Не позднее полуночи (сборник) - Рекс Стаут

– Мисс Вельц? Говорит Ниро Вульф. Как вам сказала мисс Харт, я расследую обстоятельства, связанные с убийством Мэри Виллис, и хотел бы повидать вас. У меня есть другие встречи, но я могу их перенести… За сколько времени вы сможете добраться до города? Не сможете?.. Боюсь, до завтра я ждать не смогу… Нет, исключено… Понятно… Вы будете там весь день?.. Прекрасно, так и сделаем.

Он повесил трубку и попросил мисс Харт объяснить мне, как добраться до домика в Уэстчестере. Она пустилась в объяснения, и после Катоны пошли такие сложности, что пришлось достать блокнот. Заодно я записал и номер телефона. Вульф без всяких церемоний пошел прочь. Я вежливо поблагодарил мисс Харт и нагнал его уже на полпути вниз. Выйдя на тротуар, я поинтересовался:

– Такси в Катону?

– Нет, – сказал он ледяным тоном. – В гараж за машиной.

И мы отправились на запад.

Глава третья

Мы стояли у гаража на Тридцать шестой улице возле пересечения с Десятой авеню и ждали, пока Пит выгонит машину. И тут Вульф выдал то, чего я давно ждал.

– Отсюда домой, – сказал он, – идти четыре минуты.

Я хмыкнул.

– Да, сэр, я понял это, еще когда вы говорили по телефону. До Катоны надо ехать, а чтоб ехать, надо иметь машину, а за машиной надо в гараж, а гараж рядом с домом, так что запросто можно для начала пообедать. Придя домой, можно запереть дверь на засов, не подходить к телефону и тогда уж как следует обдумать эту тему с поездкой в Уэстчестер. И потому вы сказали, что поедете в Катону.

– Нет, меня осенило только в такси.

– Я не могу доказать обратное. Зато у меня есть предложение. – Я кивнул на дверь в гараж. – Там внутри телефон. Позвоните сначала Фрицу.

– Думаю, да, – буркнул он, вошел в гараж, сел за стол и набрал номер. Через мгновение он излагал Фрицу, кто он и где он, задавал вопросы и получал ответы, которые его не радовали. Повелев Фрицу отвечать по телефону, что он про нас слыхом не слыхивал и, где мы, понятия не имеет, а также наказав ему не ждать нас домой, пока мы там не окажемся, он повесил трубку. Посмотрел на телефон, а потом на меня.

– Звонили четыре раза: судебный пристав, офис окружного прокурора и два раза – от инспектора Кремера.

– Ну дела, – поморщился я. – Суд и прокуратура – это ладно, лишь бы не Кремер. Стоит вам оказаться в миле от его «личного» трупа, как он прочешет вас с ног до головы. Можно только гадать, какие подозрения породил в нем ваш побег из-под повестки. Давайте вернемся домой. Любопытно, сколько остолопов он поставил напротив дома – одного или двух-трех. Конечно, он может при этом вас захомутать, и тогда вообще никакого обеда не будет, ну да черт с ним.

– Заткнись.

– Да, сэр. А вот и машина.

Как только мы вышли из гаража, коричневый седан подкатил и встал перед нами. Пит вышел из машины и открыл заднюю дверь для Вульфа, который никогда не садится вперед, чтобы при аварии не порезаться осколками ветрового стекла. Я сел за руль, снялся с ручника, включил скорость и нажал на газ.

В это время дня Вестсайдское шоссе не слишком загружено, и к северу от моста Генри Гудзона до шоссе Ривер Соумилл тоже было пусто. Ум, не занятый заботами о дороге, мог отяготиться чем-нибудь другим, знать бы только чем. Я был вовсе не прочь заработать толику благодарности, выудив Леонарда Эша из ямы, но как? Что за ребячество! Сидя в удобном кресле в собственном кабинете, Вульф еще мог как-то держать в узде свою гениальность, но на жесткой скамье судебного зала, бок о бок с надушенной дамой, сознавая, что нельзя встать и уйти домой, он пошел вразнос, и теперь его заклинило. А все переиграть, пойти назад в суд и извиниться он не мог, потому что был чертовски упертый. И домой нельзя. Есть шанс, что, гоняясь за журавлем в небе, он не доедет и до Катоны. Я заметил в зеркале заднего вида быстро нагоняющий нас дорожный патруль и сжал челюсти, и только когда он обогнал нас и умчался вперед, сумел расслабиться и перевести дух. Конечно, осуществлять план «Перехват» ради отлучки какого-то свидетеля – это крайность, но с учетом слабости, которую инспектор Кремер питал к Вульфу, я бы не стал считать это фантастикой.

Я снизил скорость на Хоторнской развязке и сказал Вульфу, что теперь без четверти два и не знаю как он, а я голоден. В ответ на это я получил указание остановиться, раздобыть сыра, крекера и пива и, немного проехав, выполнил его. Вульф съел крекер и выпил пива, но сыр отверг после первой же пробы. Я был так голоден, что в тонкости вкуса не вдавался.

