Лисицын, жги! - Игорь Аальст

же появились ещё несколько, за ними ещё. А потом разнообразие видов крыс начало множиться.

— Да что мы здесь отсиживаемся, как бабы?! — громыхнул ранее молчавший Сойкин, на что граф только рукой махнул. Всем своим видом он говорил "когда будет пора я сообщу".

Пулеметы в импровизированных "гнездах" гремели не переставая. Начавшие наступать минотавры падали на взрыхленную землю один за другим, но продолжали упорно идти. За ними ровным строем двигались крысиные рыцари, как я их мысленно окрестил.

Вскоре враг пробился на территорию поместья. Забор смяли ко всем чертям вместе с гаражом.

Ну держитесь теперь, сволочи!

Под огненными волнами магов огня несколько быков валятся дымящимися тушами. Других сносят гранитными плитами пятиранговые "каменщики", давая возможность "ветровикам" изрубить обездвиженные тела в клочья.

Сзади уже напирают новые партии гончих, которые своими телами пробивают дорогу через минное поле и с истошным визгом падают на сожженную землю. Мои некогда зелёные лужайки перепаханы струями огня и взрывами.

Творится полный хаос.

Вскоре дело доходит и до крысиной фаланги. Между резких гончих и тяжеловесных быков они целенаправленно пробираются к дому, будто им нужно что-то внутри.

— Чего они ищут? — задаю висящий в воздухе вопрос.

— Тебя, — мрачно откликается граф.

Первый крысеныш, оказавшийся на голову выше своих собратьев, уже почти подошёл к периметру. Ещё немного, и сможет достать пулеметные гнезда.

Он принимает на броню водопады огня, но ему хоть бы хны. Пули тоже отскакивают от доспехов, рикошетя во все стороны. Иногда они попадают в незащищённые места, от чего монстры падают.

Когда уже за них берутся всерьез, минометчикам удается неплохо проредить наступающих. Но десятки и десятки продолжают идти.

Из портала лезет еще больше разновидностей грызунов. Некоторые из них больше похожи на броненосцев, некоторые на буйволов с острыми рогами. Есть даже огромные копьеносцы-всадники.

Язык так и тянется назвать их крысиными крылатыми гусарами.

Вся эта масса наконец докатывается до периметра. В дело вступают маги, чья сила основана на усилении тела, завязывается безумная рукопашка. Сам командир обороны, издав боевой клич, обращается в огромного носорога и бросается в гущу врагов.

Ха, вот это благословение! Крутое, ничего не скажешь.

— Скоро они войдут в дом, — замечает Миша. — Может, пора…

— Рано! — громыхает граф, ждущий хрен пойми чего.

Впрочем, ждать ему пришлось недолго.

— А вот и он, красавец, — невольно вырывается у Александра, когда из синей арки появляется морда просто гигантских размеров.

— Это… Это что?! — заикается Сойкин.

Граф усмехается в усы, смотря на это огромное чудо, будто на старого товарища.

Или на старого врага.

Я невольно бросаю уважительный взгляд на Соснова старшего. Что ж за жесть творилась в этом Прикаспии?!

Тварь тем временем полностью вылезла наружу и выпрямилась во весь рост. А росту в ней было метров пять, не меньше.

Она также как и другие крысы была закована в массивный роговой панцирь, светящийся алыми прожилками. Вот только вместо крысиной морды у нее был… Клюв, мать ее!

Башка напоминала скорее грифонью, а на лапах были птичьи когти размером с полуторный меч.

Издав что-то вроде рева, смешанного с клекотом, монстр бросился на подмогу сородичам.

— Ещё пара минут, и они будут в доме, — сообщаю очевидное.

— Сам вижу, — огрызается граф. Схватив рацию со стола, он зажимает кнопку и надрывается уже в нее.

— Весь свободный огонь — на Генерала! Да, это та огромная тварь! Всем магам — вступать в рукопашную, не жалея сил!

— Вас понял, координируемся, — раздался измененный механизмом рации голос.

Интересно, кто ответил на приказ, если командир сейчас резвится в виде носорога? Паша, главный из "Лисов"? Или кто-то ещё?

— Вот теперь — пора! — бросает граф, вешая переговорное устройство на пояс. — Витя, Егор. Останетесь здесь. Если что-то понадобится, я сообщу по рации, свои у вас есть. И держите меня в курсе событий. Остальные, за мной!

Оба Сосновых направляются к выходу, попутно вызывая свое благословение в виде древесной коры по всему телу. Вслед за ними выходят трое их телохранителей, Сойкин и я.

У самого порога гостиной граф вдруг оборачивается.

— Стоп! Лисицын, ты куда собрался?!

От такого вопроса у меня челюсть непроизвольно падает на пол.

— Защищать свой дом, разумеется.

Граф по-отечески кладет уже ставшую в три раза твёрже и тяжелее руку мне на плечо.

— Лучше оставайся внутри. Толку от тебя там почти не будет, с твоим первым рангом. А у меня…

Ага, чуть не сказал "а у меня на тебя ещё планы". Ну-ну, вот только в мои собственные планы не входит отсиживаться в тылу. Наоборот, для них нужно оказаться в самом сердце битвы.

— Да плевать, — сплевываю я, обгоняя графа на пороге и первым выходя в коридор. — А сколько от меня будет толку, мы ещё посмотрим.

Граф не стал спорить. Времени нет препираться, так что дерзость вассала пришлось проглотить.

На ходу достаю один из последних пузырьков с эликсиром и вливаю в себя. Ну вот, уже не первый ранг, а минимум третий! Если по объему маны судить.

Скидываю куртку прямо на пол, а оставшиеся в руках два пузырька раздаю Сойкину и младшему Соснову. Лишним в бою не будет.

Те без лишних разговоров откупоривают и выпивают. Ну все, запас усилителей иссяк. В следующий раз уже буду принимать эликсиры собственного, вернее совместного с Дубровским производства.

Вместе с этой сомнительной компанией выходим в просторную прихожую и сразу же натыкаемся на стаю гончих.

Это плохо. Периметр трещит по швам, если уж до дома добрались. Дотянем ли мы такими темпами до рассвета?

Учуяв теплую кровь, гончие начинают бесноваться. Оскаленные морды рычат, мохнатые уши озлобленно прижаты к голове.

Не сбавляя шаг, заполняю мышцы маной по самый небалуй. Вдобавок, создаю в кулаках огненные шары, горячие как кузнечный горн. Ближайшая псина шоркает когтями по персидскому ковру, срываясь с места. Отлично, она и будет моей боксерской грушей.

Хрясь!

Мой кулак, окутанный пламенем, врезается в череп не ожидавшей такого собачки. Кость хрустит и разламывается надвое, на пол текут мозги и кровища.

Хрясь, хрясь, хрясь… Вскоре с десяток огромных тел падают неподвижными чучелами. Все стены и пол иссечены глубокими бороздами от когтей.

Создаётся ощущение, что в прихожую попала осколочная граната.

Вместе с моей "командой" пробиваемся к выходу. Граф с сыном сражаются голыми кулаками, подобно мне, вот только их удары даже на вид кажутся гораздо тяжелее. Сойкин разит молниями, а безопасники сыплют земляными и водными техниками четвертого ранга.

Снаружи раздается стрельба и взрывы, ещё и вой чудовищ в придачу. Генерала не видно за толпами сражающихся и