Хоббит и кольцо всевластья (первый поход) - Дмитрий Суслин

И действительно, то, что они увидели после того, как покинули шлюпки, и вышли на сушу, потрясло даже Гэндальфа.

Перед ними возвышалась гора. В центре она была расколота до самого основания, и сквозь огромную расщелину было видно, что гора пуста, а под ней лежит огромная темная котловина глубокая и сырая. В самой ее центре лежал, опрокинутый набок остов корабля.

– Там должна быть вода, – сказал потрясенный Торонгил. – Но ее там нет. Как же такое возможно, Гэндальф?

– Вода отступила от корабля Берутиэль, – задумчиво сказал Гэндальф. – Неужели чары этой женщины так сильны? Или они замешаны на магии этого острова?

Никто ничего не ответил на это. Мало кто из присутствующих вообще понимал, что происходит. Дела магов не для непосвященных.

Осторожно ступая, гондорцы стали спускаться в котловину. Их встретил смрадный запах сырости и гниения. Под ногами лежали кучи сырых водорослей, от которых тихо струился пар. По всей округе были рассыпаны человеческие черепа и кости, потемневшие от времени и сырости.

– Здесь было сражение? – спросил Феномир у Гэндальфа.

– Нет, здесь иссури приносили кровавые жертвы своей повелительнице, – ответил маг. – Давайте ускорим шаг.

Вскоре они подошли к останкам корабля. Черный скелет триеры печально возвышался над ними. От него шел такой мерзкий запах, что даже неприхотливые гномы поморщились.

– Неужели Бильбо там внутри? – воскликнул Балин.

– Возможно, – ответил Гэндальф.

– И кто туда пойдет?

– Я. – Маг приблизился к кораблю, затем нашел в его борту дыру, размером с него самого, и вошел внутрь. Торонгил и Феномир проследовали за ним. Гномы пожали плечами и остались на месте. Остальные гондорцы тоже. Все держали в руках оружие и были готовы к любому нападению. Вдруг внутри корабля послышался шум, и из дыры выскочили Торонгил и Феномир.

– Бежим! – закричали они. – Назад.

– А где Гэндальф? – уже на бегу спросил Балин.

– Он вышел с другой стороны!

Гондорцы едва успели отойти, как корабль шумно, как живой, вздохнул и рассыпался, завалив тяжелыми гнилыми обломками то место, где только что стояли люди и гномы. Тяжелая мачта упала в одном шаге от Феномира и чудом не придавила его.

– Все живы? – показался Гэндальф.

– Никто не пострадал, – ответил Феномир.

– Тогда идем дальше. Хоббита там не было. Чаши Анариона тоже. Ничего из того, что мы ищем.

Покинув груду оставшуюся от корабля Берутиэль, путешественники отправились дальше, и вскоре их взорам предстали новые развалины. В этот раз это был не корабль, а бывший дом. Большой дом с высокой некогда крышей, сложенный из грубых необработанных камней. Сырой песок под ногами сменился жидкой грязью.

– Вот он! – Гэндальф побежал к развалинам. – Дворец королевы Берутиэль, который ей построили иссури. На дне моря. Так вот что означают слова, в глубинах вод, где тишина. Теперь я их понимаю. За мной, друзья!

Но не успел он приблизиться к руинам дворца, как из грязи выскочил неведомый четвероногий зверь крупных размеров и прыгнул на мага, опрокинув его на землю. Обнажились четыре острейших клыка. Сразу две стрелы вонзились ему в грудь. Это выстрелили Балин и Торонгил. Гэндальф сбросил с себя зверя, и подбежавшие Феномир и еще два воина зарубили чудовище мечами. Во все стороны брызнула черная вонючая жидкость. Грязь стекла с тела зверя, и изумленным взорам присутствующим предстал скелет какого-то четвероногого зверя. Самое удивительное было то, что скелет был очень маленьким по сравнению с тем чудовищем, которое напало на Гэндальфа.

– Да это же кошка! – брезгливо фыркнул Феномир. – Обыкновенная кошка.

– Не такая уж она и обыкновенная, – сказал кто-то из воинов.

Руины вдруг вспыхнули ярко-красным огнем, и из них донесся слабый вскрик.

– Это Бильбо! – воскликнул Гэндальф. – Быстрее туда!

Все сорвались с места и толпой ввалились в бывшие дверные проемы и оказались в развалинах. Тут все увидели высокий каменный трон, у которого стояла чудовищная человеческая фигура покрытая серой грязью и черным илом и размахивала конечностями. Из ее оскаленного рта доносилось громкое шипение.

У ног фигуры копошилась какая-то грязная куча, сплетенных фигур, звериных и человеческих.

Не теряя ни секунды, Гэндальф бросился к трону, тремя ударами посоха разбил шипящую тварь на три части, раскидал их в разные стороны, а потом стал раскидывать остальных монстров, которые копошились на полу. Звери, такие же, какой был снаружи, зарычали, выскочили из кучи и набросились на мага, но ему на помощь подбежали гондорцы и гномы и всеобщими усилиями стали рубить оживших мертвецов и оттаскивать их в стороны. Когда вся эта дрянь была уничтожена и отброшена в стороны, на земле осталась только одна фигура.

Это был Бильбо. Перепачканный грязью, он лежал на спине, раскинув руки в стороны. Правая рука у него была сжата в кулак, а в левой он держал необычайной красоты кубок белого цвета и с серебряной крышкой. Глаза у хоббита были закрыты.

Гэндальф опустился на колени и приник ухом к его груди.

– Жив? – посыпались на него со всех сторон вопросы.

Гэндальф улыбнулся:

– Жив. Быстрее поднимите его и отнесите на корабль.

Он взял в руки кубок и показал гондорцам, те не смогли сдержать крики радости и восторга:

– Чаша Анариона! Она из белого древа! Это она! Мы добыли то, за чем пришли!

– Да это она, – сказал Гэндальф. – Вы идите, не теряйте времени. Скоро здесь будет хозяйничать море.

– А ты? – спросил мага Торонгил.

– Мне тут надо осмотреться и поискать кое-что. К тому же надо убедиться, что мы не ошиблись. А для этого я должен остаться в одиночестве. Не волнуйтесь за меня.

Когда бесчувственного хоббита вынесли из развалин и понесли наверх из котловины к шлюпкам, и Гэндальф остался один, он взял в руки Чашу Анариона и несколько минут молча смотрел на нее.

– Вот то, что я так долго искал, – пробормотал маг, поглаживая рукой совершенно гладкие грани чаши. – В этот раз я не мог ошибиться. Вот и руны, выбитые на серебре. Что тут написано? Арвен, маэнас палантир! Да, так оно и есть.

Он бережно и осторожно ощупал чеканную серебряную крышку, которая накрывала чашу, затем аккуратно поддев ее ногтем, открыл и заглянул внутрь. И тут же взгляд его просветлел, потому что Гэндальф увидел на дне чаши круглую и очень крупную жемчужину, переливающуюся мягким голубым светом. Маг наклонил чашу, и жемчужина выкатилась ему на ладонь.

– Ануминас! – восторженно прошептал Гэндальф. – Арвен, маэнас палантир!