Попытка вторжения - Юрий Павлович Валин

— Да ладно, я подержу, — утешила бедолагу Лоуд, перехватывая чудное оружие.

…Колени хвостача подогнулись, смирно лег под клетку.

Вызволять коротышку не пришлось, сам двинул задними лапами в стенку клетки, веревки, видимо, заранее подрезанные, легко поддались и енот-заседун выкатился на свободу. Был он зол, скривлен и имел в каждой лапе по короткому ножу, выхваченному из потайных карманов в шкуре.

— Э, куда⁈ — спохватилась Лоуд. — А мешок кто поволочет?

Коротышка уже ухватил носильщика за горло, метя ножом в кадык. Ошалевший хвостач замер, даже не пытаясь вырваться.

— Угмым му? — спросил Мин.

— Э?

— Что, тяжелый мешок? — спросил коротколапый герой, вынимая изо рта зажатый в зубах второй нож.

— Да чуть не сдохла под ним. Ты резать-то не спеши, а то сам потащишь.

— Не, у меня спина не гнется, — пожаловался коротышка, запихивая в пасть носильщику обрывок тряпки…

Бегал Мин, действительно, согнувшись, но действовал стремительно, подобно оголодавшей черношерстой крысе — Лоуд даже залюбовалась. Покойный страж оказался поднят на ноги и наскоро прихвачен веревкой за горло к углу клетки, осыпавшиеся жерди засунуты вовнутрь, место в узилище занял чурбак, прикрытый драным плащом. Носильщика Мин тоже не забыл — прикрутил тому руки к мешку — вроде несет ющец поклажу, сам себе мордос прикрывает.

— Изящно, — восхитилась Лоуд. — Ты — енот-молненос.

— Насчет хамства и обзывательств мы еще побеседуем, — посулил коротышка. — Каков план?

Лоуд вкратце объяснила.

Наручники зверски мешали. Приноровиться к увесистому прямоугольнику оказалось непросто — Катрин то и дело цепляла всякие ненужные вещи, сваливая со столов бумаги и чернильницы, разбрасывая перья, карандаши и вездесущие галеты. Самое обидное, что перебить запор кандалов было несложно — иметь бы нормальное зубило и еще одну пару рук. Но бункер попался ущербным: чего нужно, того и нет.

Опытные шпионы первым делом обеспечивают безопасность процесса шпионства. Двери Катрин обследовала: на внешней оказался продвинутый замок (вообще-то довольно элементарный, электромагнитный, без всякой кибернетики, с механическим цифровым кодом и небольшим аккумулятором). Дополнял немыслимое достижение техники надежный кованый засов. Вот только запираться было рановато — Катрин еще надеялась на прибытие резервов.

Внутренняя дверь запиралась примерно так же, только аккумулятор здесь отсутствовал и покойные хозяева всецело полагались на засов. В дверь, кстати, кто-то разок уже постучался, но неубедительно — видимо, младшие по званию. Катрин сделала вид, что никого нет дома.

В целом бункер представлял собой нечто среднее между пулеметным капониром и штабным-ситуационным центром. Шпионке попалась карта долины Кроличьей, чертежи будущего поселка, еще несколько любопытных бумаг, но изучать документацию было недосуг. Катрин отвлекала незапертая дверь и происходящее снаружи — позволить застать себя врасплох не хотелось. Из средств личной защиты имелись пара револьверов, пневмопистолет, палаш антикварного вида и кинжал ему в пару. Последнее было вовсе ни к чему — фехтовать в наручниках было трудновато. Пневмо-оружие, крайне интересное самим фактом своего существования, нуждалось в дополнительном изучении и освоении. Принцип сменных подствольных баллонов Катрин уловила — отдаленно похоже на винтовку Жирардони[6], но здесь куда компактнее, упрощённое и технологичное. Всего-то под три кило весом, правда, всего два заряда. Но замена даже легкого баллона немного сложна для практически безрукой женщины.

