Водоворот чужих желаний - Елена Михалкова

Она обмотала голову извивающейся Кати плотной тканью и, задержав дыхание, прижала руки к ее лицу. „Потом придумаем, что делать с телом. Боже мой, скорее бы она уже…“

Сзади нее раздался визг, и Диана Арутюновна не сразу поняла, что визжит ее собственный сын. А в следующую секунду ее сбил с тела Кати удар такой силы, что она отлетела к окну, ударилась головой о батарею, и на минуту перед ее глазами встала черная пелена.

Когда пелена спала, Диана Арутюновна увидела, что комната наполнена людьми. Один из них, высокий парень в очках, прижимал к себе Катю, хватающую воздух ртом. Второй – здоровенный мужик с короткой стрижкой – быстро перевязывал руки Седе, у которой рот уже был залеплен скотчем. Третий – по виду студент – держал за плечо Артура.

– Ну что? – спросил здоровяк, присаживаясь перед Катей. – Жива?

Та кивнула, всхлипнув.

– А еще ключи отдавать нам не хотела! – Он погремел перед Катиным лицом связкой ключей, в которой Диана Арутюновна узнала ключи от их квартиры – она лично отдала их невестке, чтобы та не будила звонком Артура, придя поздно с работы.

– А я предупреждал! – подал голос студент. Артур рванулся, но застонал от боли – хватка у студента оказалась железной. – Сидите, молодой человек, сидите. Вы, Катя, в другой раз слушайте опытных людей.

– Другого раза не будет, – сказал очкарик, прижимая девушку к себе. – Слава богу, в этот раз вовремя успели. Катька, я бы тебя своими руками придушил, клянусь.

Катерина уткнулась лбом ему в плечо, и Диана Арутюновна закрыла глаза.

Макар с Бабкиным отправили Катю в квартиру к Маше, а вместе с ней и Капитошина.

– Мы с ними сами поговорим, – в третий раз повторил Сергей, мягко, но непреклонно подталкивая уже одетую девушку к двери. – Бить их не будем.

– Наверное, – добавил Макар и поймал укоризненный взгляд Андрея Капитошина. – Шучу, шучу. Не будем, конечно. За что их бить? За то, что они барышню хотели придушить?

Катя побледнела и непроизвольно дотронулась до горла, а Бабкин шепнул напарнику, что тот – подлый провокатор.

– Все сделаем, как договорились. – Сергей устало закатил глаза. – Только узнаем у этой милой семейки то, что необходимо.

Катя неуверенно кивнула, но прежде, чем выйти из квартиры, сама не зная зачем, прошлась по комнатам. Она чувствовала себя заключенной, которая внимательно осматривает свою камеру, в которой провела несколько лет жизни, перед тем как навсегда покинуть ее. Серые драные обои, облупившаяся тоскливая синяя штукатурка с потеками, скособочившиеся двери с дырками вместо замочных скважин, из которых торчат фанерные лохмотья… Катя толкнула дверь в их с Артуром спальню, прислушалась к ее неприятному скрипу.

И остановилась на пороге комнаты, где под присмотром Сергея сидела ее семья. Бывшая семья.

Она хотела сказать им что-то важное, недосказанное, что можно выразить только пафосными словами: например, что она никогда их не простит и что они чуть не испортили ей жизнь или что она постарается забыть их навсегда… Но вовремя почувствовала, что говорить это ненужно, потому что будет фальшиво, да и неправда.

Она только качнула головой и уже собиралась выйти, но ее остановили слова мужа.

– Слушай! Не смей уходить! Ты мне должна! – с исказившимся лицом выкрикнул Артур, подавшись к жене. – Забыла, что ты мне должна?

Катя помолчала. Затем тихо, но твердо ответила:

– Ты забыл, что я с тобой расплатилась, Артур. Сполна.

После того как все закончилось, Сергей предложил всем разойтись и обсудить вопрос завтра, но с ним никто не согласился.

– Ночь на дворе! – воззвал он к здравому смыслу напарника, потому что ни Катя, ни Маша, ни Капитошин не собирались прекращать разговор: девушка полчаса назад вернулась от следователя и теперь отвечала на вопросы Андрея и Маши.

– Завтра выспишься, – невежливо отозвался Макар.

– Черт с вами, – сдался Бабкин. – Катерина, ты сама-то в порядке? Я бы на твоем месте уже уснул давно.

Катя кивнула. Часы показывали полтретьего ночи, но спать ей не хотелось.

– Следователь тебя не мучил?

– Нет. Он очень подробно обо всем расспрашивал, потом привел свекровь…

Катя махнула рукой, не желая рассказывать дальше.

– Не приставай к человеку, – тут же вмешалась Маша. – Видишь, ей тяжело об этом говорить.

– Да нет, – покачала головой Катя. – Все в порядке. Знаете, у меня как камень с души спал, когда Артур сказал, что он никого не убивал.

– То есть как не убивал? – встрепенулась Маша, которой Сергей с Макаром не успели ничего рассказать. – Не он убил коллекционера?

– Нет. Он говорит, что не делал этого.

