На распутье - Павел Дмитриев

На следующий день оформили договор. Тут все по честному – безналичные деньги между юридическими лицами сами по себе, натуральные блага отдельно. При этом безнальные суммы практически не имеют значения, все строится на ловкости бухгалтерии, которая их будет обосновывать, исходя их предполагаемых затрат. Точно также мне было предложено оплатить через кассу пятьсот тридцать два рубля за прекрасный кожаный плащ, "а-ля Ален Делон", который продали в качестве скромного аванса. По местным понятиям все совершенно честно. Не сказать даже, чтоб это было сильно дешевле висящих в зале вещей, скорее заметно дороже. Просто там подобного уровня не было даже близко.

Разработать рамки для радиочастотной антикражевой системы, имея доступ к фондам МЭПа, не такое уж и сложное дело, особенно если хоть примерно знать результат. Тем более я где-то читал, что диапазон должен быть между средними и короткими волнами, и прекрасно помнил, как выглядит самоклеющаяся "спиралька" метки. Даже был уверен, что найду хотя бы один экземпляр среди своих вещей. В 2010 году их клеили буквально везде, маскируя под метку штрихкода. Хорошенько порывшись в барахле из багажника RAVчика, действительно нашел великолепно сохранившийся образчик 40 на 40 миллиметров внутри чехла знака аварийной остановки. Потом еще один на коробке из-под компашек, только уже с размером 30 на 50.

Рассчитывать на одноразовость в 66-ом году не приходилось, наоборот, требовалась некоторая основательность. Это упрощало дело, вместо бумаги носителем стала тонкая пленка, которую склеили с обычной медной фольгой. Вытравить лишнее как на печатной плате было делом техники, как и добавить лепесток конденсатора. Подклеить на плотную бумагу или ткань тоже труда не составило. Для особо дорогих вещей Дмитрий озадачился поиском специального клея, что бы не отодрать руками, но легко удалить, скажем, паром или какой-либо химией.

Для создания схемы пришлось плотно поработать со специалистами-локаторщиками. Причем флотскими, с которыми у Шокина были хорошие связи еще с довоенных времен. В итоге получилось просто, но совсем не так, как предполагали делать сначала. Рамка получила не простой излучатель, а ГКЧ, генератор качающейся частоты, работающий в диапазоне восьми мегагерц.

\Большая часть радиочастотных антикражевых систем работает на частоте 8,2МГц и имеет мощность порядка 0,5 мВт.\

Это было существенно ниже частоты резонанса метки, однако, в спектре излучения было достаточно высших гармоник, которые как раз и попадали в нужный разброс значений. Приемник был совсем прост – усилитель, селектор частоты (по меткам) и детектор. Один минус, в дело пошли стержневые радиолампы, с качественными высокочастотными транзисторами дела в СССР обстояли, мягко говоря, не важно. Зато лампы были замечательными, компактные и более-менее надежные. Даже грелись едва-едва, совсем как полупроводники.

\Наработка на отказ стержневых ламп порядка 5000 часов, около двух лет работы в режиме магазина.\

Уже второй образец оказался вполне рабочим, а к началу лета версия 3.2. была успешно принята в эксплуатацию Дмитрием.

Отдельно стоял вопрос регистрации. По воспоминаниям сложностей с Wi-Fi в 2010 году, меня пугала жесткая организация частотного диапазона в СССР. Однако, восемь мегагерц были вполне свободны. Более того, когда я обратился с запросом в Государственную инспекцию электросвязи (ГИЭ) Министерства связи СССР, указав мощность рамки в 10 мВт, мне легко выдали пространное письмо, из которого, говоря упрощенно, следовало, что подобное средство связи не может существовать, соответственно, свободно к использованию без ограничений. В общем-то неудивительно, любительские радиостанции стартовали от 5 Вт, и на них допускались побочные помехи до 50 мВт.

… Больше всего был удивлен главк. Непосредственно от "721-го" никто не ждал особой народохозяйственной отдачи. А тут готовая документация для серийного производства, с инструкций по эксплуатации и действующим образцом, да еще проведенным пилотным внедрением. Что само по себе почти невероятно. Даже эффект доказан – только за первый месяц "на горячем" поймали парочку воровок, совершенно не имевших привычки к борьбе с электронными методами контроля.

Магазин быстро приобрел в криминальной среде дурную славу, директор был просто счастлив. Да и меня практически полностью была снята головная боль с нормальными вещами. Цены кусались, но это было уже вполне привычное зло, с которым не так и сложно бороться. Хотя был и отрицательный момент. Пришлось добавить в коллектив НИИ проектный отдел, чуть не десяток сотрудников, вооруженных кульманами, ватманом и карандашами. Проблем добавилось, зато научный руководитель был страшно доволен – поток бумаг на выходе конторы резко вырос, а что еще нужно для бюрократа.

