Аналитика как интеллектуальное оружие - Юрий Курносов

Обратной стороной слабости институтов гражданского общества и государства в новых демократических условиях стало повышение роли аналитических центров как субъектов демократизации, способных на комплексное видение проблем переходного периода. Недостаток компетентности «новых» субъектов политического процесса (институтов гражданского общества) и «молодых» сменяемых выборных элит компенсировали независимые аналитические центры.

Но в дальнейшем, с возрастанием политического веса «новой элиты», усилением государственных институтов, централизацией политической системы вокруг государства многие независимые АЦ оказались не у дел. Процессы концентрации власти неизбежно ведут к монополизации рынка политической аналитики и экспертизы группой аналитических центров, приближенных к ключевым политическим субъектам.

Тем не менее, сегодня как внутренние вызовы, возникшие перед страной (необходимость дальнейшей модернизации, масштабных реформ социально-политической и экономической систем и т. п.), так и внешние угрозы и риски, связанные с международным терроризмом, процессами глобализации), требуют качественной независимой политической экспертизы и анализа для выработки адекватных «ответов» в виде соответствующей внутренней и внешней политики государства.

Современное состояние российской аналитики не даёт оснований для радужных ожиданий: сохранение существующих тенденций способно полностью уничтожить эту важнейшую компоненту общественного сознания. Состояние дел таково.

1. Большая часть научной аналитики, доставшейся в наследие от советских времён (и, как следствие, занимавшиеся ею кадры), в новых условиях оказалась неприменимой, не привязанной к требованиям современности.

2. Та часть аналитики, которая, несмотря на изменения, произошедшие в системе, сохранила свою пригодность для решения некоторых классов задач, утратила системность и не покрывает всех потребностей информационно-аналитического обеспечения процессов управления.

3. Восстановление системного единства методологии и выработка новых методологических, организационных и технологических принципов аналитической деятельности протекает медленно.

4. Социализация новых подходов и методов затруднена, они подолгу не становятся достоянием широких кругов аналитиков, имеющих ограниченный доступ к рычагам управления действительностью, лишь изредка они способны оказывать воздействие на процесс принятия ответственных политических или социально-экономических решений.

5. Во вновь формирующейся отечественной аналитике наблюдается тенденция следования политической конъюнктуре, при этом чрезмерна ориентация на прикладное использование в предвыборных делах, и часто имеет место применение аналитических шаблонов, бездумное заимствование образцов из западных аналитических школ. Всё самобытное и действенное продвигается очень трудно, поскольку, как правило, оно либо фрагментарно (в силу сложившейся экономической ситуации), либо чрезмерно идеологизированно.

В результате действия перечисленных факторов русско-советская аналитика утратила свою историческую идентичность и стала калькой англоязычной, что обрекло её на значительное отставание. Для государства в современных условиях оно даже более опасно, чем военно-техническое, так как чревато историческим проигрышем перед информационным и экономическим наступлением более интегрированных и современно мыслящих культур и структур.

2. Личностный фактор

Вторым ключевым моментом, характеризующим сущность российской специфики, является ориентация на выдающуюся личность, формирующую школу, направление в науке, культуре, искусстве. Такие личности оказывают длительное влияние на социум, формируя его ценностные ориентации. Они могут быть как стихийными, так и сознательно подготавливаемыми аналитиками. Под аналитиком я понимаю широкого специалиста, мыслящего межпредметными категориями, иногда приходящего к результатам, противоречащим здравому смыслу и общепринятым (пропагандистским) стереотипам. Поэтому весьма продуктивно здесь развести позиции: есть аналитики-подпевалы, интерпретаторы, оправдывающие всё существующее. И есть провидцы-универсалы, по чьим лекалам народы и цивилизации живут сотни лет. Они не навязывают реальности пропагандистские клише и заумные схемы, но изучают её, пытаясь выявить долгосрочные перспективы. Почти все видные генштабисты России, Германии были весьма универсальны, но работали под идеологическим клише. Универсальных аналитиков, если можно так выразиться, в истории было очень мало, и они исследовали разные семантические поля.

Например, буддисты, пантеисты, теософы, культурологи, представители классической немецкой философии, прежде всего, Гегель, изучали становление Человеческого Духа, антропологию. Видным аналитиком такого типа был Тейяр де-Шарден [Тейяр 73].

