Внук Дьявола - Лайза Браун

– Я вмешался не по своей инициативе. Я поехал туда, куда меня послали и куда я не хотел ехать. А послали меня потому, что ты вел себя легкомысленно и девушка забеременела. Я не хочу, чтобы подобное повторилось, – отчеканил Колли. – Тем более с ней.

Последняя фраза вырвалась у Колли против его воли, несмотря на все усилия скрыть от этих двоих бурю, бушевавшую у него в душе.

– А она сладенькая штучка, ты согласен? – насмешливо проговорил Престон. – Немножко наивная, совсем невинная. Зато я теперь по опыту знаю, каковы телки этого сорта, когда они наконец сдаются.

Его слова больно хлестали Колли, и сдерживаться дальше было свыше человеческих сил. Колли рванулся вперед и мертвой хваткой сжал локоть Престона.

– Сукин сын!

– Хватит!

Сильные жилистые руки Дьявола развели их в стороны.

– Теперь он охотится за Лейни Торн! – прокричал Колли в лицо старику.

Дьявол замер.

– Объясни ему, что он должен держаться от нее подальше, – потребовал Колли. – А если хочешь, я объясню ему сам.

– Почему это я должен держаться подальше? – обиженно спросил Престон. – Она уже большая девочка и сама за себя отвечает. Она умеет говорить «нет», но почему-то не говорит.

– Я знаю, зачем тебе это нужно, – с ненавистью прорычал Колли. – Ты хочешь унизить меня. Валяй, продолжай. Можешь драться со мной, только оставь в покое Лейни Торн. – Он резко повернулся к деду. – Когда я приближался к ней, ты встал стеной. В чем же сейчас дело?

Старик отошел от внуков и оперся о перила веранды.

– Престон, ты уверен, что любишь эту девушку?

Престон посмотрел на деда, на кузена, дотронулся до разбитой щеки и рассмеялся, но смех вышел неестественным.

– Я люблю думать о том, что сделаю с ней в постели. Этого достаточно?

Дождь вдруг с удвоенной силой загрохотал по крыше.

Колли не шелохнулся. Дьявол коснулся рукой его груди.

– Вот в чем разница, – жестко сказал он. – Он не похож на тебя. Он забудет девушку, как только добьется своего. А ты таешь от любви, и твоя сила пропадает. Под действием любви ты забываешь те навыки, которые я в тебе воспитывал.

Колли откашлялся. Он не имел права молчать. Он обязан сражаться за Лейни, сражаться здесь и сейчас, в присутствии Престона.

– Тем не менее он ее не получит, – медленно произнес он. – Ты, старик, передо мной в долгу. Много лет я работал на тебя, когда Престон развлекался в городе. И сейчас я прошу тебя отослать его. Он не должен околачиваться возле Лейни.

– Боишься, что она скажет мне «да»? Что ж, не зря боишься, – ядовито заметил Престон.

Колли поморщился.

– Дед, Престон прав в одном: она невинна и наивна. Лейни будет принимать каждое его слово за святую истину. Она одинока, вот ее и тянет к нему. У нее нет ничего, кроме ее родных и этой старой гостиницы, ради которой она гробит себя.

Альберт пожал плечами.

– Значит, ей стоит подумать о том, как выбраться отсюда. Дело их разваливается. По налогам они задолжали больше, чем стоит сама «Магнолия». Около месяца назад страховая компания закрыла их полис. Один несчастный случай – и они полностью разорены.

Колли смотрел на Дьявола и не видел его. Медленно до его сознания доходила страшная правда.

– Ты намерен отобрать у них гостиницу.

Альберт покачал головой:

– Нет. Просто тебе следует знать, что я могу это сделать. Но мне не придется идти на крайние меры, потому что ты будешь вести себя как надо. Забудь о Лейни Торн. Если тебе нужна женщина – я не возражаю против твоей женитьбы на Рейчел Хардинг. Благодаря мне у тебя есть деньги. Так начинай свое дело.

– А он? – Колли кивнул в сторону Престона.

– Я поговорю с ним насчет этой девушки наедине. Я не хочу, чтобы вы перегрызли друг другу глотки из-за отродья Блэкбернов. Ты меня понял, Колли?

– Понял.

– Перестань валять дурака. Бери пример с Престона. Выбрось ее из головы.

– Она не виновата в том, что случилось. Никто не мог бы спасти положение на ее месте.

– Может, и так. Но есть в жизни непреложные истины. И вот одна из них: Элейна Торн никогда не будет твоей. Она эту истину приняла. Что мне сделать, чтобы убедить тебя? Я могу разорить ее семью дотла и заставить их всех уехать из города. Говорю тебе прямо, Колли: забудь ее.

Всякий раз, слыша имя Лейни Торн, Колли вспоминал, что ему нужно ее забыть.

Более трех лет он честно старался сделать это, с того самого дня, как он дал слово чести ее матери. Все его добрые намерения разлетелись вдребезги, когда ей исполнилось восемнадцать лет.

Все началось весной. В одно прекрасное утро на табачной плантации Джон Торн рухнул как подкошенный.

Внезапно раздался чей-то крик:

– Эй, Торн упал!

Колли обернулся. Управляющий только что стоял около своего джипа и надзирал за работами. А теперь возле джипа не было никого, зато у заднего колеса появилась некая бесформенная груда.

Колли подбежал к джипу вместе с несколькими рабочими.

Глаза Торна были закрыты, лицо покрыто испариной.

– Он хоть жив? – испуганно спросил кто-то, и все вопрошающе посмотрели на Колли, словно считая, что ему известны ответы на все вопросы.

Колли скрепя сердце опустился на колени около Торна и потрогал его лоб. У Торна был сильный жар. Он застонал и попытался отодвинуться в сторону.

– Помогите перенести его в машину, – распорядился Колли. – Его нужно отвезти к врачу.

Уложив Торна на заднее сиденье, рабочие опять вопросительно взглянули на Колли.

– Возвращайтесь на места, – приказал Колли. – Я отвезу его и вернусь. Ты, Джонсон, пока остаешься за старшего.

Торн открыл глаза и с трудом приподнял голову.

– Не слушайте его, – прохрипел он. – Я управляющий. Не ты, Ролинс. Ты не имеешь права…

Договорить он не сумел. Голова его бессильно откинулась, глаза снова закрылись. Он шумно и тяжело дышал.

При словах Торна рабочие растерялись, и Колли прикрикнул на них:

– Я разве не сказал вам, что делать? За работу, быстро!

Когда рабочие оставили Колли наедине с управляющим, Колли подумал, что Торн едва ли пожелал бы принять какую-либо помощь именно от него. Но Торн был плох. Ради Лейни Колли обязан был сделать для него все возможное.

Осмотрев больного, доктор Флавий Максвелл нашел воспаление легких и позвонил Деборе Торн. Очень скоро она была в палате больницы на Лафайет-стрит. Выйдя оттуда, она подошла к Колли, который дожидался ее в холле для посетителей.

– Ему уже две недели нездоровилось, но он держался. Беспокоился, что без него…

Она подняла голову, и Колли прочитал правду на ее лице. Торн не хотел слечь, так как боялся, что Колли займет его место.

– Лучше не говорите ему, что это я его привез, – посоветовал ей Колли.