Оставались «смит-вессоны». Знакомые стволы: компактные, сверхлегкие из-за своей алюминиево-скандиевой рамы, пятизарядные, с мощным, но очень ненадежным в данных условиях патроном. Семь патронов, если половина сработает, уже неплохо. Оба револьвера приходилось носить в руках — в платье имелись потайные карманы, Катрин подозревала, что револьвер туда вполне запихнется, вот только извлечь его будет проблематично. Порядком портили жизнь наручники, это надо признать.

Снаружи раздался звук трубы — Катрин вздрогнула — сыграли классический «Большой сбор». Вот, мля, будто в прошлое закинуло. Как не гони неприятную мысль, а хвостачи — родственники. Стремительно продвинувшиеся по лестнице эволюции, чтоб им.

Из амбразуры было видно, как ободранное воинство стекается повзводно и поотделенно к выровненной площадке у вала — просматривалось две трети плаца, заполняемого хвостачами. Вечерняя поверка, что ли?

Поглядывая в амбразуру, Катрин изучала орудие. Паровой пулемет пованивал как самовар-переросток, нечто общее и в конструкции усматривалось. Рядом стояли корзины с заготовленным древесным углем и чурками для растопки. Сама схема несложна: топка, котел, насыпной бункер для пуль — жестяные коробки с шариками хранились на крепкой полке. Принцип действия понятен, вон и гашетка имеется практически классическая. Прицельные приспособления элементарны — дальнобойность метров в сто, дальше бессмысленных расход ценных калиброванных пуль. Что не совсем понятно технически отсталой шпионке, так это заумная система редукторов. Манометр стоит, но какой-то странноватый. Нормальный прибор не могли прилепить, островитяне придурошные. Собственно, каким должно быть давление для предписанного уставом выстрела?

Наливаясь нехорошими чувствами, Катрин осмотрела клеймо на затворе пулемета — Enfield Arsenal. Импорт, будь он неладен. Оно и видно — боевая часть и котел довольно качественно изготовлены. Станок, похоже, на месте ваяли — заклепки кривоваты, стойки примитивные.

Нервное раздражение шпион обязан консервировать и копить до нужного момента. Сплюнув в корзину с боевыми чурками, Катрин отошла к шкафу, открыла нижние дверцы. Пришлось выкладывать папки и книги — вот уроды, здесь без году неделя, а экий архив накопили. Скованными руками бороться с бюрократией крайне нелегко. Катрин распихала документацию по верхним полкам и столам. Пошла к покойникам.

— Поехали.

Полковник не возражал, послушно волокся по полу. У шкафа Катрин спохватилась — чего добру пропадать? Раздевался покойник уже не так охотно, видимо, стеснялся. Мародерствовать опять же мешали наручники. Катрин кое-как содрала сапоги с коченеющих офицерских ног, повозилась со штанами. Белье у полковника оказалось вопиюще неуставным: шелковые трусы-боксеры, футболка с эмблемой FC Manchester United.

— На святое не покушусь, — пробормотала мародерша, усаживая яркий труп в шкаф. Тайник был, конечно, смешон, но ведь подчиненные будут надеяться на лучшее, в смысле, на живого, но отсутствующего полковника.

Катрин заглянула в каморку у задней стены — там едва помещался топчан и примитивная вешалка с плащами. Шпионка поморщилась — от резинового макинтоша воняло сногсшибательно.

Катрин прикрыла скорчившегося покойника позаимствованным с лежака одеялом и закрыла дверцы шкафа.

— Обождите, сэр, вас не забудут.

Мертвецов младших званий шпионка оттащила ближе к входной двери и принялась затирать следы крови. При беглом осмотре понять что здесь произошло, будет сложно, а если у оккупантов какой-нибудь шерлок-холмс припасен, так методу дедукции понадобится значительное время.

Снаружи доносился многоголосый воодушевленный рев хвостачей.