Часы на приборной доске показывали 2.38, когда, следуя указаниям Элис Харт, я свернул с грунтовки в узкий и ухабистый проезд, с двух сторон зажатый кустами, и, выехав на открытое пространство, едва успел затормозить перед ярко-желтым «ягуаром». Влево через подзапущенный газон шла тропинка из гравия. Она упиралась в боковую дверь белого домика с синими ставнями. Когда я вышел из машины, из-за угла дома появились двое. У молодой особы, что шла впереди, рост и фигура были что надо, плюс голубые глаза и копна волос под цвет «ягуара», утянутая желтой резинкой назад.

Она подошла:

– Вы Арчи Гудвин? Я Элен Вельц. Мистер Вульф? Рада познакомиться. Это Гай Унгер. Прошу сюда. Сядем в тени под старой яблоней.

На газетных изображениях двухмесячной давности да и на снимке из ящика Беллы Веларди Гай Унгер совершенно не походил на убийцу – и тем более не тянул на него живьем. Какой-то он был слишком серый. Серые глазки на широком лице, серый костюм, умело подогнанный по фигуре кем-то, кто знал, как можно скрасть покатые плечи, одно из которых было ниже другого. Открой он рот на полную ширину, в него бы влезло не больше пальца.

Яблоня росла здесь, наверное, со времен первых переселенцев, и ее урожай устилал землю далеко вокруг. Вульф покосился на стулья с деревянными спинками, год назад выкрашенными в белое. Выбор был – либо на стуле, либо на корточках, и он пристроился на стул. Элен Вельц спросила, что мы хотим выпить, и предложила четыре варианта, но Вульф отказался – холодно, но вежливо. Это ее как будто не обескуражило. Она уселась на стул напротив, широко и по-дружески улыбнулась ему, а также мне, глянув на меня живыми голубыми глазами.

– Вы не дали мне сказать по телефону, – проговорила она без всякого сожаления. – Мне вовсе не хотелось гонять вас понапрасну. Мне нечего сказать об этой кошмарной истории, о том, что случилось с Мэри. Правда нечего, потому что я ничего не знаю. Я ездила в Саунд кататься на катере. Вам рассказывали?

Вульф хмыкнул:

– Это не то, что меня интересует, мисс Вельц. Такая рутина, как проверка алиби, наверняка уже должным образом проделана полицией, в рамках ее расследования. Я сам заинтересовался делом позднее – надеюсь, не слишком поздно, – и мой напор кому-то может показаться эксцентричным. Кстати, когда сюда приехал мистер Унгер?

– Да он только…

– Одну минуточку!

Унгер взял со стола стоявший перед ним недопитый бокал и держал его двумя руками. Голос у него был не писклявый, как можно было предположить, а густой баритон.

– Забудьте про меня. Я только наблюдатель. Не могу сказать, что равнодушный наблюдатель – потому что я неравнодушен к мисс Вельц, если только она не возражает.

Вульф не удостоил его взгляда.

– Я поясню вам, мисс Вельц, почему я спрашиваю, с какого времени здесь мистер Унгер. Когда я пришел в офис на Шестьдесят девятой улице и стал разговаривать с мисс Харт и мисс Веларди, я вел себя недопустимо – как по форме, так и по существу. Им полагалось осадить меня и указать мне на дверь, они же этого не сделали. Видимо, побоялись, – и я намерен выяснить чего. Я полагаю, вы знаете чего. Я полагаю, после моего ухода мисс Харт позвонила вам еще раз, описала ситуацию и обсудила, как лучше мной манипулировать. Я предполагаю, что мисс Харт или, может быть, вы звонили мистеру Унгеру и он заинтересовался мной настолько, что приехал сюда даже раньше меня. Естественно, все это мне показалось немаловажным. А усилило мои подозрения…

– Все не так, – перебил его Унгер. – Я узнал о том, что вы едете, только десять минут назад, когда приехал сюда. Мисс Вельц пригласила меня провести с ней вечер еще вчера. До Катоны я добрался поездом, оттуда на такси.

Вульф взглянул на него:

– Спорить не буду, мистер Унгер. Но это не смягчает моих подозрений. Наоборот. Думаю, беседа с мисс Вельц пройдет быстрее, если вы удалитесь. Скажем, минут на двадцать?

– Пожалуй, я останусь.

– Тогда не мешайте своими замечаниями.

– Держи себя в руках, Гай, – прикрикнула на него Элен. И улыбнулась Вульфу: – Знаете, что я думаю? Я думаю, он хочет показать вам, какой он умный. Слышали бы вы его, когда я сказала, что сюда едет Ниро Вульф! Он заявил, что вы, конечно, знаменитый мудрец, а он – нет, только он хочет сам в этом убедиться. Что-то в этом духе. Я на ум не претендую. Я просто испугалась.