Ученик некроманта. Мир без боли - Александр Гуров

– Прибьем обоих! – обрадовался Хемдаль.

Сидри молчал и лишь буравил двух пришельцев пронзительным взглядом, в которым читалась вековая мудрость и первородная сила. Под этим взглядом Сандро чувствовал себя неуверенно, но, сглотнув, все же нашел в себе силы, чтобы заговорить:

– Для вас мы не враги. Мой друг, имитатор, хочет защитить меня, но у вас, уважаемые карлы, нет причин, чтобы нападать и доказывать свою силу. Разойдемся миром.

– Ты на нашей земле. Ты – наш! – выкрикнул Брок и, плюя на предупреждения Диореса, сделал шаг вперед.

Имитатор не шутил и с готовностью исполнил свою угрозу, но Сандро оказался быстрее. Он не стал дожидаться, когда карл подойдет на расстояние удара, и активировал подготовленное заклинание. Касание Смерти отбросило рыжебородого назад. Но в следующий миг средний брат Ивальди прыгнул на некроманта, целясь своей устрашающего вида палицей ему в голову. Но имитатор не дал ему сделать этого, набросился на него, мешая ударить, мертвой хваткой сцепил свою челюсть на шее карла, а секундой позже Сандро повторил свою волшбу и Хемдаль, уже истекая кровью, закувыркался по гладкому полу туннеля.

Сидри за все это время не сдвинулся с места, ни единый мышц не дрогнул на его лице, словно жизни братьев не имели для него никакого значения.

– Что ж медлишь? Нападай! – у Сандро закипела кровь, он почувствовал боевой запал и уже не желал останавливаться.

– Побереги силы, – обратился к некроманту друид.

Трисмегист возник из неоткуда и уже не скрывал свой облик за бестелесностью духа. Сандро тяжело дышал, предвкушая продолжение битвы, но последний карл, оставшийся стоять на ногах, не торопился.

– У меня есть к тебе предложение, Сидри, – Альберт подошел вплотную к свартальву и посмотрел тому в глаза.

– Давно не виделись, Тривеликий, – поворачиваясь к друиду спиной, отозвался карл. – Идите за мной. В роду Ивальди принято беседовать за кружкой пива.

– Но его братья, – взглянув на наставника, замялся Сандро. – Трудно договориться с тем, чьих родственников ты мигом назад отправил к праотцам. Неужели ему все равно? Я же убил их.

– Братья Ивальди бессмертны, – опротестовал друид.

Сандро посмотрел вперед, где, кряхтя и непристойно ругаясь, поднялся на ноги рыжебородый Брок, а затем помог встать и зеленобородому Хемдалю. Некромант не верил своим глазам, но магия смерти на свартальвов не действовала. С младшими братьями поравнялся Сидри, что-то сказал им, после чего все карлы отправились в глубь туннеля.

– Не задерживайся, – поторопил ученика Трисмегист.

Сандро несколько мгновений стоял в замешательстве. Но потом понял, что на сегодня чудеса только начинаются.

– Идем, – похлопал он Диореса по спине и пошел за свартальвами. Имитатор поспешил следом, на ходу перевоплощаясь в человека.

Карлы шли впереди, указывая путь, а почему их звали «Безумцами», Сандро и Диоресу только предстояло узнать.

Высоко в небе кружили два орла, две свободные птицы, за сущностью которых скрылись рабы: два имитатора, муж и жена, чьи судьбы сплелись воедино. Они стремились к свободе, к неподчинению, но были лишены этого права, лишены по заслугам одного вампира и двух некромантов.

Однажды, тремя годами ранее, когда Сандро ходил в учениках некроманта, а Арганус был рабом Балор Дота, лич отправил Батури в Бленхаймские горы с тайной миссией: поработить семейство Ди-Дио. Для этого Арганус дал вампиру эликсир, который в те дни изобрел Сандро, эликсир «подчинения». Жидкий газ, творение полумертвого, сработал идеально. Стоило имитаторам вдохнуть его, и они перестали принадлежать себе. Даже иммунитет к магии оказался бессилен против зелья, ведь алхимия не являлась волшбой. Так Арганус получил рабов, а семейство Ди-Дио – проклятого хозяина, который до недавнего времени не вспоминал о своих слугах, но теперь пользовался их талантами сполна. Два орла спикировали вниз и, коснувшись земли, приняли привычные облики.

– Впереди крепость, – предупредил Диомед. – К полудню будем у ее стен.

– Отлично, – сверкнул глазами Арганус. – Скоро мне удастся проверить свою армию в деле…

Глава 11.

Церковь и исчадья Мрака

1. Жили два брата и сестра.

2. Сестра была очень красивой и, чтобы не пасть жертвой соблазнившихся, удалилась, надев черные одежды, дабы скрыть свою красоту. 3. Один из братьев стал королем. 4. Второго брата он взял к себе на службу скороходом.

5. Однажды, переправляя депешу, скороход встретил девушку в черном. Почувствовав к ней влечение, он решил на ней жениться. 6. Он привел ее к королю, и тот дал согласие на брак.

7. по свершении свадебного обряда, скороход и девушка вошли в комнату для молодых. 8. Раздевшись, уже на брачном ложе, они обнаружили свое родство. 9. Огорчившись, они горько плакали. 10. Однако влечение было столь велико, что они соединились воедино.

11. На утро пришло это двуединое тело к королю. Увидев его, король сказал: «Ты мне нравишься. Отринь свои мужские части и будь мне женой».

12. Так они и поступили, образовав уже триединое тело. Мор охватил всю страну.

13. Тогда жители той страны взяли это триединое тело, поместили его в башню из железа и раздули под ней большой огонь.

14. Распалось тело на мужское и женское естества, и в стране наступили согласие и мир.

В усадьбе Ливуазье всегда властвовал полумрак. Солнечный свет здесь умирал, будучи бессильным перед тяжелыми унылыми драпри, которыми были занавешены окна, зато оживал блеклый огонь тысячи негаснущих свечей, которыми изобиловали комнаты дома.

В хозяйской спальне было много свечей, зачарованных на то, чтобы давать ровно столько света, сколько надобно любвеобильному Ливуазье. Но сегодня в усадьбе его не было, а в комнате любви, в кровати полной огня вместо страстной пары спала беловолосая гостья. У ее ног, тихо, чтобы не разбудить спящего напротив младенца, сидела Марта и покачивала детскую колыбель. В сердце Марты поселилась горечь и печаль. Из глаз ее катились слезы. Молчаливые слезы, вылитые из зависти и боли. Ребенок. Если бы судьба распорядилась иначе, если бы Веридий не был малоплодным вампиром, у нее было б уже трое. Трое детей, которые могли бы резвиться в саду перед усадьбой, голосить, бить посуду, ломать вещи, портить игрушки, не спать по ночам, закатывать истерики, грубить, но и ласкать, радовать глаз своими изобретениями, а слух – чудесными голосами, трое детей, которые дарили бы Марте свое тепло и любовь, наполнили ее жизнь смыслом, принесли в серые будни истинный свет, свет детской улыбки и смеха. Трое детей. Трое вампиров.