади, где на пути телеги встала одинокая фигура. По запаху скавен определил, что это — одна из человеческих самок. Когда она спешно прокладывала себе путь через площадь, от её белоснежной развевающейся мантии и длинных тёмных волос раздавался аромат ладана.