2.11 Начало гетероперехода

Последнее, что было намечено из программы срочного внедрения – полупроводниковые лазеры из оптоволоконных приемопередатчиков SFP и GBIC. Было их у меня больше двух десятков, одноволоконные, двухволоконные, одномодовые и мультимодовые… Всякой твари по паре, а то и больше, ибо на расходном материале локальных и операторских сетей 2010 года экономить смысла не было.

\Стандарт вставляемого в коммутатор или маршрутизатор приемопередатчика. Внешне напоминает USB-флешку в металлическом корпусе, только побольше, примерно с указательный палец размером (их часто называют на жаргоне "пальцы").\

Если снять корпус – под ним небольшая плата, с парой десятков обычных элементов и одной микросхемой, которая в основном управляет параметрами излучения. Особого интеллекта в модуле нет, обычный последовательный преобразователь, но технология явно не 65-го года. А вот если поковырять поглубже, из кожуха можно достать сам излучающий элемент. Ничего экстраординарного в нем нет, даже лазером назвать сложно. Обычный кусочек полупроводника с p-n переходом, из торца которого, при пропускании тока, излучается свет. Размер элемента заметно меньше спичечной головки. Но быстродействие умопомрачительное, гигагерцы, и мощность такова, что легко позволяет устанавливать связь по прямому волокну на сотню километров.

Не думаю, что в СССР 1966 года уже есть нечто подобное, но открытие где-то явно на грани. Жорес Алферов получил Нобелевскую премию по физике именно за работы самого начала 70-х, и темой их был тот самый p-n гетеропереход, позволяющий передавать гигабиты в интернете 21-го века. Проблема, на сколько помню, в подборе пар полупроводников и технологии их производства. Где-то читал про трехслойный волновод на основе арсенида галлия, но на этом моя материаловедческая база заканчивается. Это, конечно, примерно тоже самое, что сказать во времена флибустьеров – "сокровище зарыто на Юкатане". Но при наличии работающих образцов все выглядит очень даже реально.

\ГГ ошибается, первый полупроводниковый лазер (как и первый светодиод) был изобретен еще 1962 году. Но отличия их от современных… Весьма значительны.\

\В настоящее время используемые в компьютерных сетях FP-лазеры изготавливают на подложке из фосфида индия InP с активными слоями из InGaAsP.\

Но все же этот раздел техники мне знаком куда лучше, чем первые компьютеры. Спасибо бракоделам-китайцам, научили разбираться в вопросе несколько глубже, чем нужно для обычной эксплуатации. Пришлось привыкнуть кроме этикетки внимательно читать описание, и задавать правильные вопросы о технологии производства. Поэтому, немного покопавшись в памяти, мне даже удалось нарисовать основные схемы и параметры, типа "глазковой" диаграммы. Вдобавок, вспомнил умные слова типа "деградация перехода", "квантовые точки", "вертикальный инжекционный", "резонатор Фабри-Перро". Надеюсь, последний уже хотя бы изобретен и на меня не будут смотреть как на идиота.

\Французские физики Фабри и Перро давно умерли от старости. Свой интерферометр они предложили в 1899 году. Применение их принципа в качестве резонатора для лазеров началось с 1958 года.\

Дело было за малым – найти будущего Нобелевского лауреата, и уговорить его заняться нашим небольшим вопросиком. Впрочем, это не казалось серьезной проблемой. Искомый товарищ и не думал скрываться от бдительного ока спецслужб, а спокойно работал в физико-техническом институте Йоффе, яростно копал материал для своей докторской диссертации.

… Ленинград встретил оттепелью и зарядами противного мокрого снега с дождем. Хорошо хоть самолет успел нормально сесть в одном из просветов. Больше всего меня удивило название аэропорта "Шоссейная", даже повеяло чем-то из детства, типа стихов Маршака про человека с Бассейной. Впрочем, здание аэропорта было не менее интересным. Небольшое, как приличный дворец культуры заката империи, с ограненными почти в шестеренку колоннами и окнами в неглубоких нишах, образующих что-то вроде фальшивой колоннады. Изнутри высокий гулкий купол, двойной свет, и, как это водится в СССР, вездесущие барельефы рабочих, колхозников, и прочих сомнительных личностей. Только в отличии от Московской простоты тут их дополняла очень красивая роспись в глубоких синих тонах, почти как в храме. Место иконостаса занимала стилизованная карта авиационных маршрутов.