Дядюшка Бо. Из Темноты. Часть первая - Леколь

Дядя показал мне в библиотеке полку, упрятанную в дальнем угле, с художественной литературой. Её не так просто было найти.

– Родители считали это пустой тратой времени, – объяснил Бронислав, пролистывая сборник стихов, – надо было читать только по делу. Но я покупал эти книги – не выкидывать же?

Я была рада, что их не выкинули, потому что я, наконец, могла скоротать время над романом про рыцарей, пока дядя высыпался.

Мы-таки устроили киносеанс, и, впоследствии, не один. Попкорна и колы не было, но я наловчилась тонко нарезать хлеб, делать смесь из специй и масла и, щедро обмакнув в эту смесь хлебный ломтик, подсушивать в духовке. Чем не чипсы?

Хьюго тоже был приглашён на кино-ночь. Однако оказалось проще перетащить телевизор и кассеты вниз, в гостиную, чем заставить старика подняться по лестнице в башню: его колени уже не выдерживали такого восхождения. Не то, чтобы Хьюго очень любил киноискусство и музыку; но присоединялся к нам с дядей и тихо присутствовал, наблюдая за нами, как за детьми.

Дядя учил меня играть в шахматы. Из коробки, что досталась мне в наследство, я достала набор шахмат, а когда показала его дяде, он обрадовался ему, как старому другу:

– Неужели он? Да, тот самый, – заулыбался он, рассматривая фигуры, и пояснил: – Просто я его сделал когда-то и подарил Шери на день рождения, а она… Ну, впрочем, ты и сама можешь посмотреть?

Дядя Бронислав расставил фигуры на доске, и, отведя меня чуть в сторону, попросил меня наблюдать. Шахматы эти казались очень-очень старыми, и на вид никуда не годились. Стоя так и таращась на них минут десять, я уже отчаялась увидеть в них хоть что-то, но тут дядя Бронислав дёрнул меня за рукав:

– Смотри!

Я глянула на стол – шахматы зашевелились. Взбрыкнув гривой, белый конь первым легко и уверенно скользил по доске, за ним скромно подалась к противнику чёрная пешка… И вот я увидела призрачные руки воспоминаний, двигающие фигуры, и услышала голос:

– …Погоди, которая из них ладья?

Голос, – я уже узнала его, – принадлежал отцу, и он был явно озадачен.

– Вот эта, сколько раз можно повторять! – хихикнув, ответил голос Шери, и её рука подняла в воздух фигурку.

–А ну… понятно.

– Ты опять забыл, как ходить? – спросила Шери после короткой паузы.

–Ну нет, что ты, я всё помню, задумался просто…не то чтобы… Да, я забыл.

– Разве так сложно?

–Нет, но… Ну, то есть да.

Теперь я уже отчётливо видела их в сумерках. Они сидели на траве по разные стороны доски, на которой стояли блестящие новенькие фигуры, вокруг тихо шуршала листва, и редко чирикали незримые птицы – они, наверное, были где-то в лесу. Оттуда, из воспоминания, веяло прохладой. Выглядело это так, будто среди комнаты замка вдруг появилось полупрозрачное мутное стекло, по поверхности которого скользило изображение.

Шери снова хихикнула.

– Ладьёй ходят вот так, – весело сообщила она.

– Угу, – хмуро кивнул Мэтт и поправил шляпу, не отводя взгляда от доски.

– Ходи, – нетерпеливо сказала Шери. Ей нравилось смотреть, как Мэтт ей проигрывает.

– Сейчас, – раздражённо бросил Мэтт. А сам подумал: «И зачем только я согласился с ней играть? Сдую, да и только. Опять».

И он наугад передвинул фигурку.

Шери вздохнула:

– Ладно, для начала неплохо, нужно только больше практики. Тебе мат. Опять!

И она рассмеялась, а Мэтт придал себе обиженный вид и поджал губы, хотя сам тоже давился от беззвучного смеха.

Воспоминание размылось и растаяло, а его место заняло другое. Теперь доска стоит на скамейке в каком-то полудиком парке. Шери обеспокоена, и понятно почему – из-за деревьев уже забрезжил утренний свет.

– Ой, сколько времени! Я совсем забыла, мне давно надо быть дома! – говорит она и спешно поднимается.

– Да ладно тебе, рано ещё, – Мэтт вскидывает руку и смотрит на часы. – Ещё и половины пятого нет!

– Мне надо идти! – настаивала Шери.

– Пока! – быстро сказала она и бросилась прочь.

– Пока, – произнёс Мэтт, озадаченный таким стремительным уходом. «Мы же ещё партию не закончили», – подумал он и вдруг закричал:

– Шери, Шери, стой! Ты забыла свои шахматы!

Но она не могла уже вернуться, она бежала, не оборачиваясь и закрывая лицо руками от солнца, которое уже начинало жечь её…

– Ну ладно… – не дождавшись ответа, Мэтт как-то необычно бережно принялся собирать фигуры, – не страшно. Потом заберёшь…

«Надо срочно быть дома? Много вы видели людей, которых в пять утра срочно ждут дома?» – удивлялся про себя он.

Воспоминание растаяло, как будто его и не было, но я ещё долго не могла оторвать взгляд от доски, одиноко стоящей на столике.

– Она так и не забрала, – донёсся до меня, словно сквозь сон, голос дяди Бронислава. От неожиданности я обернулась. – Она всё время специально забывала его. Набор остался ему.

– Понятно, – машинально бросила я. Сердце у меня билось быстро-быстро, и от каждого удара всё сильнее защемляло что-то под рёбрами.

– Не хочешь сыграть? – спросил дядя Бронислав. Его голос тут же вернул меня к реальности.

– Что? А, да, давайте, – выдохнула я и пошла к столу, – только я не умею.

– Я умею, – успокоил он. – Кто, как ты думаешь, научил этому делу Шери? Садись, будешь учиться.

Но большую часть времени мы всё же бродили. В замке было отопление от больших котлов в подвале; да и камины были, но такие большие пространства было сложно прогреть, а осень брала своё. Дождь и ветер были нашим постоянным фоном, а ветви деревьев в парке, когда я выглядывала из окна, были совсем пусты, листва валялась на земле выцветшая, грязная. В моей комнате, относительно маленькой, было ещё терпимо, но, покидая её, я одевалась во всё тёплое и носила с собой шерстяной плед. Это добавляло мне антуража, когда я обнаружила, что носки отлично скользят по полу в залах. Я накидывала плед на плечи и проносилась по залу, словно летучая мышь-комета. Дядя всегда делал вид, что не замечает, но я всё равно слышала его тихий смешок.

– Мы тоже так делали, – наконец, сказал он, – только нам запрещали.

Я так и замерла на месте, глядя, как мимо меня проносятся полупрозрачные дети – я их уже узнавала, это были Шери и Бо. Смеясь и пища, как два котёнка, они бегали друг за другом по залу и скользили на носках по паркету, падая, но тут же подскакивая и продолжая игру. Призрачные голоса кричали им:

– Немедленно перестаньте!

– Здесь не место для игр!

– Вы сейчас что-нибудь сломаете!

Но этим двоим было всё равно.

– Да уж, – я смутилась и поправила на плечах свой плед. – Кажется, замок не для игр…

Возможно, столкновение с относительно лёгкими детьми местные вазы и статуэтки выдержали бы; но я уже была покрупнее. В общем, я перестала кататься на носках, в отличие от малышей Патиенсов.

У брата