Притяжение страха - Анастасия Бароссо

Он, молча, сдержанным, величественным жестом предложил ей присесть.

- Буэнос диас, - произнес он нараспев, когда она уселась против него на краешек ротангового стула.

- Я тебя искала, - сказала Юлия без тени улыбки.

- Зачем?

Юлия крепко сжала кулаки, воткнув ногти в ладони.

- То есть… Я думал, ты больше не хочешь меня видеть.

Так оно и есть! - чуть не выпалила Юлия, невольно любуясь матовым блеском его кожи и линией подбородка.

- Как видишь - хочу.

Он позвонил в колокольчик. Она подумала, ей мерещится - в настоящий медный колокольчик, как в кино про старинную жизнь. Через минуту появилась симпатичная девушка. А еще через пару минут перед Юлией появился завтрак.

- Я не голодна, спасибо. Я уже поела.

- Тогда выпей чаю с медом, - он подвинул к ней фаянсовую пиалу с янтарно-желтой жидкостью, - ты, больна?

- Немного…

Он молчал. И ждал. А время не ждало. Нужно было делать то, зачем пришла.

- Я пришла извиниться.

- Это я должен извиняться.

- Нет, нет - я! Я не могу ездить по этому серпантину, особенно вниз… Может быть, у нас еще есть шанс узнать друг друга ближе?

Боже, какое пошлое, неумелое кокетство! Двойка тебе, Малеева - злорадно подумала Юлия. Но отступать некуда. К тому же, ее попытка, как ни странно, кажется, увенчалась успехом.

- А ты… этого хочешь? - он явно обрадовался.

- Да, - сказала Юлия, глядя в плошку с медом.

- И… это все, чего ты хочешь?

- Нет, - она все-таки подняла глаза, - я хочу, чтобы ты рассказал мне об этой истории про Апокалипсис.

- Что именно? - он, кажется, ничуть не удивился.

- Все.

- Зачем?

- Я тебе отвечу, когда расскажешь.

Она подумала - это правильный ответ. Не сообщать же ему с налету про вампиров и доноров?! Он тогда сразу вызовет санитаров и - все. Похоже, эта просьба его воодушевила.

- Ну, хорошо! Только потом, уже я буду спрашивать обо всем, что интересно мне! Договорились?

- Согласна.

- А ты не опасаешься, что я потребую слишком высокой оплаты?

Юлия решила, что сейчас самое время ему польстить.

- Очень опасаюсь, - произнесла она как можно более томно, - и тем не менее.

- Так ты, хочешь узнать о Гауди. Зачем?

- Так… хочу помочь одним людям… Хорошим людям.

Юлия перестала размешивать густой мед в чашке с зеленым чаем.

- Хорошим людям? - дон Карлос нахмурился, будто ему не удавалось понять до конца значение этого словосочетания.

- Да. Просто хорошим людям.

- Тогда ты должна будешь поехать со мной в Парк Гуэль.

- Я поеду с тобой куда угодно, - вырвалось невольно, - хоть на Северный полюс.

- Это несколько ближе, - засмеялся он так, что она согрелась от его смеха, - но для этого опять придется спускаться по серпантину…

- Я не буду, ничего есть! - убежденно пообещала она.

- Допивай свой чай, - приказал он. Обжигаясь и злясь на себя за это, она послушно допила все, что было в чашке. До капли.

- Как ты думаешь… - она остановилась на минуту перед открытой дверцей его машины, - вот это пророчество… про Апокалипсис… - она невольно передернулась, - все это может быть правдой?

- Абсолютно. Это и есть правда.

Она хотела спросить его - почему. Но он был так прост и уверен, что она передумала. Он, кажется, был убежден в этом так же, как в том, что они стоят сейчас друг напротив друга в конце шумной, залитой солнцем набережной.

- Но ведь собор достраивают? Говорят, к 2024 году, он будет готов, и тогда… Что же… тогда?

- Ха-ха-ха! Это все детские игрушки! Просто реклама - чтобы привлечь внимание туристических компаний и деньги… То, что они пытаются делать сейчас, имеет такое же отношение к Гауди, как я к русскому балету.

- Что это значит? - недоуменно спросила Юлия, невольно улыбнувшись, представив себе дона Карлоса в балетных трико.

- Это значит, - сказал он, - это значит, что у них нет настоящих чертежей.

- Которые сгорели или, пропали, когда он умер? Так ведь, кажется?

- Да. Именно, - он посмотрел на нее испытующе.

- Но тогда - никакой опасности нет?

- Нет, - согласился он, - если настоящие чертежи не будут обнаружены.

Ну, вот, она и выяснила то, что хотела. Вот так вот, значит. И весь этот бред в квартире сеньора Мигеля все-таки был правдой?!

- А если… будут?

Она затаила дыхание. Замерла, почему-то боясь посмотреть ему в лицо. И смотрела на солнце, стоящее в зените.

- О! Тогда сбудется твое желание. Этот преступный мир, погрязший во лжи и предательстве, полетит, наконец, в тартарары! Тогда найдется - как ты говорила - человек, который сможет грамотно его уничтожить…

- А что если этот человек… захочет уничтожить не мир а… а чертежи?

Она сказала какое-то жуткое ругательство? Или произнесла фразу на древне-бирманском наречии?

- Уверяю тебя… - его бархатный голос стал таким тихим и мягким, что напоминал змеиное шипение, - уверяю тебя, во всем мире не найдется человека, способного на такой шаг… У кого хватит смелости?! Ха-ха! Это выбор, требующий личного мужества, не присущего жалкому людскому роду… А если бы было иначе - так и чертежей бы уже давно не было.

- А может быть, это будет не обыкновенный человек… - задумчиво произнесла она.

- Не обыкновенный? - дон Карлос впился в Юлию взглядом. - Не обыкновенный?! Что ты имеешь в виду?

- Ну, не знаю… - она смутилась до крайней степени этой неожиданной заинтересованностью, - человек, обладающий этим… личным мужеством…

- Такого нет, - убежденно сказал дон Карлос.

Почему ее так взбесило это сопротивление? И вообще - что за тон?! Будто она ему сто миллионов задолжала… В конце концов, они говорят об умозрительных вещах, а не торгуются о какой-то выгодной сделке! Откуда эта безапелляционная, оскорбительная уверенность - будто он давно просканировал всех людей, живущих на земле, и даже тех, кто еще не родился?

И еще - откуда вдруг это сильнейшее желание, чтобы последнее слово непременно осталось за ней?

- Ну, тогда просто человек, которому нравится этот мир таким, каков он есть… Или - такого тоже не бывает?

Он резко, чуть ли не грубо захлопнул за ней дверцу роскошного авто.

Юлия сама не заметила, как уснула в комфортабельном салоне, вкусно пахнущем кожей и горьковатым «древесным» парфюмом. Она пригрелась, разомлела от меда и чая. И таблетка анальгина, выпитая за завтраком, наверное, начала действовать.

Ей даже приснился сон, сладкий и уютный. Будто бы она долго блуждала в холодном, темном лесу и наконец, нашла домик с печкой и мягкой постелью.

…Это смешно. Но она была в сказке.

Разноцветные яркие драконы. Огромные улитки, сидящие на фантастических цветах в мозаике из битого стекла. Змея, обвившаяся вокруг католического креста. И пряничные домики - как декорация из мультфильма про Гензель и Гретель. И, самое главное, все это вызывало именно то детское чувство восприятия мира - когда все красиво, весело, необыкновенно и - жутко!