Страна Арманьяк. Книги 1-7 - Александр Вячеславович Башибузук

Но не успел, потому что попал под залп идущего следом за нами «Святого Петра» под командованием мурманина Сигурда Рыжего и уже полыхнул в полную силу. Ну не знаю, зажигательными мы не стреляли, хотя, в наше время на любом корабле полно всего, что может полыхнуть от малейшей искры. И у нас тоже.

Мимо остальных вражеских кораблей «Александра» проскочила. Отвлекаться на них, я не стал и взял курс на когги, на всех парусах спешившие к нашим грузовым судам.

Им навстречу из каравана вышел «Святой Иоанн», но мы успели раньше и расстреляли супостатов как в тире. Потопить никого не потопили, но повредили знатно и хода лишили.

Оставив «Иоанна» окончательно разбираться с подбитыми, я в очередной раз скорректировал курс и понесся за флагманом, спешно удирающем со своими десантными судами в открытое море. Как назло, подкачал ветер, пришлось идти галсами и догнали мы ганзейца уже когда берег почти скрылся из глаз.

«Бремен», так назывался флагманский когг, уже понял, что уйти не получится и закручивая большую дугу, лег на боевой курс. С его стрелковых площадок стали пристреливаться требушеты. Но без толку – каменные ярда подняли фонтаны воды с большим недолетом.

- Топить будем? – деловито поинтересовался Веренвен.

- Нет, – отрезал я. – Передай Рагнару, пусть займется десантными лоханками. По возможности не топит, а принудит сдаться. Хотя бы одну. Но без особых церемоний.

Закончив с капитаном, обернулся к обер-канониру.

- Мунк...

- Сир? – фламандец изобразил почтительное внимание.

- Лиши его хода, и разбей требушеты, а потом, когда подойдем поближе, тщательно причеши картечью палубы.

- Как прикажете, ваше сиятельство... – главный артиллерист откланялся и убежал к своим.

- Андре, готовьте абордажные мостики!

- Сир! – Келлер просиял и тоже понесся исполнять приказ.

Через несколько минут, «Александра» окончательно догнала когг, уровняла ход и легла в паре сотен метров он него на параллельный курс.

Из двух крайних к капитанскому мостику орудийных портов выплеснулись языки пламени. Один снаряд с треском влепился во вражескую стрелковую носовую надстройку, эффектно разбросав обломки по сторонам, а второй, срикошетировав от воды, аккуратно тюкнул ганзейца под корму в районе руля.

Но, в тот же самый момент, всего в нескольких метрах от «Александры», подняв гигантский фонтан, в воду врубилась здоровенная каменная глыба, а вторая, с ревом пролетела прямо над мостиком, каким-то чудом никого не зацепив.

- Тысяча чертей!!! – от испуга рявкнул я, с трудом удержавшись, чтобы не присесть. – Мунк, мать твою за ногу, что за хрень?! Заткните им пасти!

Обер-канонир не заставил себя ждать.

Залпом бабахнули фальконеты, по палубе ганзейца словно провели гигантскими граблями. В воду полетели обломки надстроек и куски разорванных тел.

- То-то же... – я смягчил гнев на милость, но тут же вызверился на Веренвена. – Чего сиськи мнешь, подводи судно!

«Александра» стала быстро сближаться с потерявшим ход коггом. Ганзеец принялся отгавкиваться из стрелкового оружия, но без особого эффекта, все мои предусмотрительно прятались за бортовыми щитами. А после того, как фальконеты выпалили второй раз, ответный огонь прекратился совсем.

Абордажная команда выстроилась рядами на палубе. Я так и остался у себя на мостике. Что? И без меня справятся. Много чести будет ганзейцам, если их самолично граф божьей милостью, да еще и цельный князь, на копье брать будет.

- Сир... – разочарованно протянули оруженосцы, наконец сообразив, что я не собираюсь лезть в схватку. – Молим, дозвольте...

Я слегка поколебался и кивнул. Зачем лишать парней повода рассказывать девицам, как они браво когг штурмовали. Хотя дело уже практически решенное, особого сопротивления не предвидится. Если оно вообще будет.

Александр с Шарлем тут же радостно ссыпались по трапу и влились в колонну штурмовой партии. Луиджи остался со мной. Еще раз подтвердив, что он парень умный и на дурости не разменивается.

Пажи азартно садили по коггу из арбалетов, не особо озабочиваясь тем, что на его палубе вряд ли остались живые.

Я хотел приструнить, но потом передумал – пусть душу отводят. Дети есть дети, что с них возьмешь.

В воздух взмылись кошки, несколько моряков накинули канаты на специальные вороты и стали подтягивать когг.

Упали мостики, грохоча башмаками, с лишим гиканьем на вражеское судно понеслись колонны абордажной партии.

Было вспыхнувшее сопротивление было мгновенно подавлено, а еще через несколько минут «Бремен» сменил владельца.

- Ваше сиятельство... – Отто фон Штирлиц взбежал ко мне на мостик, неуклюже поклонился и торжественно подвывая заявил. – Виктория, сир!

- Потери?

- Восемь ранено, двое серьезно, один насмерть, словил арбалетный болт прямо в рот... – доложил шваб, с каменным лицом.

- У меня четверо раненых, – в свою очередь, отозвался Веренвен. – Трое матросов, один из абордажной команды. Лекарь говорит будут жить, хотя Берту придется отнять руку.

Я невольно нахмурился. Почему-то, с годами, стал принимать потери близко к сердцу, хотя, должно быть сосем наоборот.

- Это кто?

- Сир... - оруженосцы притащили и поставили передо мной на колени, тучного седобородого крепыша, в окровавленном дублете и залитым кровью лицом. – Вроде как капитан. – Шарль хищно ощерился и легонько пнул пленного. – Пробовал сопротивляться.

- Капитан Ульрик Зеедорф, – прохрипел ганзеец на немецком языке. – Я ваш пленник, ваше сиятельство.

- Знаешь кто я?

Потупив глаза, дойч кивнул.

Вот даже как... Хорошо разведка у барыг работает. Ну да ладно, позже разберусь.

- К лекарю его, потом под стражу, – скомандовал я. – И проверьте остальных пленников, среди них должны быть