Люди и нелюди - Олег Бубела

- Спокойной ночи, Ник!

Язвительности в тоне Ушастика хватило бы на пятерых, но я довольно улыбнулся - процесс приручения пошел.

Выспаться в эту ночь нам так и не удалось. Спустя несколько часов из великолепного сна, явственно попахивавшего порнографией, меня выдернуло глухое рычание, раздавшееся за дверью. Судя по всему, оно принадлежало собаке, поэтому я лишь повернулся на другой бок и постарался поймать ускользавшее сновидение. Рычание повторилось, а спустя некоторое время сменилось царапаньем. Я только усмехнулся - дверь была слишком крепкой, чтобы собачьи когти могли проделать в ней дырку.

Видимо, тварь в коридоре тоже это сообразила, поскольку вскоре сменила тактику, и мешавшая добраться к добыче дубовая перегородка содрогнулась от могучего удара. За ним последовал еще один и еще… После десятого я неприятно удивился собачьему упорству и понял, что тварь сама не успокоится, пока не снесет дверь с петель. Или не вырвет ее из стены вместе с косяком, что более вероятно. Помянув незлым тихим словом родню блохастой, я поднялся и достал саблю. Прикинул область удара, соотнес время, необходимое твари для разгона, а затем вонзил клинок в резные доски.

Сабля пробила дверь насквозь, войдя в нее по самую рукоять (в этом я не сомневался - паучки на стали были заряжены на полную катушку), а выполняющая очередной бросок псина не успела отреагировать на появившееся из препятствия лезвие и нанизалась на него всей своей массой. Правда, не очень удачно, и потому сдохла не сразу, а принялась громко скулить от боли. Выдернув клинок, я отыскал в темноте какую-то тряпку, вытер кровь, засунул саблю в ножны и снова улегся на пол. Но заснуть так и не смог - скулеж раненой собаки царапал нервы, словно пенопласт по стеклу. Пришлось снова вставать, открывать дверь и добивать раненую тварь.

Прервав страдания псины, я понял, что напрасно покинул надежное убежище - из темноты на меня накинулись колобки. Много, не меньше десятка. Недоумевая, откуда их столько набежало и почему они не удосужились добить раненую собаку, я рубил, пинал, отрывал от своей одежды надоедливых тварей, чувствуя, как их острые зубы впиваются в мое тело. Прикончив пятерых, я решил позорно капитулировать, прошмыгнул в комнату и захлопнул дверь, спасаясь от подошедшего к неприятелю подкрепления. Наощупь добив еще двух, вцепившихся в ноги, я зажмурился от яркого света, больно резанувшего по глазам, а проморгавшись, увидел эльфа с мечами в руках и валявшиеся на полу перед ним окровавленные части шарообразных тварей.

- И зачем тебе понадобилось выходить? - иронично полюбопытствовал Дарит.

- За надом! - буркнул я на русском и принялся осматривать места укусов.

Одежде в который раз не повезло, но в остальном все было не так плохо. Потратив немного воды, я промыл ранки и не пожалел сита, чтобы даже шрамов на коже не осталось. Критически оглядев то, что осталось от штанов, я швырнул это тряпье в угол и надел одни из тех, что забраковал Дарит. Не фонтан, конечно, но хотя бы голым задом щеголять не буду. Снова вонзив нож в косяк, я хотел было сказать эльфу, что светлячок уже можно выключать, но обнаружил, что Ушастик внимательно уставился на окно.

В следующую секунду кто-то большой и сильный попытался открыть ставни. Проржавевшие щеколды не смогли долго сопротивляться напору неизвестной твари, они начали сгибаться и выворачиваться из прогнившего дерева. Вскоре в образовавшейся щели появились когтистые пальцы, которые подцепили одну створку и рванули ее, с хрустом вырывая из петель. Спустя миг в оконном проеме появилась огромная обезьяна, каких я никогда раньше не встречал, она с громким рыком прыгнула на Дарита, рассчитывая вцепиться в его шею. Эльф не сплоховал, он одним грациозным движением скользнул в сторону и разрубил пролетавшую тварь на куски. Как именно, я даже не понял - скорость нанесения ударов была фантастической, и я не мог уследить за мельканием его клинков.

Не успела превращенная в груду мяса обезьяна шлепнуться на пол, как в комнату запрыгнула еще одна, меньших размеров. И тоже метнулась к Дариту, не обратив на меня никакого внимания. В этот раз эльф ограничился одним точным ударом, снесшим уродливую башку твари, и сам метнулся к окну, где нарисовались еще две макаки. Они были уничтожены так же быстро, рухнув на улицу, но, как оказалось, являлись всего лишь разведотрядом наступавшей армии. За ними последовали сразу трое мартышек, которые вынудили Ушастого немного отступить, чтобы иметь простор для маневра, но аналогичным образом были изрублены на куски.

А дальше пошел какой-то конвейер. Обезьяны упорно лезли в комнату, пытались добраться до эльфа, но встречались с его клинками и в разной степени расчленения падали на пол. Поначалу я еще считал глупых тварей, но на втором десятке сбился и просто наблюдал за работой Ушастого. А на нее стоило посмотреть! Техника эльфа была великолепной, удары наносились быстро и точно, а все движения были плавными донельзя. Казалось, эльф танцевал, мимоходом уклоняясь от бросков тварей и разрезая на части очередную макаку, а мне оставалось только восхищаться этим смертельным танцем, который не шел ни в какое сравнение с виденными мной умениями искателей.

Как завороженный я следил за схваткой, и потому пропустил момент, когда одна из обезьян, оказавшаяся чуточку умнее товарок, не стала сразу подставляться под мечи, а прыгнула ко мне. Поднять саблю я не успел, принял на грудь двадцать кило живой агрессивной массы и рухнул на пол. Схватив макаку за шею и не обращая внимания на полосующие куртку острые когти твари, я вонзил саблю ей в брюхо и отшвырнул в сторону умирающее тело. Но тут же был атакован еще одной мартышкой, которая оказалась очень верткой и не собиралась подставляться под клинок.

Когда же, подловив в момент броска, я все-таки сумел оттяпать одну из лап верткой твари и следующим ударом срубить ей голову, то обнаружил, что схватка закончилась. Казавшийся бесконечным поток тварей иссяк, Дарит стоял посреди комнаты в обманчиво расслабленной позе, а вокруг него возвышались груды мертвых мохнатых тел, заливая пол своей кровью. Да уж, живописная картинка, ничего не скажешь! Обратив внимание на то, что раненая мной обезьяна все еще пыталась подняться, я добил живучую тварь, а обернувшись, наткнулся на ироничный взгляд эльфа. Судя по его виду, он не устал, расправившись с легионом мартышек.

- Это было… нечто! - восхищенно выдохнул я.

- К сожалению, не могу ответить тебе тем же, - отозвался Дарит, нежно вытирая свои клинки тряпкой. - Более бездарной работы с саблей мне еще не доводилось видеть.

Я тяжело вздохнул: