Попытка вторжения - Юрий Павлович Валин

будет очень отвлекающий. Но это ж, чтоб Логосу оглохнуть, лучший сигнал из тех, что коки-тэно приходилось слыхать за свою бурную жизнь…

Лоуд выхватила из кобуры замысловатое оружие Пришлых и выскочила в проем двери. Почти нос к носу столкнулась с десятком хвостачей — те встревожено вертели головами, вслушиваясь в отзвуки чудовищного воя.

— Что встали⁈ Вег-дич сбежал! Горлы рвать будет, весь ручей заядовитит! Взять его, чертт бы вас…

Хвостачи завопили «сларагерва!» и геройски бросились на перехват ядовитого гада. Лоуд влезла на стену, размахивая увесистым «пневмом», срочно отрядила на облаву еще один отряд полуголых мечников. Потом еще с полусотню побежали «рассыпаться цепью, чтоб в скалы лохматый мозгляк не ушел». Командовать, чертт возьми, получалось недурно, пока не прибежали двое краснокамзольников. Заорали снизу что-то малопонятное, Лоуд сделала вид, что не слышит, но красночи оказались приставучие.

— Сержант, что происходит⁈

— Зверь сбежал, — раскрыла истинную правду Лоуд, яростными взмахами «пневмы» отсылая в бой еще один десяток хвостачей.

— Дэйв, ты спятил⁈ Или пьян? Куда ты их гонишь? — воскликнул один из краснокамзольников.

Лоуд не любила глупых вопросов. Сами невесть кто, а уже подозревают, допытываться и приставать берутся.

— Чертт возьми, вы это видели? — Лоуд присела и указала стволом оружья на дальний склон.

Один из красных вытянул шею, вглядываясь. Другой пялился на оборотня — Лоуд убедительно встопорщила усы — видимо, слегка перестаралась — у краснокомзольника глаза на лоб полезли, отшатнулся. И налетел на нож Спауна — ленивые мужчины все ж осмелились выбраться наружу.

Краснокамзольник, получив сталь под лопатку, дергался, его товарищ начал поворачиваться на возню, Лоуд, перехватив «пневм» за ствол, врезала рукоятью по башке врага. Удар был недурен, но странная козырькастая шляпа его смягчила. Краснокамзольник пошатнулся, разинул пасть для вопля, но тут его принял Укс, полоснул по горлу и отпихнул к стене брызгающее кровью тело.

— Э, а несун-то мой где? — напомнила Лоуд, спрыгивая со стены.

Хитроумный хвостач действительно уже выбрался из двери и норовил драпануть — пришлось хватать за портки.

— Сейчас побежишь, — пообещала Лоуд, поправляя мешок на плечах носильщика. — Самое время на прорыв идти. Э, а зачем вы им куртки портите? Я чистую себе хочу.

Мужчины посмотрели на лежащих краснокамзольников, Укс проворчал:

— Уймись. Куда идти? Ты весь муравейник расковыряла — теперь они там толпой носятся. Как мы проскочим?

— Вот унылый ты дарк. Хозяин, — рассердилась Лоуд. — Кто знал, что припёрки непременно именно там нашего карлика ловить вознамерятся? Я их вообще к ручью и в обход посылала. Они тупые, а я опять виновата.

— Короче!

— Сваливайте из лагеря. Шмонда-командирша приказала известить пехоту-кавалерию, чтоб сюда молнией скакали…

— Она не шмонда, — воспротивился Спаун. — И мы ее бросить не можем…

— Ну, тогда сдохни где-нибудь здесь, — разрешила Лоуд. — С таким-то мордосом неудачным тебя хвостачи враз затопчут. Валите за лагерь. Я к Светлоледи этого осла с пожитками отгоню, Мин туда подскочит. Выкрутимся…

— Дурной план, но иного… — Укс оглянулся на звук шагов.

Мужчины успели нырнуть в строение — в проход влетел десяток хвостачей.

— Вперед, чертти длиннохвостые! — Лоуд пихая носильщика и размахивая дивным оружием, увлекла героев личным примером.

…Укс не сопляк, сообразит. Куртку нужно было снять — на том мертвяке, что поусастее, курточка не очень-то прорезалась. А Спаун определенно со Светлоледей спал — ишь, вскинулся «не шмонда, не шмонда». Логос шепчет, что зеленоглазость и рослость и есть первый верный признак заведомой шмондовости…

…Наступил момент той замечательной беготни, о которой когда-нибудь потом будет рассказать сплошное удовольствие. Лоуд решительно повела к предполагаемой схватке собранную полусотню хвостачей, по пути присоединила еще пару десятков. Оставила их выстраиваться отрядом, послала какого-то здоровенного хвостача-«кур-ного» к пристани, ибо, как всем известно, вег-дичи очень ныручие и всегда по воде норовят уйти. Копейщики — пикинеры были загнаны в резерв через ручей, где на крутом берегу удачно сцепились своими жердями. Сержанта Дэйва здешняя армия знала и уважала, «чертт возьми» и встопорщенные усы действовали на хвостачей безотказно. Лоуд очень хотелось глянуть в зеркало — что там такое с усами, если они как кипятком вояк ошпаривают?

…Вести правильную облаву слегка мешали мелькающие среди хаоса природные краснокамзольники и тупой хвостач-носильщик, норовящий, то мычать что-то несвоевременное, то вообще завалиться на землю. (Нет, хилый попался просто на удивление.) От коллег-красначей Лоуд уклонялась, носильщика пришлось завести за штабель бревен и двинуть по мудям — живо прилег, — оборотень наскоро запихала мычащего беднягу под бревна и продолжила руководство облавной битвой.

К сожалению, зловредный зверь где-то затаился и веселье начало спадать. Пришлось перекинуться в Мина, (для красоты добавить шерсти) — черношерстая Лоуд пробежалась по самой длинной стене, выпрямилась, поколотила себя передними лапами в грудь и попыталась завыть. Ну, с воем не особо вышло, но наглого зверя-потаскуна многие разглядели. Лоуд с гордостью наблюдала как со всех сторон к стене несутся хвостачи — от «сларагервы!» дрожала земля. Потом у ноги что-то щелкнуло — оборотень с удивлением подняла отскочивший от камня сплющенный шарик. Краснач-стрелок где-то затаился, что было вовсе не по-честному.

Лоуд спрыгнула под стену, возвращаясь в славного сержанта Дейва, юркнула за угол, завопила:

— Здесь он! Окружать!

Толпа хвостачей чуть не снесла стену. Пропихиваясь в сторону, Лоуд работала локтями и усами — воины шарахались.

— В землю мог закопаться! Зверье хитроумно! — намекнула оборотень и потрусила к штабелям бревен. Все хорошее непременно заканчивается, пора и честь знать. И вообще надоел этот Дэйв-таракан…

Носильщик валялся на месте, кряхтел сквозь слезы. Лоуд выкатила его на свободу.

— Поприседай, тупица.

Пришлось придержать мешок, носильщик поприседал, слегка пришел в себя, шпионка сменила облик и поволокла его к лестнице. Наскочил десяток хвостачей, вытянулся при виде важного господина Остера.

— Эй вы, живо найти мне сержанта Дэйва! — рявкнула оборотень. — Живей, чертт бы вас…

Хвостачи унеслись стайкой вспугнутых шпуров, но Лоуд понимала, что без усов выходит не так убедительно. Да и вообще стало как-то жаль, что нос ничего не щекочет. И чего это Остер не мог себе растительность отрастить? Порядок должен быть: если ты Пришлый и весь в красном, так имей шерсть под носом и по щекам. Закудхали эти бестолковые Попришедшие…

Носильщик лез вверх, но так вяло, что Логос обрыдается. И подгонять нет толку — свалится.

— Ты осторожней, ступени кривые, — со вздохом предупредила оборотень.

Вот кого