Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

без тебя. Думаю, она так ведет себя, потому что сильно переживает из-за всего происходящего. Правда, не говорит об этом открыто.

— А вот у меня иногда складывается впечатление, что она как раз хочет сделать все, чтобы я бросил ее. Вроде делаю для нее все, что она хочет, но ее все равно что-то не устраивает. Я не понимаю — чего ей еще нужно? Чем она недовольна? Что я делаю не так? В чем я перед ней виноват?

— Ты ни в чем перед ней не виноват. Просто бывают моменты, когда человек начинает раздражать просто так. Даже если он такой весь супер-пупер идеальный! Иногда даже самое хорошие вещи порой начинают бесить до тошноты, если их становится слишком много. Ну и, как мы уже говорили, сильный стресс также сказывается на психическом состоянии.

— Скорее всего… Однако все это слишком тяжело…

— Все будет хорошо… — Эдвард слегка прикусывает губу, едва сдержав себя, чтобы не произнести вслух слово «брат». — Терренс… Это нужно просто перетерпеть… Однажды все наладится. Твои отношения с Ракель наладятся. Не забывай, что она все прекрасно понимает и чувствует себя точно так же, как и ты.

— Посмотрим, Эдвард… Посмотрим… — Терренс переводит взгляд на Эдварда. — Тем не менее спасибо за поддержку. Ты хорошо меня понимаешь.

— Да, конечно… — кивает Эдвард, одергивая свою повязку на руке. — Хотя бы у кого-то все должно быть хорошо…

Эдвард задирает голову к верху, откидывается на спинку дивана и на пару секунд прикрывает глаза, проведя руками по лицу и своим волосам от макушки до задней части шеи и немного согнувшись пополам с тихим выдохом. Терренс переводит полный грусти взгляд на этого парня, все больше начиная сочувствовать и испытывать чувство жалости, становясь все более мягким по отношению к нему и забывая о желании проявить агрессию в его сторону. Он начинает видеть, что его брат действительно жалеет о том, что он наделал, и изо всех сил пытается доказать это. Мужчина хочет подбодрить своего младшего брата, подсев рядом и похлопав его по плечу или спине. И в какой-то момент даже протягивает к нему руку, пока тот проводит своими руками по волосам и лицу, сидя согнутым пополам. Но в последний момент Терренс передумывает, так как еще не готов переступать через гордость и прощать Эдварда, несмотря на то, что сейчас он стал намного мягче к нему и перестал проявлять такую агрессию, как некоторое время назад.

***

Время около трех часов дня. Дом Майкла МакКлайфа. Наталия вынуждена находиться в той комнате, в которой ее заперли. Хоть идет всего лишь второй день как ее привезли сюда, девушке кажется, что прошла уже целая вечность. Время в заточении идет очень медленно, словно что-то неприятное, что хотелось бы поскорее забыть. По крайней мере, ее радует то, что люди Майкла не связали ей руки и ноги. Сейчас она может свободно перемещаться по комнате, хотя ей особо делать нечего. Голодом ее действительно не морят, да и обращаются с ней вполне себе нормально, и никто не позволяет себе поиздеваться над ней. Пожалуй, это единственное, что сейчас радует девушку.

«Боже, я очень хочу выбраться отсюда! — думает Наталия, сидя на холодном полу, прислонившись спиной к запертой двери и поджав под себя колени и задрав голову. — Прошу, помоги мне выжить. Неважно, как я буду спасена и кем. Но сейчас я мечтаю о трех вещах: быть свободной, знать, что у моих друзей в жизни настал мир и покой, и… Вернуть Эдварда.»

Наталия резко распахивает глаза и тихо шмыгает носом.

«Да, я очень хочу вернуть его! Хочу, чтобы он сейчас был рядом со мной. Чтобы крепко обнял, прижал к себе и сказал, что все будет хорошо. Мне нужен этот человек… Очень сильно… Как никогда раньше… Хочу, чтобы он вытащил меня отсюда… Я так хочу знать, что могу рассчитывать на него. Рассчитывать на того, кого люблю всем сердцем… Кажется, что я уже не смогу полюбить кого-то другого так же сильно, как его. Я всегда буду любить его. Даже если наше расставание окончательное и бесповоротное.»

В какой-то момент Наталия скромно улыбается, поскольку вспоминает, как Эдвард до последнего защищал ее от людей Майкла и показал себя смелым и уверенным человеком.

«Эдвард так яростно защищал меня в тот момент, когда эти люди окружили нас. Я никогда не забуду то, как сильно гордилась им. Этот мужчина показал себя таким смелым и уверенным в себе. Он не боялся противостоять тем подонкам. И яростно дрался со всеми… Особенно с тем подонком, который едва не изнасиловал меня и разрушил наши отношения… Мне было безумно страшно, но я также была рада, что рядом со мной был такой надежный человек… Был… До того как они устранили его…»

Наталия тяжело вздыхает и вспоминает тот момент, когда ей стало страшнее, чем когда-либо — когда Эдвард сильно ударился головой и рухнул на землю без сознания. На глазах девушки наворачиваются слезы, а ее сердце сжимается и обливается кровью.

«Господи, что же с ним произошло после того удара? — с тревогой задается вопросом Наталия и тихо шмыгает носом, чувствуя, как по ее щекам текут слезы. — Не погиб ли Эдвард? Выбрался ли он оттуда, если пришел в себя? Помог ли ему кто-то? Не приведет ли этот удар к чему-то ужасному в будущем? Пожалуйста, Боже, не дай ничему плохому случиться. Я не смогу жить, если с ним что-то случится. Если он умрет! Мне будет невыносимо знать о том, что человека, которого я люблю нет в живых. Сколько бы боли он мне ни принес, я никогда не смогу быть безразлична к Эдварду. И сейчас люблю его едва ли сильнее, чем раньше. Мне реально плохо без него. Я хочу быть с ним. Готова простить ему все что угодно. Лишь бы быть счастливой с тем, с кем мне так хорошо. С кем мне тепло и уютно… Мне чертовски нужна его забота… Его ласка… Его любовь… Я не хочу верить, что между нами все закончилось! Мне все еще кажется, что мы не расставались, а сильно поссорились. До него никто не заставлял меня чувствовать себя так хорошо, как он. А я, дура, не ценила это. Держала на расстоянии из-за своих страхов, полученных после попытки изнасилования. Из-за своей тупости я потеряла такого чудесного человека! Все могло быть иначе, если бы я рассказала всю правду раньше! Почему? Почему?»

Издавая негромкие всхлипы и несильно дрожа, Наталия закрывает лицо руками и