В рамках христианства, различных психологических школ, персонализма, психотехнологий типа нейро-лингвистического программирования (НЛП) глубоко изучались межличностные отношения, структурирование команд, конфликтология. (см. труды [Шюре 07], [Элиаде 09], [Хантингтон 03]).

Рационализм (в том числе католическая схоластика), науковедение, теория научной информации, семиотика, гносеология изучают социум в широком смысле слова, в динамике. Целый ряд аналитиков занимались проблемами борьбы цивилизаций, межцивилизационными взаимодействиями, расологией. См. труды английского культуролога и социолога Тойнби, фактического последователя Н.Л. Данилевского [Тойнби 02].

Анализируя деятельность виднейших представителей по каждому из этих полей, можно прийти к пониманию того, что любой плоский подход недостаточен; многомерное понимание рождается только на стыке научных дисциплин, культурных и духовно-идеологических парадигм. Но таких «голов», которые были бы способны к широчайшему культурному обобщению, всегда было немного. Из отечественных учёных можно назвать писателя-фантаста, футуролога И.А. Ефремова, директора Института мировой экономики и международных отношений АН СССР академика Н.Н. Иноземцева. Уже в наше время был ряд попыток механически и эклектически «скрестить» разное: коммунизм и христианство, иудаизм, ислам – «РАУ корпорация» (А.И. Подберёзкин), концепция мёртвой воды генерала К.П. Петрова и т. д. Получаются сапоги всмятку, как тот домашний гусь, что плохо ходит, ещё хуже плавает и совсем не летает.

Сегодняшних аналитиков России можно условно разделить на три отряда.

Первый отряд составляют системные аналитики: они, обобщая (суммируя) чужие линейные данные, подгоняют их под заданный стереотип (интерес). В принципе, разница меж ними не столь велика, будь то либералы (А. Ципко, эксперт Горбачёв-Фонда В.Д. Соловей), патриоты (Н.А. Нарочницкая, Д.О. Рогозин, С.Е. Кургинян) и другие. В сущности, они подстраивают свою эрудицию под нужный ответ, часто игнорируя реальные жизненные противоречия.

Ципко А.С. – бывший помощник секретаря ЦК КПСС А.Н. Яковлева, доктор филос. наук, специалист в области социальной философии, политологии; гл. научн. сотр. Отделения международных экономических и политических исследований Института экономики РАН (ОМЭПИ ИЭ РАН).

Нарочницкая Н.А. – российский политический деятель, историк и политолог, доктор историч. наук. Специалист по США, Франции, Германии, общим проблемам и тенденциям международных отношений. В 70-е годы – заместитель советского представителя в ЮНЕСКО.

Но я вовсе не утверждаю, что всё это плохо и не полезно. Активно действует в последнее время блистательная плеяда аналитиков – выходцев из Военного института иностранных языков им. Красной Армии: Алексей Назаревский, Михаил Хазин и другие.

Второй отряд образуют яркие (инструментальные) профессионалы – С.В. Егерев, С.Г. Кара-Мурза, Ю.И. Мухин, И.Н. Панарин, А.И. Ракитов, А.И. Уткин, П. Чернов, А.Ю. Щербаков, большинство преподавателей бывшей РАГС при Президенте РФ, в том числе Н.Н. Полуденный, А.А. Прохожев, В.И. Корниенко, К.Х. Делокаров, А.И. Турчинов, А.М. Марголин, О.С. Анисимов, А.И. Селиванов и другие. Они, блестяще зная отдельные аспекты социометрии, прикладные политические и экономические науки, тем не менее, не имели возможности выхода на реальные практические дела в общегосударственном масштабе. Их не только необходимо привлекать, уважать, цитировать, но и по возможности продвигать к решению более масштабных задач в интересах России.

В этой когорте видную роль играют выходцы из Московского методологического кружка (ММК), его в течение многих лет вёл Георгий Петрович Щедровицкий. Среди них О.С. Анисимов, Ю.В. Громыко, П.Г. Щедровицкий (сын), С. Попов и другие. В 1978 году от ММК отпочковался Московский методологический педагогический кружок (ММПК), его возглавил Олег Сергеевич Анисимов. Здесь формировалась, условно говоря, вторая волна российских методологов, в их числе В. Верхоглазенко, В. Н. Соловьев, В. Бязыров, В. Давыдов, В. Буторин, Н. Рыбалкин, С. Норкин, Ю.В. Курносов, Н. Федулов.