Убийство Принца Тени - Хелен Шойерер

короткие мгновения в этом поиске я увидел в тебе проблеск света… И, пока мы едем к дому тьмы, я не хочу, чтобы он потускнел или погас совсем.

– Пап… – У Дрю пересохло в горле.

– Он хороший человек, Дрю? – спросил Фендран. – Этот твой Воин Меча?

Щеки Дрю вспыхнули, но вопрос ее отца был открытым и честным. Он ждал, и мгновение между ними растянулось.

– Да, – сказала она наконец. – Он хороший человек.

Чем дальше они продвигались на юг, тем холоднее становился воздух. Дрю перешла в передние ряды отряда и ехала между Талемиром и Эдриенн, пока Воин Меча незаметно вел их по темнеющим заросшим землям.

Теперь Дрю чувствовала это в нем: он ощущал сгустки тьмы, которых она не могла видеть.

К счастью, никто не поинтересовался, как именно они направляются к логову, хотя, судя по настороженному выражению лица Уайлдера, младший Воин Меча что-то заподозрил и нахмурился, когда Талемир наконец остановил их на опушке жуткого леса.

– Это где-то там, – сказал им Талемир, с трепетом разглядывая внешнюю линию деревьев.

Дрю вдруг осознала, насколько теплым был ее браслет на запястье.

– Откуда ты знаешь? – тут же спросил Уайлдер.

– Считай это предчувствием.

– У тебя никогда не было предчувствия, Тал. Что происходит?

Дрю наблюдала за этим диалогом с недовольной гримасой. Она не знала, как долго Талемир сможет хранить свою тайну и должен ли он вообще это делать, когда речь заходит о его протеже. Уайлдер явно понял, что что-то не так, и был недоволен тем, что оказался не в курсе событий. Но Талемир не ответил. Вместо этого он повернулся к Эдриенн и Дрю.

– Мы должны двигаться вперед и выяснить, с чем имеем дело.

Дрю согласилась.

– Когда мы узнаем, мы сможем отправить Терренса обратно с сообщением и дальнейшими инструкциями.

Услышав свое имя, ястреб подлетел к ней, ловко приземлился ей на плечо и остался там.

Эдриенн, казалось, взвешивала возможные варианты, теребя поводья.

– Хорошо, – сказала она наконец. – Мы идем вперед.

Генерал передала свои распоряжения Баледору и направилась в лес.

Лес был огромным и мрачным. С каждого дерева свисали вьющиеся растения, опутывая стволы и загораживая свет от крон деревьев. На земле росли колючие кустарники, как будто они были посажены здесь для того, чтобы никто не мог проникнуть внутрь. Даже в Наарве дикая природа по-прежнему процветала в окружении флоры и фауны, но здесь… не было слышно ни шорохов копошащихся тварей, ни криков птиц вдалеке. В лесу, который, естественно, гудел бы в такт хаотичному оркестру природы, царила мертвая тишина.

Дрю и ее спутники вели себя тихо, направляя своих лошадей в густую чащу, животные чувствовали себя неуютно под своими наездниками. Дрю едва ли могла винить их: с каждым мгновением по ее коже пробегали мурашки, и это ощущение усиливалось по мере того, как они углублялись в лес.

Талемир, стоявший рядом с ней, напрягся, стиснув зубы.

Что он мог чувствовать, кроме удушающих лиан?

В угнетающей густоте леса время замедлилось и исказилось. Дрю понятия не имела, как долго они ехали между деревьями – может, час, а может, и пять, – но все это время она чувствовала себя неуютно, волосы у нее на затылке встали дыбом.

Она услышала, как Талемир судорожно вздохнул, прежде чем увидела его лицо, и резко остановила свою кобылу: лес заканчивался, а впереди виднелся край зубчатого утеса. Они достигли самой южной точки Наарвы. За материком виднелась короткая полоска темной воды, а затем… срединный остров, на котором располагалась Алая башня. Остров не принадлежал ни одному королевству, но его населяло сплошное отребье… Она могла видеть вершину его башни среди тяжелых облаков.

Дрю тоже затаила дыхание. Потому что за ним была Завеса. Высокая, непроницаемая стена тумана, та самая защита, которую, по слухам, прорвали духи тени.

Но самих монстров нигде не было видно. Ничего.

