И осталась только надежда - Наталья Бульба

Откажись он от своих планов, я бы первым присягнул ему на верность. Вопреки сложившемуся у многих мнению о нем, он был достойным воином — во внутреннем круге перед ним преклонялись едва ли меньше, чем перед Вилдором. И если бы не противостояние между армейцами и нами…. Оно началось задолго до нас и вряд ли закончится скоро.

Но службу он свою знал и делал все для блага Дарианы. В соответствии с тем Кодексом, который чтил. Ну а то, что пошел против своего отца… мне сложно было разобраться в подоплеке их отношений. Пока я не встретился с дедом.

— Абсолютно. — Несмотря на то, что именно сейчас решалось, быть ли успешным моему безрассудному замыслу, я не испытывал страха, его полностью затмевал дурманящий кураж. Мой зверь многозначительно скалился, предвосхищая возможную схватку, если я ошибся с исходом этой затеи. Ну а я сам, сохраняя положенное безразличие, наслаждался происходящим. — Я не достоин твоего доверия. Я не достоин чести.

С последними фразами, завершающими ритуал, можно было и повременить. Каждому из нас еще было что сказать. Не стой у меня за спиной готовый к броску Сэнши, я так бы и поступил. Не только растянул удовольствие, но и добавил остроты своему состоянию предположением, что отец уже давно разгадал мои ухищрения. Но присутствие создания пусть и слегка, но заставляло испытывать нервозность. С каждым из них поодиночке в мечном бою я мог справиться без труда, но с ними двумя шансов у меня не было.

— Что думаешь ты?

Удержаться от удивления оказалось трудно, а предугадать подобное — практически невозможно. На моей памяти это было впервые, когда отец фактически просил совета.

— Преданность. Уважение. Глупость.

Краткость Сэнши была мне известна. Не сразу, но я научился разбираться в том, какой именно смысл он вкладывал в произносимые им слова. Мнение, высказанное им сейчас, могло бы показаться мне лестным. Если бы не одно но….

Дело было даже не в том, что он воспринял этот ритуал, как глупую выходку. Дарианские законы были ему чужды, да и из всех правил, которые он принял, было лишь одно — сила.

Его поддержка показалась мне не только неожиданной, но и весьма настораживающей. Я привык воспринимать его, как потенциального врага. Этот случай был уже вторым, когда его поведение не вписывалось в созданный мною образ. А я очень не любил того, что не понимал.

Впрочем, этим отличались все в нашем роду.

Канал связи с группой тонко вибрировал, я посчитал возможным оставить его открытым на тот непредвиденный случай, если ошибусь в своих предположениях. Моя смерть не должна была повлечь за собой их гибель. А уж избежать ее после тех намеков, которые я им сделал, они должны были без труда.

Поступив так, я не считал, что риск был слишком велик. Я потому и забрал их с Дарианы, что доверял так же, как себе. Если не больше. В себе я изредка, но сомневался, в них — никогда.

А вот Алинэ не должна была знать о том, что происходит. Я хоть и держал ее разум под частичным контролем, не давая соскользнуть в бездну отчаяния, от которой она была столь близка, не был уверен, что она не наделает тех самых глупостей, в которых меня упрекнул Сэнши.

Амалия, действительно, очень похожа на свою мать, раз моей жене удалось соотнести внешность девушки на экране и маленькой принцессы. Соотнести, узнать и… не суметь справиться с волнением. Пришлось делать вид, что я совершенно не замечаю, как она кусает губы, пытаясь сдержать слезы. А затем и отправить в магический сон, для всех, способных заинтересоваться этим фактом, отметив в системе повышенную нестабильность прошедшего инициацию мага Равновесия.

И ведь не придерешься…. Блокираторы пришлось выводить в активный режим.

— Глупость, говоришь?! — Отец, наконец-то, снизошел до реакции. Не той, конечно, которую я ожидал, но тоже вполне предсказуемой.

— Настоять. Не посмел. Авторитет. Свобода.

Я про себя перевел: «Раз появились подозрения, должен был настоять на своем. Не посмел ослушаться сразу, помешал авторитет отца. Нужна большая свобода действий, чтобы, не нарушив приказа, исполнить долг».

Лестно, Хаос его забери, но смертельно опасно! Его многословность могла бы напугать, будь я способен испытывать подобное чувство. Семь слов за столь короткое время… такого я еще от него не слышал.

— Твоя честь принадлежит тебе, — излишне резко, словно опасаясь передумать, произнес отец, а когда я, не менее резко, будто не веря в услышанное, поднялся, повторил уже спокойнее. — Твоя честь принадлежит тебе. — И через короткую паузу, оказавшуюся достаточной, чтобы я не только вернул на место оружие, но и застегнул набиру, добавил: — Я подниму тебе допуск.

Я замер, отдав ему полное воинское приветствие, не торопясь праздновать победу. Выиграв эту схватку, я лишь наметил дорогу к ней. А она обещала быть долгой — до появления Храма было еще шестнадцать дней, каждый из которых был совершенно непредсказуем.

— Можете идти. — Коротко бросил Яланир, считая вопрос закрытым.

Прежде чем воспользоваться предоставленной возможностью, я на мгновение замешкался, давая отцу понять, что хотел бы закончить разговор и, желательно, без свидетелей (воспользоваться ментальным каналом не мог — он его мне так и не открыл), но он только качнул головой — потом.

Но когда я уже подошел к двери, где меня дожидался Сэнши, напомнил:

— Я рассчитываю на лояльность твоей жены.

В моем взгляде он мог увидеть не только уверенность, но и благодарность.

— Все будет так, как ты хочешь.

Створка сдвинулась, выпуская нас наружу, и тут же вернулась на место, словно отрезая меня от Яланира и от того, на что я не просто решился, но и пошел до конца. Думать о том, что у него был шанс стать совершенно иным, не хотелось.

Но не успел я еще убедить себя в том, что заслужил передышку, намереваясь отправиться в модуль управления внешней защитой, как рядом раздалось:

— Бой.

Это не было приглашением, это было вызовом, который я не мог не принять. Что ж, рано или поздно, это должно было произойти, так к чему ж откладывать неизбежное.

— Бой, — кивнул я и направился к ближайшему портальному кругу, отметив, как резко выдохнул кто-то из моих, находящихся на связи воинов. Это стоило того, чтобы взять на заметку, их беспокойство за меня могло сослужить мне же плохую службу.

Мы спустились на один уровень вниз, я машинально отметил, что сканеры не дали запрос на мое появление на тренировочном ярусе, прошли по коридору. Но свернули не направо, к основным залам, а налево, туда, где располагались жилые модули внутренней охраны и их тренировочный блок.

Усмехнулся мысленно — убивать не будут. Порядок на базе был весьма жестким, и то, что допускалась при отборе, ни в коем случае не поощрялось во время обучающих боев.