На распутье - Павел Дмитриев

Но это мелочи. Главное, настроена физическая основа для сети интернет. Первый шажок на длинном пути сделан. Вот только вторая, программная часть будет куда более крепким орешком.

За конторской суетой неудержимой теплой волной накатывала весна. Непривычно чистый белый снег давно посерел, осел, и начал расползаться под старательными ударами скребков дворников и колесами машин. На крышах выросли сосульки, по утрам их сбивали длинными шестами противные голосистые тетки. Через первую проталину вдоль теплотрассы стала видна грязная прошлогодняя трава. Не сказать, что было сильно жарко. Даже в моем стариковском зимнем пальто, на рыбьем меху и с двумя рядами пуговиц, не припекало. Только нелепая кроличья шапка с завязанными на макушке ушами наконец-то перекочевала на полку, смененная на удобную шляпу.

Наверно, такой дурной стиль был нормой для СССР, но во мне резко усилилось чувство дискомфорта. Срочно требовалось легкое пальто или плащ. Однако, найти в магазине что-то сносное никак не получалось. Штатный советский прикид в наличии был. Дефолт-сити вообще радовал неплохим выбором из 3–4 моделей, очень похожим на вешалку бабушкиной дачи. Все такое же серое, неудобное, но при этом чудовищно прочное и долговечное. Вот только ближе к годовщине "попадания" меня совсем не тянуло на ретро, наоборот, хотелось получить что-то более похожее на 21-й век. Причем красивые вещи в стране однозначно были. Встречались на улице очень приличные образчики, хоть прямо бери и вытряхивай хозяев из одежки.

Самое интересное, что даже Катя не знала точного ответа на главный вопрос социализма "где дают?" По-моему, она попросту не успела распробовать хорошие вещи, слишком стремительным был перенос из деревенской избы на окраине ойкумены в подмосковный М-Град. Да и не сказать, что первое время хватало денег, пришлось делать ремонт, хоть и плохонький, покупать мебель, всякие мелочи. Начинать с нуля, ложек-вилок. Причем параллельно с отстройкой НИИ, чтоб хоть пару дней сотрудники могли что-то делать без "ручного управления".

Для начала, жена попробовала привычно шить сама по фильмам из ноутбука. Иногда получалось на удивление удачно, до шока и зависти соседок и сотрудниц НИИ. Но все портили более чем посредственные ткани, многие модели одежды оказались принципиально нереализуемыми. Только после нового года в моей жене вместе с растущим благосостоянием проснулся настоящий вкус к хорошим вещам. Но обещанная норковая шубка была нам еще не по зубам. Там и быстро растущий живот отбил все мысли как минимум на полгода вперед.

Осторожные расспросы показали на целых шесть источников дефицита. Мелкие спекулянты, они же "знакомые знакомых", блат в системе торговли, партноменклатурные заказы и спецсекции универмагов. Также недавно открытые и уже нашумевшие "Березки", да "секонд хенд" 60-х, они же комиссионки. Последним в этом ряду шло случайное везение, когда на прилавок случайного магазина невесть откуда валился качественный импорт.

Местные знакомые предлагали полную туфту, связями в дефолт-сити мы обрасти не успели и в местную партийно-номенклатурную элиту влиться не могли. К М-Градской системе привелигированных заказов я, как директор, был давно "подключен". Вот только проку с этого было чуть. Ассортимент и качество могли, конечно, внушить самоуважение обладателю пропуска где-нибудь в Н-Петровске. Но на фоне близкой столицы смотрелись весьма бледно. Идею с "Березкой" Толик зарубил с ходу и напрочь. Ибо покупка чеков, и, тем более, валюты по законам СССР серьезный криминал. Реально тянущий года на три, но, при отягчающих обстоятельствах, вплоть до высшей меры.

Совсем отчаявшись, начал искать хорошего портного. Примеры работ местных спецов откровенно говоря не радовали. Кожа – шелушащаяся дрянь, явно выделанная в подпольной живодерке без всякого соблюдения технологии. Неровные строчки подгнившими нитками. Никакой проклейки и отбивки швов. Про фасоны лучше промолчать, не придется материться. Даже у меня, привыкшего к продукции Китая 2010 года, подобные изделия вызывали… Сказать мягко, отторжение.

Помог случай. В комиссионку неподалеку от часто посещаемого МЭПа я забрел практически случайно, никаких положительных ассоциаций из 21-го века это название не несло. И был поражен. Во-первых, объем магазина мало уступал нормальной "Одежде". Вешалки и полки от вещей, конечно, не ломились, но контраст был заметен сразу. Во-вторых, минимум треть веще была совершенно новой, и явно заграничной. В-третьих, покупатели резко отличались от уже привычного моделью поведения, да выглядели почти как моем будущем.

