40к хемо-псов и летописец - Hydra Dominatus

– ГРАНАТЫ, КИДАЙТЕ ГРАНАТЫ!!! – вопил я, зная эту дерьмовую привычку хемо-псов, держать последнюю гранату как можно дольше.

И полетела смерть, разлетались осколки, в клочья рвалась чумная плоть предателей, после чего во всей этой потасовки мы начали видеть наших потенциальных союзников по другую сторону. Они тоже пошли в отчаянное контрнаступление, дабы зажать предателей между молотом и наковальней.

С истеричным смехом я сидел за укрытием, ожидая пока гранаты разорвутся, после чего проверил барабан. Три выстрела, самое то для последней атаки. Молиться Богу-Императору я не стал, всё равно не поможет, ему же надо быть в других местах. Где-то помощь всегда нужнее, чем здесь.

Потому полагаясь лишь на удачу, я сорвался в места и пригнувшись к земле побежал вперёд, надеясь что каждый ублюдок сейчас прятался. Впереди были обломки, брошенная и сожжённая бронетехника, подземный туннель превратился в жуткую могилу для нескольких механизированных рот и десятка пехотных. Кругом трупы и вот из-за угла бронетранспортёра показалась морда в противогазе.

Но я был уже слишком близко и пяткой влетел прямо в лицо засранца. Тот упал, попытался вскинуть оружие и выстрелить, однако было поздно и первый патрон был израсходован на него.

– Убейте и сожгите всех! – закричал я, стреляя в сторону в следующего предателя, затем в ещё одного.

И вот остался лишь нож, но прямо на позиции ворвалась другие хемо-псы. Патронов хватило впритык, после чего началось жесточайшее мародёрство, за которым бойцы, что до этого были в окружении просто с ужасом наблюдали.

– Эй, не подходи к ним! Это наши! – кричал их лейтенант.

– Так бери тогда батареи сам! Хотя у этого ещё и фраг-жилет целый, даже царапинки нет! – кричал ему в ответ хемо-пёс, что позарился на тело с оторванными ногами.

– Мародёрство запрещено и карается столь же строго как дезертирство.

– Что тут происходит? – рыкнул я, грубо отодвигая своего пса в сторону от такого примерного гвардейца. – Он труп, а снаряжение может помочь живым. Или ты думаешь он будет рад, если и мы здесь сдохнем?

– Нет, но погибший солдат заслуживает уважения.

– А живой заслуживает нового фраг-жилета, – ответил я, кивнув в сторону своего пса, у которого прямо в нагрудной части торчал осколок. – Или это такая проблема для тех, кто спас вас? Сколько у вас живых?

– Пятнадцать человек, мы из танковой роты. Ехали на поддержку союзников и... обвал, тупик, всё перекрыли, затем стрелковый бой... а тут завалы одни, толку нихера от наших танков, – зло бросил боец, сплюнув на землю.

– Пятнадцать? Что же... поздравляю вас, лейтенант, вы теперь под моим командованием.

– Под твоим? Ты же...

– Полковник Коршун, – оскалился я, глядя на своего нового подчинённого.

Тот же оглядев толпу, которая пришла сюда... понял, что вариантов не шибко много. На моей стороне сила, а сила всегда была основном права. И в такие моменты, когда ты на войне, ты лучше всего начинаешь понимать эту прописную истину. Потому спорить лейтенант не стал, а через некоторое время у нас появилось два танка, правда лёгкий и огнемётных, но мать его танка.

– Времени в обрез, нам нельзя долго думать, прорываемся к следующей точке. Соберём как можно больше и пойдём в прорыв. Наверняка остались и те, кто смог отступить и перегруппироваться. Как и внешнее кольцо вроде было довольно надёжным, – произнёс я, глядя на единственную имеющуюся у нас карту эти проклятых туннелей.

– Значит... это действительно ересь? Нас предали не только хемо-псы? – спросил один из новеньких бойцов.

– Ты слышал как бабахнуло недавно? Как думаешь, что-то кроме корабельного орудия способно стрелять снарядами такой мощи? Я уж думал либо Циклоп обосрался, либо экстерминатус решили провести вместе с нами... что ж... и то, и другое оказалось недалёким от правды, – скривился наш савларский разведчик.

– Насрать, танки пусть стоят и ждут нас. Мы идём к этой точке, затем сразу к следующей. Ты, минируй место откуда мы пришли. Нет, минируй нахер всё, что только можно...

Война шла полным ходом, не знаю что там задумал враг, но в тот момент, когда он решил не добивать наши дезорганизованные и бегущие силы... он сильно просчитался. И за это мы пустим ему крови, попутно предав огню всё то, на что прометия у нас хватит.

Глава 18

– Я сейчас, встану вот-вот, подождите... – хрипя говорил хемо-пёс, затянувший на своём бедре жгут.

Я же присел рядом, глядя на его раны. Граната штука сложная, порой кто-то и в метре выживет, а порой со ста метров в висок осколок прилетит. Сорвав тряпки с фраг-жилет я осмотрел броник бойца. Осколок торчал почти по центру, только чутка выше. Просунув руку через воротник я почти сразу заставил бойца кашлять кровью прямо в респиратор.

– Я встану... сейчас встану... – продолжал скулить хемо-пёс, что очень сильно хотел жить.

Да, для жителей утопичных миров подобное может показаться странным, как вообще может хотеть жить хемо-пёс, что годами порой не видит неба, жрёт дерьмо, постоянно идёт в неблагодарные и самоубийственные атаки, которого постоянно пинают комиссары... мы были как животные, самый дешёвый ресурс для Имперской Гвардии, вечные штрафники без права заслужить прощение даже после смерти.

Но даже такая жизнь лучше, чем смерть. Да и ко всему привыкаешь, даже к самым ужасным условиям. Тяжко было, да, но жизнь такая, чего поделать? И что-то хорошее тоже во всём этом было, а ценность таких моментов была куда выше, ведь случались они редко-редко.

– Всё нормально, ты наконец-то можешь отдохнуть, – произнёс я, хлопнув бойца по плечу, после чего правой рукой неожиданно для него вонзил штык нож прямо в горло, разрубив шейные позвонки.

Мгновенная смерть, милосердная, ведь в такой заднице, где мы оказались... из-за пробитого лёгкого ты сдохнешь захлебнувшись собственной кровью. Лучше уж так...

Сам же я быстро проверил карманы, в них ничего не было. Все запасы, все НЗ, всё что мы находили пять минуту назад мы тратили тот час, потому что ситуация была критической. Один бой за другим, куча трупов, куча ненависти, каждый тяжело или средне раненный – труп. Всех кто не мог идти и сражаться на своих двоих мы добивали на месте. Таков был негласный уговор.

И пока мы пытались вернуть хотя бы подобие организации силам выживших, там на поверхности