Беспредел (сборник) - Коллектив авторов

– Не надумали. Не до этого.

На самом деле Сонечки тоже не было. Точнее, была, но она

шкура

бросила Дена неделю назад, сказав перед уходом, что если бы существовал институт вранья, то Ден закончил бы его с отличием по специальности «Пиздобол».

И Соня была права.

– Ладно, ма, я почти дома, от Сони тебе привет.

Мама хотела еще что-то добавить, про оборотней и маньяков, но Ден сбросил вызов. Остаток пути обдумывал, как вернуть Соню, как

напиздеть

убедить, что все наладится, и они заживут как в сказке.

Вот только хорошее не шло в голову, а осенняя слякоть вокруг усиливала чувство отчаяния. Разорванные мусорные пакеты во дворе наводили на мысль о выпотрошенных мертвецах, а густая темнота между лестничными пролетами напоминала бездонные норы, в которых дремлют неведомые твари.

Открывая дверь съемной старой однушки, Ден невольно оглянулся на лестницу, но не увидел ничего, кроме надписей, которые предупреждали, что «тут были гробовцы».

Ден невесело усмехнулся, подумав, что даже грабители не захотели бы соваться в эту унылую дыру. Для него все колдуны, оборотни, маньяки, бандиты и прочие выползни из желтушных СМИ существовали где-то в параллельной реальности. Ден, конечно, знал, что после развала большой страны в их городке поселился хаос вседозволенности, где самыми сильными оказались уличные банды. Именно они сначала поделили между собой весь город, а после потратили два десятка лет, отвоевывая друг у друга эти территории.

Самыми опасными в городе считались те самые гробовцы, которым приписывали и игры с нечистыми, и дружбу с колдунами. Оправдывая свое название, гробовцы держали все кладбища в округе и, по слухам, поднимали из могил мертвецов. В детстве все это Дена, может, и пугало. Но сейчас, в тридцать с небольшим, пугало другое.

Отсутствие

ебли

перспектив. Жалкая работа, жалкая зарплата, жалкая квартира. И вырваться из этого заколдованного круга никак не получалось. Все дело в неконтролируемой привычке Дена врать. Близкие называли это заразой или

даром

болезнью. Даже придумали диагноз: «пиздобольство».

Ден врал всегда. Во дворе («у меня дома сто арбузов»), в школе («у меня сто игр»), дома («нам не задавали») и на уроках («у меня собака заболела, я не успел выучить»), в институте («я позже сдам реферат, только поставьте зачет»), в компании друзей («еще немного, и у меня свой бизнес появится»), на работе («бизнес – не мое, зато я отлично лажу с людьми»), в соцсетях («у меня свой ресторан, но сегодня предлагаю просто в кафе»).

Ден врал девушкам и случайным знакомым, врал начальству и хозяйке квартиры, даже самому себе врал. Ден не замечал, как начинал

против своей воли

сочинять очередную ложь, понимал, что врет, но не мог остановиться, словно кто-то другой внутри него продолжал сочинять

и верить

эту ложь. Может, и вправду это болезнь, но лечиться от нее Ден не пытался. Не хотел. Если хорошенько подумать, та же ложь о знакомстве с опасными и влиятельными людьми его часто спасала от гопников, помогла худо-бедно окончить школу, институт, найти хоть какую-то работу, найти Соню.

А еще Ден на удивление хорошо чувствовал людей, уязвимых для вранья. И именно на них отрабатывал свои навыки. Соня оказалась одной из тех, кого легко «обмануть», но даже у нее за пару лет выработался иммунитет, и она бросила Дена, сказав на прощание:

«Пиздобольство тебя погубит».

И хоть Ден ее любил (очень сильно), но считал, что

пиздобольство

ложь – это не зараза, это его самое сильное оружие. Оно и поможет вернуть Соню обратно. Когда-нибудь потом, а пока…

Пока Ден отрабатывал свои навыки на других. Например, в соцсетях, на красотках, чьи страницы составляли половину его закладок в браузере. Буквально вчера Ден наткнулся на профиль очередной. Рыжая, худая, с аппетитной грудью и обворожительной улыбкой. Кира Рубич. Никакой личной информации, только статус:

«Удиви меня».