Но продавщицы были вполне советские. Устроили небольшой митинг в самом цетре зала, и ругались во всю мощь глоток, как программисты с постановщиками. Невольно прислушался.

\Имеется в виду meeting, рабочая встреча. А не то, что предполагается под этим понятием в СССР.\

— Галка, смотри, дубленка-то за полтора косаря старая какая.

— Брось, я ее принимала. Новенькая юговская, шикарная штучка. Лиса такая по воротнику…

— Кролик это!

— Да ты шо?! Неушто опять подменили?

— Нюрка! Нюрка!!!

— Тут я, — из дальнего угла выбралась молодая девушка. Стройная но жутко некрасивая, с лицом, глубоко изрытым оспинами прыщей, — что там у вас?

— Ты в отделе была с утра? При тебе дубленку смотрели?

— Да, я…

— Дура! Ее ж подменили!

— Как!? Я проверяла, квитанция тут прикреплена… Не может быть!

— Ах-ха-ха! Ну ты даешь!

— Безголовая! Увели дубленку у тебя, щас расплачиваться будешь.

— Нет, нет… — Девушка растерянно вытаращилась на товарок широко открытыми глазами чуток приоткрыв рот.

— А вот так! Смотреть надо было!

— Зенки открывать, не задницей вилять!

— Будешь теперь знать, как Ваньке глазки строить, чучело!

— Уууу… — Слезы брызнули из глаз несчастной, — Я, я… Не заметила, — проревела Нюрка.

— Девки, а кто такую недостачу покроет?

На бабские визги откуда-то из глубин подсобок неохотно вылез директор. Совсем не стандартный образ толстенького, хитренького прожженного жука "за сороковник". Наоборот, молодой парень, примерно моего возраста, в модных интеллигентских очках.

— Ну хватит реветь! — Авторитета заткнуть голосистых продавщиц ему явно не хватало. Как и наглости с силой голоса. — Прекратите наконец, тут покупатели!

— Так она до конца года не расплатится.

— Да пошли они…

— Золото скидывать будешь, меня сперва кликни! А то продешевишь, дура полоротая.

— Мы за Нюрку платить не будем! — Подвела итог самая старшая и шарообразная продавщица. Оглядела товарок, и заручившись молчаливым согласием добавила, — Вот вы Дмитрий… Федорович, и покройте недостачу пока она все не отработает.

— Прекратите! Идите по местам. — Директор попытался перехватить инициативу, — Нюра, иди умойся.

— Так у кого хочешь своруют, поставили бы рамки противокражные. — Не выдержал я, врываясь в высокий спор. — Пожалейте девушку!

— Вы, товарищ, проходите в зал, не мешайте! — Отмахнулся от меня Дмитрий Федорович, но, когда я уже почти добрался до дверей, собираясь покинуть столько шумное место, спохватился, — Извините, а что за рамки?

— Ну обычные, которые срабатывают на маячок, закрепленный в вещах. Разумеется, если его не снимет продавец на кассе.

— Это как? — Директор забыл о спорщицах и полностью преключился на меня. — Вы не шутите?

Тут пришлось задумываться мне. Похоже, столь простая инновация до местных магазинов еще не докатилась. Но не может быть, чтоб ее еще не было в тех же штатах!

— Был недавно за границей, — честно посмотрел в глаза, — так там на выходе ставят специальные датчики…

\Разработка противокражных систем началась приблизительно в 60-х годах, одновременно с бурным ростом числа магазинов самообслуживания.\

— Здорово! — директор откровенно, совсем по-мальчишески обрадовался. — А можно такое у нас сделать?

— Конечно, там нет ничего сложного…

Закончил я рассказ уже в кабинете Дмитрия Федоровича, после нескольких эскизов, нарисованных под чай с твердыми коричневыми пряниками. Более того, я не видел препятствий разработать в НИИ "Интел" демонстрационный образец, и опробовать его в данном магазине. Тем более намеки деректора на благодарность в безгаранично-реальных пределах были вполне прозрачны.

Дмитрий вообще оказался нормальным парнем, которого мать, какая-то очень крупная величина в торговой инспекции, силком запихнула на "теплое" место. После химфака МГУ. Больше всего новоявленный директор ненавидел продавщиц, и заметно комплексовал по поводу своей работы в магазине. Зато у меня никаких предубеждений к торговле не было, даже самому приходилось за прилавок вставать. В общем, расстались мы практически друзьями.