Солдатский долг. Воспоминания генерала вермахта о войне на западе и востоке Европы. 1939–1945 - Дитрих фон Хольтиц

709-я пехотная дивизия генерала фон Шлибена, а также остатки других дивизий были собраны для обороны Шербура. Остальные части и соединения продолжали сражаться с противником, наступавшим с востока на запад.

В момент высадки англо-американцев командиры трех дивизий, занимавших позиции на полуострове Котантен, находились на штабном совещании в Рене. Они должны были вернуться только 6 июня. Командиры трех дивизий генерал Фаллей, командир 91-й пехотной дивизии, генерал Хелльмих и генерал Штегман, командовавшие, соответственно, 243-й и 77-й пехотными дивизиями, погибли в первые же дни боев.

Четвертый, командир эсэсовской 17-й моторизованной дивизии «Гётц фон Берлихинген» генерал войск СС Остендорф, был тяжело ранен. Таким образом, в эти решающие дни дивизии, которые должны были сыграть особо важную роль, лишились своих командиров. Их заменили полковниками, один из которых, призванный из резерва, выделялся особой храбростью. Но было очевидно, что все они, за исключением одного, бывшего офицера-штабиста, в недостаточной степени владели обстановкой, и это очень затрудняло осуществление ими командирских обязанностей.

Итак, я принял командование 84-м армейским корпусом. Три дивизии, получившие новых командиров, медленно выходили из района к северо-западу от Валони и в конце концов соединились на общей линии Карантан – реки Дув – Сен-Совёр-ле-Виконт – Порбай. На северо-востоке должен был занять позиции парашютный полк фон дер Хейдте, подчиненный командованию 17-й моторизованной дивизии «Гётц фон Берлихинген», стоявшей на восточном участке и тоже получившей нового командира. На юго-востоке оборону занимали боевая группа Хейнца и полк 275-й пехотной дивизии, усиленные артиллерийскими подразделениями. Это был один из полков, переброшенных из Бретани, о которых я писал выше. Правый фланг предполагался на реке Вир, приблизительно в окрестностях Сен-Жан-де-Дей.

Во всех дивизиях, за исключением 17-й моторизованной дивизии СС, были дезорганизованы управление и артиллерия. Ни одна не занимала заранее подготовленных позиций, которых на всем полуострове Котантен в помине не было. Не были четко определены границы между боевыми участками дивизий. Таким образом, в первую очередь следовало навести порядок.

Потери в боях, а также на марше на север, к Шербуру, были очень большими. Части и подразделения перемешались. Подвоз боеприпасов осуществлялся нерегулярно, поскольку служба снабжения еще не могла наладить работу. Сначала надо было сориентироваться и определить, где какая часть находится. Кроме того, склады боеприпасов и дороги так плотно контролировались авиацией противника, что следовало срочно искать какое-то решение проблемы.

После гибели генерала Маркса, всеми уважаемого командира, пользовавшегося всеобщим доверием, старшие офицеры были настроены далеко не оптимистично. Он предчувствовал скорую смерть и даже желал ее. После неудачи контрнаступления он открыто и честно заявил своему штабу, что ситуация безнадежная, а война проиграна. Начальником штаба у него был подполковник фон Грирн, очень способный офицер. План, предполагавший, что все силы будут брошены в бой, без выделения какого-либо резерва, провалился. Наши контратаки, проводившиеся между 6 июня и датой моего прибытия, были отбиты.

Итак, 84-й армейский корпус должен был своими дезорганизованными, разбросанными дивизиями, которыми командовали недавно назначенные люди, организовать новую линию обороны.

Эти сведения легко помогут вам понять, как я оценивал ситуацию в момент принятия на себя командования 84-м корпусом. Мы отчаянно дрались против численно превосходящего противника, оснащенного новейшей техникой. Его авиация полностью господствовала в небе, непрерывно контролируя каждую улицу, каждую дорогу, чуть ли не каждый дом и каждую небольшую ферму, так что всякая жизнь и любое движение автоматически прекратились. Наша же авиация совершенно исчезла с неба. Вскоре после моего прибытия на полуостров Котантен мой КП посетил фельдмаршал Роммель. Он приехал на штабном автобусе, который поставили на дороге в глубокой низине, чтобы спрятать от вражеских самолетов. Рассказав об общем плане обороны и деталях тактического плана, он откровенно поделился со мной своими сомнениями в успехе нашего предприятия. По его мнению, невозможно вести войну, совершенно не имея флота и авиации. В то время неприятельская авиация еще действовала с аэродромов в Англии и поэтому расходовала часть горючего во время перелета через Ла-Манш. Но скоро это изменилось, и вражеские самолеты, базируясь на аэродромах на континенте, стали непрерывно кружить над нашими головами.

Наши дивизии, численность которых уменьшилась наполовину, управлялись штабом, который должен был сначала притереться к ним. Средства связи были уничтожены, а потому система управления войсками действовала с перебоями. И вот такие силы должны были занять новые позиции, не подготовленные к ведению обороны.

Для командования корпуса было очень важно знать, чувствует ли противник себя достаточно сильным, чтобы, направив часть своих уже высадившихся сил на Шербур, продолжать наступление на юг с целью прорыва позиций остатков 84-го армейского корпуса. Наша слабость давала ему шанс на успех. Сначала я склонялся к тому, что враг перейдет в атаку, чтобы сначала взять Шербур, который практически не был защищен со стороны суши, и мои предположения скоро подтвердились. Порт с его возможностями для высадки войск представлял собой первоочередную цель противника. Я приказал принести мне карты Шербура. Они показали мне, что по приказу Верховного командования и по причине полного незнания обстановки город совершенно не был укреплен с суши. Эта фатальная ошибка должна была иметь для нас крайне неприятные последствия. Как в таких условиях можно было сколько-нибудь долго удерживать город силами одной дивизии, пусть даже усиленной отдельными частями и подразделениями, относившимися к другим дивизиям, и с недостаточным количеством артиллерии? И как командир дивизии, лишенный системы управления частями, не получающий подкреплений, который к тому же мог вот-вот остаться совсем без боеприпасов, мог остановить вражеское наступление на более или менее открытой местности? Таким образом, я должен был считаться с возможностью скорого падения города, что давало противнику свободу действий. Шербур пал 26 июня, и я подсчитал, что неприятелю понадобится приблизительно четыре-пять дней, чтобы перегруппировать свои силы и начать наступление на линию обороны, удерживаемую нашим корпусом. Мы удерживали фронт по линии Бретвиль – Мон-Кастр – южный берег болотистого района Горж – Ле-Мениль-Венерон – Кавиньи-сюр-ла-Вир, севернее Сен-Ло. 2-й парашютный корпус генерала Майндля продолжал эту линию к северу и востоку. Плохая погода дала нам короткую передышку, избавив нас на некоторое время от вражеских самолетов.