– А откуда у него русалка? Собралась ночью искупаться и сама под ванну заползла?

Катя подняла на нее глаза и сказала:

– Ты будешь смеяться, но Артур утверждает, что нашел ее на лестнице.

Артур чувствовал, что ему никто не верит. Но человека на фотографии он видел первый раз в жизни! Он даже не знал, что это тот самый сосед, который платил его жене за то, чтобы она гуляла с собакой.

– Не видел я вашего Вотчина! – с отчаянием повторял Артур. – Не убивал, не знаю!

Да, он выходил из квартиры в тот вечер. Жена крепко спала, и он, как обычно, пошел на лестничный балкон. Ему нравилось стоять там, смотреть на фонари.

– Я просто стоял! – убеждал Артур пожилого мужика, саркастически усмехающегося каждому его слову. – Клянусь мамой, ничего не делал!

– Зачем же ты там стоял, а?

– Просто… красивый вид оттуда. Снег падал, я думал обо всем. В квартире душно, устал я там сидеть, как зверь в клетке. А на балконе и покурить можно, чтоб жена не почуяла.

– Красиво, говоришь… Да ты, парень, романтик.

– Романтик, не романтик – не убивал я его, говорю тебе! Куклу нашел на лестнице, когда ушел с балкона.

Артур вспомнил, как поздно вечером услышал быстрые шаги за дверью, отделявшей грязный балкончик от лестничной клетки. Кто-то пробежал с верхнего этажа вниз, бесшумно вышел из подъезда, не хлопнув тяжелой дверью с кодовым замком. Подъезд выходил на другую сторону дома, а то Артур обязательно посмотрел бы, кто так носится по темной лестнице. Он не знал никого из жильцов – ему просто было любопытно, мужчина это или женщина. Мозг, уставший от однообразного сидения взаперти, требовал хотя бы скудных развлечений вроде игры „угадай, кто пробежал“.

Уже после того, как затихли все звуки, Артур сообразил, что слышал что-то еще, кроме быстрых шагов. Негромкий стук. Как будто за пробежавшим что-то упало. Он постоял в нерешительности, затем приоткрыл дверь и высунул голову на лестничный пролет.

Здесь было темно, пахло кошками и стройкой, хотя дом построили невесть сколько лет назад. Артур прошел по ступенькам вверх, затем вниз и со второй попытки наткнулся на то, что обронил бежавший. Это оказалась всего лишь игрушка – правда, очень красиво вырезанная. Артур считал, что понимает толк в таких вещах.

Ему не захотелось показывать находку ни матери, ни сестре. О жене и говорить было нечего – если бы она узнала, что по вечерам он выходит в подъезд, закатила бы скандал. Поэтому он спрятал фигурку в первое попавшееся место, завернув ее в тряпку, чтобы не запачкалась. Артур не хотел, чтобы на игрушке оставалась грязь – она была такой красивой…

– Получается, что убийца по-прежнему неизвестен, – закончила Катя. – Если только Артур не врет.

– Надо же… – протянула Маша. – Получается, твой супруг слышал шаги убийцы. Слушайте, это даже смешно: если все так, как рассказывает Катин муж, то хотелось бы мне посмотреть на лицо убийцы, когда он обнаружил, что потерял то, за чем приходил в квартиру коллекционера.

– Может быть, не потерял, а специально бросил, – возразил Андрей Капитошин. – Мы же не знаем, зачем ему понадобилась русалка.

– Да, слишком много странностей вокруг одной маленькой фигурки, – задумчиво сказал Илюшин. – Может, мы в ней что-то просмотрели? Секретный ключик, тайнопись, указывающую дорогу к кладу, потайную дверцу в спине?

– Как бы то ни было, сейчас поздно об этом говорить. – Бабкин потянулся на своем коврике так, что у него на всю кухню хрустнул позвоночник. – Снимут с деревянной красавицы отпечатки, если они там есть, и будет она лежать в темном пыльном ящике. Кать, следователь что-нибудь сказал про русалку?

Девушка молчала.

– Катя?

Бабкин с Машей переглянулись. Андрей, не понимая, чем вызвано ее молчание, озабоченно заглянул Кате в лицо.

– Катюха, ты что молчишь? Не пугай нас.

И тут раздался смех Илюшина. Остальные с удивлением посмотрели на него – все, кроме Кати.

– Серега, ты ошибся, – заявил он, отсмеявшись. – Что-то подсказывает мне, что мы сами сможем проверить, не скрывает ли русалка в себе какого-нибудь хитрого шифра. Я прав, Катя, не так ли?

Та кивнула, не глядя на него.

– Ты не отдала русалку? – изумилась Маша. – Почему?

– Не знаю. Не смогла. – Катя виновато оглядела сидящих в кухне. – Я обманула следователя. Сказала, что потеряла ее, когда бегала по парку, а потом не нашла. Он предложил написать заявление – ну, о тех подростках, которые меня приследовали. Говорил, что кто-то из них, возможно, нашел статуэтку, и таким образом можно ее отыскать… Но я отказалась. Я даже толком не могу объяснить, почему сделала это.