– Я не понимаю, – выдохнула она. – Я ожидала, что здесь будет лагерь, логово…

Талемир молча указал вниз. Терренс вонзил когти в плечо Дрю, когда она выглянула из-за края обрыва, но только для того, чтобы у нее снова сбилось дыхание.

Каменное плато внизу переходило в выступ второго обрыва, и то, что увидела Дрю, заставило ее сердце сжаться. Стальной браслет сверкнул на ее коже.

Была только темнота.

Только гибель.

24

Талемир

На границе срединных миров находилась выгребная яма воплощенного зла.

На плато из зазубренных скал виднелась стая духов, из их когтей сочились нити ониксовой силы, обвиваясь вокруг, как ночные змеи. Их перепончатые крылья были сложены за спиной, как у тех, что торчали из плоти Талемира. Не красивые, как говорила ему Дрю, а ужасные – чудовищные.

Словно оказавшись в знакомом месте, его тени корчились внутри его, умоляя освободиться, умоляя присоединиться к своим собратьям. Ему потребовались все силы, чтобы сдержать их и заговорить ровным, уверенным голосом:

– Нам нужно подобраться поближе. Нужно выяснить, сколько их там и есть ли там Гас и ваши люди…

Талемир и остальные спешились, понукая своих лошадей бежать назад, в безопасное место, а затем поползли на животах, чтобы посмотреть через выступ на ужасы, творившиеся внизу. Призраки бродили по скале, их вытянутые, мускулистые тела и медленные, хищные движения делали их предметом ночных кошмаров. Талемир не мог отвести взгляд… Они были частью его самого.

Отсюда он мог рассмотреть их более подробно, чем в условиях ближнего боя. Их телосложение, хотя и искаженное, говорило о том, что когда-то они были людьми, как и он, и что тьма разрушила их изнутри, исказила их тела и разум, пока они не стали рабами теней.

«Неужели такая судьба ожидает и меня?» – Талемир внезапно почувствовал тошноту.

Дрю двигалась по краю обрыва, ища путь вниз.

«Не может быть, чтобы она говорила серьезно…» Но решительная линия ее подбородка и огонь в глазах говорили об обратном.

– Их две дюжины… – пробормотал Уайлдер рядом с ним. – При правильной стратегии мы могли бы взять их.

Но Талемир покачал головой. То, что они видели, было далеко не полной картиной. Он чувствовал, как магия обсидиана проникает в его кости. Сила, которую он ощущал здесь, была намного больше, чем от двадцати четырех духов, и к тому же гораздо древнее. Что-то тут не сходится.

– Там узкая тропинка, – тихо позвала Дрю, спихивая Терренса со своего плеча на одинокую ветку. – Так мы сможем подобраться поближе.

– Только для разведки, – сказал Талемир, приближаясь к ней, и в его голосе зазвучали командные нотки, которые мелькали в его разговорах со щитоносцами в Тизмарре.

Глаза Дрю недовольно блеснули, когда она подбадривающе погладила Терренса.

– Подожди здесь. Мы вернемся.

– И я пойду первым, – добавил Воин Меча, мягко отодвигая ее в сторону и вынимая из ножен один из своих клинков. Он добрался до вершины каменистой дорожки, такой узкой, что не мог стоять, расставив ноги.

Дрю и Эдриенн молча позволили ему вести себя.

Уайлдер нахмурился.

– С каких это пор, дамы, вы позволяете нам командовать вами?

– Перестань, Уайлдер, – прорычал Талемир, начиная спускаться по тропинке, карабкаясь на четвереньках.

Раздражение волнами накатывало на его ученика. Он чувствовал его от той силы, которая бушевала внизу. Но сейчас не было времени разбираться с этим. Гуськом, вчетвером, они крайне медленно спускались по склону. Держа в одной руке оружие и вытягивая другую для равновесия, он не имел права на ошибку.

Резкий ледяной ветер донес до них тошнотворный запах паленых волос, который ударил в ноздри Талемиру. Его чуть не стошнило.

Добравшись до подножия первого обрыва, они укрылись за рядом гигантских валунов и посмотрели на призраков, все еще бродивших по выступу.

Их было двадцать четыре. Уайлдер сошел с ума, если думал, что у них есть шанс победить их. Но за него говорило его горе.

И все же несмотря на то, что перед ними было две дюжины монстров, то, что Талемир чувствовал всем своим существом, не соответствовало увиденному.

– Что-то здесь не так…

Послышался