Ден, конечно, сразу написал:

«Хэллоу, готов удивить!»

Сообщение его висело непрочитанным со вчерашнего дня. Рыжая хоть и заходила на свою страницу, но до сих пор не ответила. Ден, показав в монитор средний палец, ушел заваривать на ужин бич-пакет.

Форточка на кухне оказалась открыта, в сумерках колышущиеся шторы напоминали призраков из старых фильмов. Вспомнились слова мамы про бандитов, забирающихся в квартиры. Ден поежился, закрыл форточку.

Когда вернулся в комнату, увидел в окне с диалогами уведомление.

Ответ от рыжей.

«???»

Видимо, это значило: «Чем ты готов удивить?»

Ден на секунду растерялся, посмотрел по сторонам. Увидел на столе книги, забытые Соней, среди них унылая классика, тошнотные комиксы – ничего интересного. Потом взгляд зацепился за старый постер с картинками-отсылками к играм и надписью «Верните мой 2002». Остроумный ответ пришел сам собой.

«Если тебе интересно, то в „ГТА Вайс Сити“ я с первого раза прошел миссию с вертолетиком! Что скажешь?»

Ответ не заставил себя ждать. Рыжая написала:

«скажу, что ты долбоеб».

Ден скривился. Да, он написал глупость, но так реагировать на безобидные шутки может только человек без

ебли

юмора.

Ден не сдался, снова пошел в атаку.

«Аккуратнее, если не знаешь, с кем общаешься».

Ответное сообщение пришло через секунду:

«и с кем я общаюсь? с долбоебом?»

Пальцы сами легли на клавиатуру, и буквы появились на экране быстрее, чем Ден успел подумать о последствиях. Он был уязвлен и жаждал поставить дерзкую деваху на место. Поэтому сначала отправил сообщение, а только потом понял, что мог ляпнуть лишнего. Рыжая мгновенно прочитала и принялась печатать ответ. А Ден сидел, смотрел в монитор и пытался предугадать, какие последствия его ждут.

На экране висело его сообщение:

«Я Дрём. Что теперь скажешь?»

Дрём был личностью полумифической. Если точнее, его считали городской легендой. Одни верили, что это талантливый уличный художник, чьи рисунки способны оживать. Другие уверяли, что это наемный убийца, умеющий притворяться чужой тенью. Были даже те, кто клялся, мол, Дрём – дьявол, тайно заправляющий городом.

Имелись и попсовые легенды про то, что на слабый пол имя Дрёма оказывало магическое влияние. Мол, услышав это прозвище, девушки теряли голову, ведь для них Дрём был предметом обожания сродни вампиру из сопливой подростковой саги. Многие парни этим пользовались и нередко получали награду. Чем хуже Ден? Ведь умение

пиздеть

врать – его сильная сторона.

Кроме того, что он теряет? Если рыжая отошьет, в следующий раз он придумает

пиздеж

историю правдоподобнее.

Но тут рыжая удивила. Написала:

«уже интересно, заинтриговал».

Не успел он хоть что-то сообразить, рыжая скинула фото и подпись:

«у меня вопрос: если ты художник, сможешь это нарисовать?»

А на фото голая грудь. Розовые соски, ровный загар, идеальные округлости. Рыжая даже лицо свое не стала замазывать, высунув язык, лукаво подмигивала. Ден почувствовал, что член тут же стал твердым, а сердце забилось быстрее.

«Нарисую так, что оживет через секунду!»

А она написала:

«рисунок или твой член?»

Ден, понимая, что теряет голову, ответил:

«Мой член уже ожил!»

Рыжая не заставила себя ждать:

«кафе „Дамаг“, через час, оживим друг друга».

Вот так, легко и быстро.

От накатившего желания Ден совсем потерял голову. Целый вихрь мыслей пронесся в голове. Это развод, обман, ловушка, шутка, издевательство, чей-то хитрый план, похищение, пытки, убийство, его будут бить, насиловать, скормят собакам.

Но сквозь вихрь этих мыслей пробивалась одна, самая яркая.

А что ты теряешь?

Ничего. Денег у него нет, ценных вещей тоже. Кому он сдался? Если и в самом деле выгорит, если ему удастся затащить в койку рыжую, это станет самым ярким воспоминанием за тридцать лет. Если нет,